Глаза Ярослава загорелись от предвкушения. Но следующая мысль заставила его немедленно вернуться к самому расследованию.
— Возможно, рукописью захотел обладать кто-то из коллекционеров древностей, икон. Вы сказали, что части Кодекса разбросаны по миру. Возможно, у кого — то уже есть часть, и он захотел собрать целое?
— Бросьте! У коллекционеров ничего нет! Сейчас части Кодекса находятся в четырех всемирно известных хранилищах рукописного наследия. Это, как я уже говорил, монастырь святой Екатерины, Британская Библиотека в Лондоне, Университетская Библиотека в Лейпциге и наша библиотека. До момента кражи, конечно. Какая жалость! Какая красота исчезла! Но дело даже не в этом. Это ведь практически первоисточник христианства. Основа основ. Полтора тысячелетия рукопись хранилась в Синайском монастыре — вы ведь, наверное, знаете, что это центр аскетического и мистического богословия — и стала известна научному сообществу лишь в девятнадцатом веке. Представляете? Сколько еще сокрыто от человечества тайн! Мы только-только попытались раскрыть одну, и вот плачевный результат…
— Возможно, мы вам все-таки сможем помочь… — попытался обнадежить его Ярослав, хотя сам не особо верил в успешное завершение дела.
Они приблизились к хранилищу, где находились рукописи на консервации. Марина зябко поежилась и принюхалась. Это был ее фирменный метод. По запаху она определяла все.
Они проникли внутрь хранилища. Там Левашов подошел к одному из несгораемых шкафов.
— Это наша система хранения, — горько усмехнулся он, ключом отпирая замок. — Да… Такая вот реальность… Рукопись изначально хранилась здесь. Нате, смотрите…
Марина почувствовала даже некоторую жалость к этому человеку, настолько искренне тот переживал за сокровища библиотеки, словно за родных детей. Но нужно было приступать к работе. Она приложила руку к дверце шкафа, затем на несколько секунд подержала ее внутри. Пальцы закололо, по нервным окончаниям прошла дрожь. Еле ощутимые вибрации стали рождать в мозгу неясные, затем все более четкие образы. Неожиданно ей стало жарко, словно она рядом с печкой, а не в прохладном подвале.
— Рукопись уже далеко, — отчетливо произнесла она. — На другом конце света. Сейчас там жара, не меньше сорока градусов. Больше ничего не вижу, кроме того, что рукопись какое-то время находилась здесь. Очень интересный документ. У меня такое ощущение, что к нему прикасались великие из великих. Колебания от него идут удивительные…
— Все возможно! — воскликнул Левашов. — И Иван Грозный, и Наполеон, и священнослужители самого высокого ранга посещали Синай… Но знаете, в самом монастыре такой ценности рукописи не придавали. Совершенно особая роль в истории обнаружения и изучения Синайского кодекса принадлежит немецкому ученому-библеисту Тишендорфу. В середине девятнадцатого века он предпринял свою первую поездку на Восток с целью изучения рукописей Нового Завета в библиотеках Палестины и Синая. Так вот, этот Тишендорф посетил Синайский монастырь и, занимаясь в монастырской библиотеке, случайно обнаружил в корзине для мусора более ста листов древней пергаменной рукописи. По всей видимости, местные монахи держали библиотеку в ужасном состоянии. Сорок листов Тишендорфу было разрешено взять с собой. Он привез их в Германию и подготовил литографированное издание этой части Синайского кодекса. Издание увидело свет в 1846 году под названием «Codex Friderico Augustanus» и было посвящено саксонскому правителю, финансировавшему поездку ученого на Восток…
— И эти самые листы до сих пор хранятся в Лейпциге, — догадался Краснов.
— Все верно! Тишендорф потом не раз наносил визит в монастырь с целью собрать части целого. И не только он задался такой целью. В тот же период монастырь святой Екатерины дважды посетил епископ Порфирий, он же основатель Русской миссии в Иерусалиме. Составляя описания монастырских библиотек Востока, епископ Порфирий получал для своих палеографических исследований фрагменты манускриптов, заказывал копии миниатюр, ему дарили также иконы. Все эти материалы, привезенные с Востока, составили интереснейшую коллекцию, имеющую важное научное значение. С 1883 года собрание Порфирия хранится в наших фондах, в отделе рукописей. В составе этой коллекции и находились три фрагмента листов Синайского кодекса. Два фрагмента не оставляли сомнения в том, что пергаменные листы древней рукописи в позднее время использовались в монастыре для починки переплетов.
— Можно возвращаться, — заметила Марина, которая, в отличие от Ярослава, к историческим находкам не испытывала особого интереса. — И еще мне нужна копия пергамена, — выразительно взглянув на Левашова, добавила она. — С собой. Так нужно. Для поиска…
— Хорошо, — кивнул тот. Он быстро запер сейф, затем двери хранилища и поспешил обратно. При этом он продолжал рассказывать на ходу, найдя в Ярославе благодарного слушателя.
— Издание Синайского кодекса было осуществлено на средства русского правительства и стало всемирно известным не без участия того же Тишендорфа. Этот исключительный проект того времени был связан с актом дарения Кодекса синаитами российскому императору Александру II. Дипломатическая подготовка дарения продолжалась несколько лет. Тишендорф по договоренности с синаитами вывез Синайский кодекс из монастыря в Петербург с целью подготовки издания. Собором отцов монастыря святой Екатерины и Собором отцов Каирского подворья была подписана дарственная. В качестве ответного дара русское правительство отправило в монастырь девять тысяч рублей, и в дальнейшем монастырь получал постоянную поддержку России. Синайский кодекс поступил в Императорскую публичную библиотеку, где и хранился в отделе рукописей наряду с самыми ценными манускриптами, такими, как Остромирово Евангелие…
— Остромирово? — переспросил Краснов.
— Оно самое. Древнейшая сохранившаяся датированная восточнославянская рукописная книга. А в 1933 году Синайский кодекс был продан Британскому музею и перевезен в Лондон. Там листы древней рукописи были подвергнуты тщательной консервации, разделены на два тома и переплетены. Но, так или иначе, Кодекс неполный. Его части всплывают время от времени в разных частях света. В ходе строительных работ в конце прошлого века было обнаружено заброшенное помещение под часовней святого Георгия у северо-восточной стены монастыря, которое некогда служило для хранения поврежденных и изветшавших книг. Среди этих книг оказались несколько листов Синайского кодекса…
Совсем недавно появилось любопытное сообщение еще об одной сенсации, — с жаром продолжил Левашов. — Один из участников проекта «Codex Sinaiticus», рассматривая фотографии переплетов из библиотеки монастыря святой Екатерины, обнаружил вклеенным в переплет одной из книг ранее неизвестный фрагмент Синайского кодекса. Архимандрит и библиотекарь монастыря, отец Юстин подтвердил, что лист принадлежал Синайскому кодексу, и идентифицировал текст: читается начало стиха десятого из первой главы книги Иисуса Навина. Хотел бы и я там побывать… — директор библиотеки замолчал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
