Читаем без скачивания Ох уж эти темные! - Оля Виноградова

Скуразо, комкая в руках порванный колпак бухнулся на колени и заголосил:

— Ваше темнейшество, умоляю простите! Не губите мою душу прошу вас! Вы же сами все слышал! Я же для вас расстараюсь, так расстараюсь, что…

— Суп налей, — буркнул Ииилинойс, поднимаясь. — И рульку свиную неси, — эльф обошел коленопреклоненного повара, сел за стол и подпер кулаком голову. — И коньяка плесни грамм… двести, — мужчина улыбнулся в ответ на нахальное подмигивание рыжеволосой молодой кухарки.

— Ага, сейчас. Я мигом, Ваше темнейшество. Одна нога здесь, другая там! — скрипя коленями, Разино поднялся. Выбросил в мусорное ведро испорченный головной убор, пригладил реденькие всклокоченные волосенки и принялся раздавать указания.

Вскоре перед Иллинойсом поставили дымящуюся плошку ароматного супа с картошкой, морковью, капустой и свеклой. Умопомрачительный запах говяжьего бульона и вид смачного куска мяса поднял настроение Властелину и на строил его на мирный лад. Угроза попасть под рассерженную руку Кель отошла на второй план. Эльф отломил кусок свежей булки, зачерпнул полную ложку супа, поднес ее ко рту и с наслаждением проглотил. Вкусно, демон подери!

После обеда, потягивая из пузатого хрустального фужера двадцатилетний выдержанный в бочках вишневого дерева коньяк, Иллинойс просматривал захваченные с собой бумаги. Вернее, делал вид что рассматривает, большей частью наблюдая за рыжеволосой.

Посмотреть с мужской точки зрения было на что. Аккуратные еще не расползшиеся в стороны крепкие ягодицы. Талия, которой не требовался корсет. В вырезе блузы колышется большая аппетитная грудь. Круглое лицо, не тронутое морщинами, покрытое яркими крупными веснушками. Зеленые глаза, не такие яркие, как у самого Властелина, смотрящие на мир открыто. Влажные приоткрытые губы, которые постоянно облизывал быстрый розовый язычок.

Красивая девушка. Молодая. И хочет его. Так чего он теряется?! Перед внутренним взором промелькнуло узкое холодное лицо Кель. Усилием воли Иллинойс отогнал видение, снял с пальца перстень с рубином и бросил его через стол. Украшение подкатилось к кухарке и застыло возле правой руки. Девушка воровато оглянулась, схватила подарок и быстро спрятала его в карман. Посмотрела в глаза эльфу и чуть заметно кивнула. Надо полагать дорогу к его покоям она знает.

Властелин допил коньяк. Забрал бумаги и вышел из кухни. На сегодня осталось зайти к казначею, поговорить с гильдией ритуальных услуг и передать указ лекарям. Что ж… Часам к десяти он будет совершенно свободен…

Возраст замка Лос-Идос, принадлежащего Властелину темной империи, насчитывал порядка шестнадцати столетий. Его возвел самый первый человек, принявший на себя этот титул, а с ним и ответственность за все мировое зло. Да, как ни странно, великая империя, вот уже долгое время внушающая священный ужас тем, кого мы наотрез отказывались завоевывать, началась с маленького черного цвета булыжника, заложенного в фундамент будущей резиденции всех последующих поколений Императоров. Злых, коварных, жестоких и так далее по списку…

Угловатая черная громада замка сиротливо жалась к крутому склоны горы являющейся одной из трех пиков хребта Онори. С военной точки зрения места для крепости лучше не найти, а вот с человеческой… Окна всех жилых покоев и коридоров выходят на восток, поэтому все обитатели замка привыкли вставать рано, ибо проигнорировать чистые ярко-желтые лучи Сао, после четырех ночи весело долбящие по закрытым векам, мало кому удается. Вечер же у нас начинается около четырех часов после полудня, когда медлительное солнце наконец преодолевает середину небосклона и с издевательской усмешкой прячется за вершиной Хора. На замок и прилегающие территории опускается величественная и пугающая новеньких слуг тень.

Ночью жители небольшого городка, расположенного на подъезде к замку, чью популяцию составляет в основном обслуга резиденции Властелина и его приближенных, могут полюбоваться на россыпь мелких звезд и одно большое и самое яркое в этой части мира созвездие называемое Самоцветами. Действительно, словно искусный портной щедрой рукой расшил темно-лиловый атлас ночи изумрудами, рубинами и сапфирами.

Пожалуй, ночь мне нравится больше всего. Не из-за моего происхождения, а из-за тишины, спокойствия, отсутствия суеты в коридорах замка и слуг, едва сдерживающих истерические возгласы при виде бесшумно шагающей за моим левым плечом фигуры, закутанной в серый плащ и прячущей лицо под фарфоровой маской с чертами человеческого лица.

