Большую часть полета я проспал. Всё-таки последние недели выдались слишком насыщенными, особенно если учесть, что и ночью выспаться удавалось далеко не всегда. Поэтому полет прошел почти незаметно. Тем более что снилась мне Алина, которая сначала обнимала меня под одеялом в ставшем чуть ли не родным гостиничном номере, а потом так же в обнимку провожала куда-то по очень длинной дороге, по которой шли только мы вдвоем.
Что же, при известной доле романтизма такой сон можно было считать даже символичным. Проснувшись и открыв глаза, я первым делом посмотрел в иллюминатор. Вот она, разница в часовых поясах: садился я в самолёт поздно вечером, можно сказать, на ночь глядя — а здесь день только набирал обороты. Нью-Йорк приветствовал меня ярким солнцем. Да, давненько я не летал — уже отвык от этого завораживающего вида облаков под самолетным крылом. Зато теперь уже было совершенно ясно: перелет в Америку — не сон и не обман. Уже через пару часов я выйду из самолёта и окажусь в Нью-Йорке — и снова в бой, покой нам только снится.
«Приеду в гостиницу, приму душ, пообедаю — и сразу к делам», — размышлял я, глядя на сине-белую панораму за стеклом. «Нельзя терять ни одного дня. Мне выпала уникальная возможность стать равноправным партнёром людей из американской спортивной индустрии. А это уже прямой выход на международный уровень. И в чуть более отдаленной перспективе, чем черт не шутит — создать свою UFC, огромную медийную и денежную машину, которая подомнет под себя весь рынок смешанных единоборств. Тогда, с такими-то мощностями, можно будет без проблем проводить международные турниры в России и продавать их по алгоритму платных трансляций по всему миру. В России что называется, „такие гуси не взлетают“, граждане не особо желают расставаться с кровно заработанными (которых, собственно ни у кого нет), а вот в Америке янки очень даже не прочь пошелестеть купюрами. А это, в свою очередь, отличная возможность поднять и российский спорт, подтянуть туда огромное количество молодежи».
Горизонты возможностей пьянили и обескураживали своими масштабами. Правда, был в этой стройной картине и существенный минус. Пока не создано никакого турнира, парней-борцов из России сюда не привезёшь. Да и куда их сейчас везти? Своего зала для тренировок нет, жилья — тем более… Не в аэропорту же им жить и заниматься. А хочется ведь сделать все уже сейчас, сегодня же! Парни тоже не могут долго кукурузу стеречь, им деньги нужны.
«В общем, мне есть над чем здесь поработать», — заключил я про себя. «Тем более, что заинтересованность американской стороны — это ещё даже близко не гарантия. Это простое намерение для них и далеко не стопроцентный шанс для меня. А вот как я сумею этот шанс использовать — зависит уже только от меня самого».
Пейзаж за окном начал с каждой секундой становиться все более отчётливым и приобретать очертания города. Улицы, обычные дома, небоскребы, зелёные островки среди водных просторов угадывались внизу сквозь прозрачные облачка и становились все крупнее.
— Дамы и господа! — раздался в динамиках уже знакомый мне голос. — Говорит старший бортпроводник. Наш полет завершён. Температура за бортом — двадцать четыре градуса по Цельсию, погода солнечная. От имени всего экипажа благодарим вас за выбор нашей авиакомпании и желаем вам хорошего дня!
Спасибо, дорогой, тебе тоже не болеть.
Паспортный контроль я прошел легко. Чернокожий полноватый сотрудник в форме поставил штамп, расплылся в улыбке: «Welcome to United States!» и вручил мне мои документы. Я поблагодарил его и прошел в основное помещение аэровокзала. Теперь надо было разобраться, куда здесь идти. Отсутствие вывесок на русском языке было непривычным и несколько сбивало с толку.
Аэропорт встретил меня разношёрстным гулом. Уж на что я привык к шуму в местах вроде Шереметьево, но даже самые людные места Москвы не могли сравниться по громкости с Нью-Йоркским аэропортом. Тысячи людей вокруг сновали туда-сюда, одновременно разговаривая и крича на десятках языков мира. Причем разговаривали они тоже на повышенных тонах, стараясь перекричать тех, кто идёт рядом, поэтому создавалось впечатление, что все вокруг орут друг на друга.
