Тогда это все воспринималось как игра, но теперь, сидя посреди леса, голый, безоружный, в незнакомом мире, я уже не воспринимал слепоту как досадную мелочь, которую можно и потерпеть…
Внимательно оглядев свое тело, я заметил едва заметный узор, которым были покрыты кисть и запястье. Если это и есть та самая сеть, то почему она не на всем теле? Да и на дворе день, а я все вижу, только глаза немного слезятся…
Ладно, там посмотрим. Или модификации не работают, или загружаются постепенно. В любом случае мне нужно найти еду и оружие как можно скорее, как говорится, «пока не началось».
Решив больше не медлить, я влез на дерево и оглядел окрестности. Прямо перед собой, всего в паре километров, я увидел скалистые берега реки. А вот со всех остальных сторон, куда ни глянь, простирался бескрайний лес. Река сразу привлекла мое внимание, но подробностей предстоящего пути я разглядеть не смог: подвели глаза, начавшие неимоверно болеть и слезиться, едва я выбрался из тени деревьев. Означать это могло только одно: штрафы уже работают, хотя и не в полную силу…
С дерева я спустился как можно скорее, причем последнюю пару метров просто пролетел с обломившейся под моим весом веткой в руках. Удар о землю оказался неожиданно сильным, и, сразу вызвав окно характеристик, я убедился, что половины очков жизни как не бывало. Зато, непонятно за какие заслуги, система наградила меня баллом телосложения и одним баллом ловкости – пустячок, а приятно. Но все равно нужно быть повнимательнее, а то так и помереть недолго, а учитывая предупреждение администрации, второго шанса может и не быть.
Тяжело вздохнув, я обломал палку, которую так и не выпустил из рук, до размеров дубинки и, опираясь на нее, как мог быстро похромал к реке.
А все-таки странно: в описании мира говорилось, что люди живут в укрепленных городах, все, что за ними, смертельно опасно, однако чистый лес, по которому я сейчас шагал, плохо вписывался в картину мира после ядерной катастрофы.
Река появилась внезапно – из-за деревьев показался небольшой заросший деревьями склон, который завершился отвесной скалой высотой три-четыре метра. По глазам ударил солнечный свет, больше не скрытый кронами деревьев, и, закрыв глаза ладонью, я быстро ломанулся обратно в тень, осмысливая то, что успел увидеть.
На берегу прямо подо мной застыл наполовину занесенный песком старый катер. Подробностей я увидеть не успел, но сам факт находки давал надежду на улучшение моего бедственного положения. На катере могли обнаружиться одежда и оружие, а если сильно повезет, то и еда.
Шкала голода и жажды уже находились в красной зоне, а я до сих пор не обнаружил ничего съедобного. В лесу, как это ни странно, не оказалось ничего живого – ни зверей, ни птиц, ни даже насекомых.
Немного отдохнув, стараясь оставаться в тени деревьев, я двинулся вдоль скалы в поисках удобного для спуска места, пока впереди не показался небольшой распадок, до самой воды засыпанный битым камнем. Спуститься здесь было можно, только я не был уверен, что в нынешнем состоянии, полуслепой, с босыми ногами, смогу добраться до берега без серьезных травм.
Однако время шло, и я решил рискнуть. По краю распадка рос густой кустарник, каким-то чудом пробивший себе путь на свет сквозь камни. Вдоль него я и начал спуск, старательно цепляясь за ветки и ощупывая ногой камни, перед тем как на них наступить.
Ваша ловкость повысилась на единицу!
Интересно, значит, здесь можно качаться, как в игре, отметил я, твердо решив в свободное время поэкспериментировать с характеристиками.
Дважды мне приходилось останавливаться и подолгу отдыхать, поскольку бодрость опускалась почти до нуля и обратно подниматься совсем не торопилась – видно, сказывалась почти пустая шкала сытости.