Собственно, существо вот уже пять минут следующее за мной, и носит имя Маска. И является оно демоном. Да-да, тем самым кровавым, внушающим ужас и так далее по очередному списку…

В отличие от всех остальных, я его не боялась. А чего мне пугаться творения собственных рук? Вдобавок, репутация демонов сильно преувеличена и слухи, распускаемые мной и моей командой службы внутреннего контроля государства, играют в данном деле не последнюю роль. Мало кто знает на что по-настоящему способны демоны. Давно не появлялось подходящего повода продемонстрировать мощь пятнадцатитысячной армии существ, вытащенных темными Властелинами и мной из-за Грани, ныне большей частью погружённых в заклятие стазиса. Не спят лишь небольшие отряды, несущие службу на границе и в крупных населенных пунктах, но и такого количества потусторонних существ хватает, чтобы люди не слишком зарывались в своих мечтах о светлоэльфийской демократии и свободе в обществе. По моему глубокому убеждению, мечтать не вредно — вредно претворять некоторые мечты в жизнь.

Я остановилась у кабинета управляющего замка. Маска замер в метре позади.

— Что тебе нужно?

Управляющий и так при виде меня заикаться начнет, а если войду в его кабинет в компании демона, то он в ту же секунду за Грань отправится. Нет уж, такого удовольствия я ему не доставлю. Он уже три года на пенсию просится по состоянию душевного здоровья, но на мой взгляд Астрис Подалевич из той породы старикашек, которые в состоянии не моргнув глазом всех пережить и ходить потом по кладбищу, припоминая покойникам, как они над ним издевались, и посмеиваясь над несчастными призраками.

— Моя помощь может потребоваться, — лаконично ответил Маска.

Я скривилась. С этим конкретным демоном всегда так: он ни на один вопрос прямо не отвечает. Зато многое наперед знает, поэтому при себе и держу. Делиться информацией он не спешит, но при должной сноровке можно извлечь полезное зерно из его туманных намеков.

— Останешься за дверью.

— Выполняю приказ.

Голос у Маски бесцветный, словно не человек разговаривает, а кукла. Интонационная окраска начисто лишена эмоций, хотя иногда мне чудится еле уловимая насмешка. Такая тонкая и прозрачная, что я предпочитаю считать, будто ничего не слышала. Всем известно: демоны не умеют чувствовать.

Раздумывая над словами Маски о помощи, я распахнула дверь кабинета управляющего, не удосужив себя такой условностью, как вежливый стук.

— А-ах! — сорвалось с губ тощего старика в помятом и явно несвежем костюме. Правой рукой с зажатым в ладони пустым стаканом, испускающим крепкий аромат семидесятиградусной ромашковой настойки, дедуля вытер губы, передёрнул плечами и открыл глаза.

Дзынь! Разлетелся на осколки выпавший из руки управляющего стакан. Следом рухнул на колени он сам. Что ж, он, собака старая, ревматизм свой не пожалел, о котором постоянно талдычит?! Знает, что пьянство не терплю, хрыч морковный, а все равно к бутылке прикладывается.

— Г-герцогиня? Не вели сразу казнить, дай слово молвить в свое оправдание! — взвыл Астрис. Прикидывается, клоун.

— Ты его уже придумал?

— Да! — немедля отозвался старикашка, сообразил, что сказал, побледнел и следом возмутился: — Нет! Ничего мне придумывать не надо: я старый больной человек и настоечку принимаю исключительно в лечебных целях и не более рюмочки в день!

Я посмотрела на осколки двухсот пятидесяти граммового стакана, которые он аккуратно заталкивал под ковер, и вопросительно выгнула бровь.

— А сейчас, я так понимаю, ночь?

Подалевич проследил за моим взглядом и вздрогнул. Сморщенный временем лоб управляющего отражал недюжинную работу ума.

— Там на донышке было! — двумя пальцами он показал сколько по его мнению он выпил. — Между прочим, все рюмки вы из моего кабинета еще два месяца назад изъяли. Из чего я по-вашему должен лекарство пить?

— Будь твоя воля, ты бы его из тазика лакал! — щелчком пальцев я бросила в сторону управляющего заклятие честности.

— Да! — обрадованно вскричал он, широко распахнул глаза, икнул и зажал себе рот рукой, отрицательно мотая головой.

Я вздохнула. Борьба с пьянством управляющего идет лет двадцать. С ним еще Отанас пытался совладать, но потерпел позорную для могущественного Властелина неудачу. Никакие заклинания, отвары и гипноз не брали насквозь проспиртованного Подалевича. Стоило отпустить с очередной экзекуции, как через пять минут его находили на кухне с ополовиненной бутылкой в обнимку, счастливо празднующим избавление от недуга. Давно бы выгнала его, но ни Отанас, ни я не смогли найти человека, лучше, чем Астрис, разбирающегося в управлении замком. Что-то, а считать деньги, запасы и мастерски манипулировать слугами он умел. И вечно нетрезвая голова ему ничуть не мешала делать это с успехом.