с красным светом. Я грохнулась с лестницы, это заметили, вызвали медиков, доставили меня сюда – и в сознание я, побродившая по подвалу не больше часа, пришла только через три дня.
Такие дела.
2
Я говорила, что невезучая? Говорила. Я это сама прекрасно знаю. Но судьба, или кто там отвечает за такие штуки, как будто хочет лишний раз доказать мне это. Мол, ты думаешь, все плохо? А смотри-ка, бывает еще хуже!
Мое приключение с подвальной лестницей никому, включая меня, радости не принесло. Однако оно хотя бы казалось мне понятным и законченным. Какое тут может быть двойное дно? Фиг там, мне в тот же день, когда я очнулась, это двойное дно на голову вывернули!
Мне объявили, что я пыталась покончить с собой. Когда они сказали это первый раз, прозвучало так дико, что я и слова произнести не могла. Они там офонарели вконец?! Да я о таком даже не думала! Вообще, если бы я попыталась покончить с собой, я бы знала, наверно!
Но нет, у всех был свой взгляд на мою жизнь и поступки.
Чуть оправившись от шока, я попыталась объяснить, как все было на самом деле.
Поссорилась с одноклассниками. Рисковала получить по шапке. А поскольку бегун из меня не очень, я искала темный угол, куда можно забиться и переждать бурю. О подвале я подумывала как раз по этой причине, но, спускаясь туда, оступилась и ласточкой полетела вниз. Про путешествие по залам, залитым красным светом, я благоразумно умолчала, это сейчас не пошло бы мне на пользу.
Да мне ничего на пользу не шло! Меня выслушали, покачали головами и снисходительно заявили, что не нужно стесняться своих проблем. Мне помогут и все такое. Тупиковая ситуация! Кто не сталкивался, тот не поймет. Тебе доказывают истинное значение ТВОИХ мыслей. Как будто отнимают право принимать решения! И бесполезно что-то объяснять, потому что реальных доказательств нет, а словам никто не верит.
Вот еще какая штука… Когда я сталкиваюсь с несправедливостью, особенно такой тупой, могу и расплакаться. Не от страха или обиды, от злости. Сейчас как раз был такой случай, да и я, побитая, синяками покрытая, не в лучшем состоянии. Разревелась. Это, естественно, укрепило всех вокруг в убеждении, что я – трудный подросток, который сам себе может навредить, а потому я недостойна доверия.
Ели честно, я боялась, что это приведет меня прямиком в психушку. Может, и привело бы, да Шатун спохватился. Он же над репутацией своей трясется – будь здоров! Я ему не родная дочь, но я живу в его доме, значит, могу бросить тень на его светлое имя. Поэтому он задействовал какие-то связи, и меня не стали запирать в дурдоме. Но и в покое не оставили.
Раз за меня решили одно, то стали решать и все остальное. Понравилось, видно! Сначала они придумали, что я – самоубийца. Потом даже придумали, почему я решила свести счеты с жизнью. Оказывается, из-за школьных проблем и трудностей с адаптацией! Прикольно. Из всех косяков в моей жизни они выбрали тот, который волнует меня меньше всего. Нет, от перехода в новую школу я не в восторге. Но уж точно не собираюсь бросаться из-за этого с лестницы!
Однако от меня уже ничего не зависело, споры мне только вредили, и оставалось плыть по течению.
Меня еще пару дней подержали в больнице, но скорее для подстраховки, потому что со мной все было нормально. Потом вернули домой, однако не в школу, перевели на домашнее обучение. Временно. Хоть какой-то плюс! Зато обязали ходить к психологу, и это минус.
Я читала достаточно исторических книг, чтобы понять: дома со мной себя начали вести как с прокаженной. Почти. Улыбались издалека, говорили мало и только хорошее и стремились поскорее смыться. Это не угнетало: все лучше, чем было раньше. Да и не хотелось мне ни с кем говорить после того, как на меня навесили клеймо самоубийцы (спасибо, блин, большое!).
С психологом говорить тоже не хотелось. Вообще, я к этим ребятам не раз попадала – следствие некоторых событий моей жизни. И всегда мне психологов было жалко больше, чем им меня. Как правило, это были тетки непонятного возраста, которые очень хотели сказать что-нибудь правильное, но никак не могли придумать, что. Думаю, у них в головах крутилась только одна мысль: как хорошо, что это случилось не с моими детьми! Я из сочувствия вела беседу за них, чтобы они могли поставить в своих графиках галочку напротив проведенного сеанса.
Был еще шанс, что на этот раз все будет по-другому. Вроде как я вся такая несчастная, меня нужно спасать, да? Да, но нет. Мне хватило одного взгляда на назначенную мне тетку, чтобы понять: все будет точно так же, как раньше.
Выглядела она, прямо скажем, не презентабельно. Невысокая, мелкая, она рядом со многими моими одноклассниками сама казалась бы ребенком! Но рядом со мной – нет, потому что я и сама «задохлик» (Шатун как-то сказал). При этом психологиня не была молодой – постарше моей матери. Просто есть такие люди, которые до старости не вырастают, и что с ними делать – непонятно.
Хотя дело было даже не в том, что она не напоминала мне полноразмерного человека. Меня от нее мгновенно отвернуло из-за ее неуверенной, будто наклеенной на лицо улыбки, а еще – из-за взгляда. Какой-то кукольно положительный, заученно доброжелательный. Как сливочным маслом глаза протерли! Нет, я не рванула от нее прочь, я осталась на сеанс, тем более что кресло у нее в кабинете было прикольное – подвесное и похожее на гигантское яйцо. Но откровенничать с теткой я не собиралась.
– Скажи мне, Ульяна, что тебя беспокоит? – промурлыкала она.
Еще одна типичная черта попадавшихся мне психологов. Все они стараются говорить вкрадчиво, задушевно, как будто мы друзья-друзья. Беда в том, что друзья так как раз не говорят.
– Меня беспокоит, что меня объявили самоубийцей, хотя я даже не собиралась, – буркнула я.
– Значит, ты с этим не согласна?
– Уже очевидно, что нет.
– А почему, как тебе кажется, твои близкие это сделали?
– Потому что неадекваты.
Она что-то записала в своем блокноте. Явно не добавляющее мне очков в общей характеристике. Ну и ладно.
– Ульяна, ты считаешь, что в твоей жизни нет трудностей?
– Уж явно не таких, ради которых стоило бы башку разбивать! – смеюсь. Когда я смеюсь, ей неловко, а мне – забавно. Она, видно, настроилась, что я буду рыдать.
– Хм… давай поговорим о твоей адаптации к школе!
– Давайте поговорим.
Не о чем тут говорить, на самом деле, но она не отстанет, а сеанс раньше срока не кончится.
К тому, что в школе будет непросто, я готовилась заранее. Это как бы не сюрприз. Из-за травмы у меня