Но вот наконец спуск закончен, и я с облегчением улегся в кусты у скалы, пытаясь разглядеть, есть ли кто у катера. Дождавшись, пока бодрость не повысится до максимума, я наконец решился сдвинуться с места. В других обстоятельствах стоило бы дождаться темноты, но сейчас, если я не поем в ближайшее время, этот «прекрасный новый мир» распрощается со мной по причине банальной смерти от голода. Поднявшись на ноги, я подошел к воде и, опустившись на колени, жадно принялся пить. Шкала сытости резко подпрыгнула вверх, голод, как это ни странно, тоже слегка спал, что немного увеличивало мои шансы на выживание. Набрав в руки камней в качестве хоть какого-то оружия, я побрел к катеру, озираясь по сторонам неимоверно слезящимися глазами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Катер оказался небольшим, не больше десяти метров в длину, речным буксиром древней конструкции. Использовались такие еще в двадцатом веке, и встретить что-то подобное в наше время можно было лишь в самых отсталых уголках нашей планеты. На обшарпанном борту сквозь клочья ржавчины едва заметно проступали буквы «БМК» и остатки каких-то цифр, по-видимому, госномера. На палубе из всех построек оказалась лишь небольшая двухместная кабина.
Забравшись на борт, я разочарованно огляделся. Ничего полезного, за исключением обрывка тонкого троса, сиротливо повисшего на лебедке, здесь не оказалось. Впрочем, я и этой находкой не побрезговал – напротив, с радостью забрал с собой.
Дверь в кабину открылась с пронзительным скрипом, словно призывая всех монстров в округе поспешить сюда, дабы скорее разделаться с наглым чужаком, посмевшим нарушить покой древнего кораблика. Поежившись, я юркнул в кабину. Сиденья, как и ожидалось, оказались пустыми, а вот небольшой шкафчик за ними порадовал: в нем обнаружился грязный, промасленный комбинезон, в который я с радостью облачился, подпоясавшись найденным раньше кусочком троса. Больше ничего полезного на катере не оказалось. Хотя, с другой стороны, можно снять обивку с кресел, покопаться в моторном отсеке в поисках инструментов или просто отломать железку поострее – все же какое-никакое, а оружие…
– Эй, снимай штаны, это моя добыча! – прервал мои размышления голос с берега. Резко обернувшись, я увидел на берегу силуэт человека с каким-то продолговатым предметом в руках.
Времени на раздумья не оставалось, и, рванувшись к корме, я прыгнул в воду, сразу стараясь отплыть как можно дальше от берега, каждое мгновение ожидая выстрела в спину.
Ваш ум повысился на единицу!
Вообще странно – вроде гребу что есть сил, напрягаю мышцы, а качается ум…
Бодрость кончилась, когда я уже плыл на середине реки. Выстрелов так и не последовало, хотя, быть может, у нападавшего в руках была простая палка, но проверять не хотелось. Максимально расслабив тело, я перевернулся на спину, позволяя течению нести меня прочь от этого места.
До берега я добрался не скоро.
Река постепенно расширялась, да и бодрость падала слишком быстро. А тут еще проклятые штаны намокли и тянули на дно. Пару раз мелькнула крамольная мысль скинуть их, но страшный зверь – жаба – был категорически против. Да и если уж говорить откровенно, я не был уверен, что смогу их снять, не утонув при этом.
Как бы то ни было, теперь я лежал на берегу, прячась от солнца под раскидистым кустом, усеянным оранжевыми ягодами, и не мог сдвинуться с места.
– Ну что смотришь? Снимай с него штаны – и пошли дальше, или так и будешь трясти передо мной своими причиндалами? – как гром среди ясного неба раздался над головой властный женский голос.
Я открыл глаза и, старательно щурясь, посмотрел в сторону, откуда донесся голос. Разглядеть удалось двоих – голого мужчину и женщину, закутанную в какую-то ткань.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Может, сначала его… – мужик демонстративно взмахнул дубиной. – А то мало ли что?
– Нет, – женщина, взявшая на себя роль главы этого тандема, придержала излишне агрессивного грабителя за руку. – Кто знает, какие здесь правила, – еще ПК навесят, или какой штраф… Нормалити – мир не боевой, рисковать не будем.