«Да, в такой-то толпе главное — не щёлкать клювом», — подумал я. «Чуть отвлечешься, зазеваешься — и ни сумки, ни бумажника».
Однако где же мои встречающие? Почему-то я был уверен, что меня встретят и отвезут в гостиницу люди, которым это будет поручено моими будущими партнёрами. Правда, отдельно мы об этом ни с кем не договаривались, но… в конце концов, это было логично. Да и просто вежливо: ведь мы фактически собирались строить совместный бизнес, а я был приглашен не в другой район Москвы, а в другую страну. И вообще, подобные жесты — азбука делового этикета.
Воображение рисовало мне картинку, которую я много раз видел в американских фильмах: человек, стоящий с лучезарной улыбкой на лице и с табличкой «Sergey Kresov» в руках, оглядывающийся в поисках этого самого Сергея Кресова, то есть меня. Но, к моему изумлению, оббегав весь зал прилёта, никого похожего я так и не встретил. Может быть, человек опоздал или отошёл в туалет?
Я подождал с полчаса, выпил горький кофе из автомата. Поток пассажиров с моего рейса уже несколько раз за это время сменился другими, но никакого человека с табличкой с моим именем нигде так и не было видно. Да и объявлений с моей фамилией не звучало: мой английский, особенно разговорный, был далеко не идеален, но уж свое имя я бы точно услышал. На секунду мне показалось, что сейчас откуда-то сзади подойдёт Степаныч со своей фирменной хитрой улыбкой: «Ну что, Боец, провелся?». Но, кажется, никакого розыгрыша здесь запланировано не было.
Что же, весьма интересно меня приветствует Америка. И что мне теперь делать? Я вытащил из кармана записку, которую приготовил ещё в Москве. Помимо прочей организационной информации, здесь было название и адрес гостиницы, а также — на всякий случай — номера маршрутов, которыми можно было туда доехать. Естественно, ни то, ни другое мне ни о чем не говорило.
«Ладно, один раз живём!» — решил я. «В честь прибытия можно и шикануть. Пойду-ка найду местных таксистов. Они и город знают хорошо, и что-нибудь интересное, может, расскажут. А то пока я буду искать транспорт в этой толкотне, ещё полдня пройдет».
Найти машины с характерными желто-черными клеточками оказалось легко. Однако и здесь меня поджидал неприятный сюрприз.
— Фифти файв долларз, — отрезал водитель, прочитав адрес на моей бумажке. Пятьдесят пять баксов за поездку! Ни хрена себе! Судя по расчетам, произведенным ещё в России (а также по ценам, которые я успел заметить в аэропорту), на эти деньги я мог несколько раз пообедать.
— Не вариант, другого дурака ищи, — сказал я таксисту.
Тот равнодушно пожал плечами. Никакого почтения к будущей звезде мировой спортивной индустрии. А если серьезно, то меня ещё на Родине предупреждали все, кому не лень: жизнь в Америке гораздо дороже. Для неподготовленного человека цены вообще кажутся космическими. И вот я начинал получать подтверждения этому на собственном опыте. А значит, денежки нужно попридержать и экономить их везде, где это возможно. Та сумма, которая была у меня при себе, рассчитана на месяц жизни в условиях, скажем так, эконом-класса. Растратить эти деньги, польстившись на соблазны большого города в чужой стране, было очень легко, а главное — быстро. А друзей, которые в случае чего могли бы меня выручить обедом, ночлегом или работой, у меня пока что здесь не было.
«Эх, сейчас бы мне ту сумку с деньгами, которую конфисковали у Глеба!» — размечтался я. «Да чтобы сразу в долларах!».
Но мечты мечтами, а нужно было каким-то образом добираться до гостиницы. Я кое-как, на своем ломаном английском выведал у сотрудника аэропорта, в какой стороне находится остановка нужных мне маршрутов, и двинулся в указанном направлении.
Да, ну и расстояния же тут! От зала прилетов я шел уже минут пятнадцать, а остановки ещё не было и в помине. Впрочем, вдали уже виднелась какая-то конструкция, вроде бы напоминавшая остановку.
