— Что же ты предлагаешь, Джарл?
Обычно подобные минуты были самыми светлыми в жизни Азота. Он проводил их с двумя людьми, которых мог не бояться, и к тому же хоть немного заглушал муки голода. Однако сегодня хлеб вставал у него в горле комом. Азот смотрел на рынок и не видел даже, как рыботорговка лупит своего муженька.
Джарл улыбнулся, блестя белыми зубами, резко выделявшимися на фоне темной ладешской кожи.
— Если я открою тебе секрет, ты никому не расскажешь?
Азот огляделся по сторонам, наклонился к товарищу и тут обратил внимание на хруст хлебной корки и чмоканье.
— Я-то не проболтаюсь. А Кукла?
Ребята взглянули на подругу, глодавшую горбушку. Ее лицо, все в крошках, искажала гримаса негодования. Азот и Джарл покатились со смеху.
Азот потрепал Куклу по светлым волосам, но та продолжала хмуриться. Он привлек ее к себе. Кукла стала вырываться, однако, когда Азот убрал руку, не убежала, а вопросительно посмотрела на Джарла.
Тот приподнял край рубахи и показал приятелям коврик, которым обвязался, точно кушаком.
— Я не хочу жить как остальные, Азо. Не желаю плыть по течению. Поэтому сбегу. — Он отогнул складку коврика, демонстрируя дюжину медяков, четыре серебреника и — невероятно! — два золотых. — Четыре года. Целых четыре года я копил деньги.
Он засунул в складку еще два медяка.
— Значит, ты не платишь сборы, терпишь тумаки Крыса, а сам все это время живешь при таких деньжищах?
Джарл улыбнулся. До Азота наконец дошло. Побои — не столь большая цена за надежду. Цеховые крысята с каждым днем теряли силы и в конце концов превращались в животных. Или, как сегодня Азот, срывались, обрекая себя на верную гибель.
Глядя на богатства Джарла, Азот боролся с желанием напасть на приятеля, отобрать у него кушак и убежать. С такими деньгами можно уехать, снять с себя лохмотья и купить приличную одежду, внести плату и поступить к кому-нибудь в подмастерья. К кому угодно. Быть может, даже стать учеником Дарзо Блинта — Азот много раз делился этой своей мечтой с Куклой и Джарлом.
Тут он взглянул на Куклу и представил, как она посмотрит на него, если он присвоит себе кушак, в котором — новая жизнь.
— Если кто из нас и заслуживает иной участи, так это ты, Джарл. Тебе и впрямь лучше покинуть Крольчатник. Ты уже наметил план?
— Только этим и занимаюсь, — сказал Джарл. Он взглянул на друга блестящими карими глазами. — Возьми их себе, Азо. Как только мы выведаем, где живет Дарзо Блинт, ты уйдешь из цеха. Договорились?
Азот посмотрел на пригоршню монет. Четыре года. Избиение за избиением. Он не только не догадывался, как щедр его друг, но даже подумывал отнять у него деньги. Глаза наполнились горячими слезами. Ему сделалось стыдно. И очень страшно. Он боялся Крыса. Боялся Дарзо Блинта. Он жил в постоянном страхе. Если посчастливится сбежать из цеха, тогда удастся помочь и Джарлу. Блинт научит Азота убивать.
Он взглянул на приятеля, не смея поворачиваться к Кукле и не желая знать, что отражается в ее больших карих глазах.
— Хорошо, я их возьму.
Он уже знал, кого убьет в первую очередь.
3
Дарзо Блинт влез на невысокую стену и стал следить за стражником. То, что надо, подумал Дарзо. Чуть медлителен, ограничен и послушен. Стражник отсчитал положенные тридцать девять шагов, остановился на углу, упер алебарду в дощатый настил, почесал живот, засунув руку под стеганую куртку, покрутил головой и пошел дальше.
Тридцать пять. Тридцать шесть. Дарзо выскользнул из тени стражника, сполз со стены и повис на краю настила. В то мгновение, когда воин стукнул алебардой по настилу, Дарзо разжал пальцы и ловко спрыгнул на траву. Стражник и без того наверняка бы ничего не услышал, но осторожность для мокрушника — вторая натура. Двор оказался маленьким, впрочем, как и дом. Стены в кьюрском стиле были из полупрозрачной рисовой бумаги, двери и арки — из кипариса и белого кедра, оконные рамы и пол — из более дешевой местной сосны. Излишеств, как и прочие жители Кьюры, хозяин, генерал Агон, себе не позволял, что вполне соответствовало его военному прошлому, аскетическому образу жизни и, главное, — скромным доходам. Несмотря на многочисленные заслуги генерала, король Дейвин не осыпал его наградами. Отчасти поэтому сюда и пожаловал убийца.
Дарзо заметил приоткрытое окно на втором этаже и ловко пробрался к нему. Жена генерала спала на кровати. Стало быть, не во всем они походили на местных, по крайней мере не довольствовались циновками. Однако и не шиковали: матрас был набит не пером, а соломой. Жена генерала, ничем не примечательная женщина, негромко храпела, лежа ближе к середине кровати. Простыни были измяты на обоих краях.
Убийца скользнул в комнату, пуская в ход талант, чтобы приглушить звук своих шагов по деревянному полу.
Любопытно. Беглый осмотр подтвердил слух о том, что генерал не просто приходит сюда по ночам для супружеской близости, а обитает в этой комнате вместе с женой. По-видимому, жили они хуже, чем о них болтали.
Дарзо нахмурился под маской. Таких подробностей ему не следовало знать. Достав короткий нож, он приблизился к кровати. Генеральша ничего не почувствует.
Его что-то остановило. Она лежала, повернувшись лицом к смятым простыням. Значит, пока муж не встал, спала, прижавшись к нему, не откатившись на самый край, как делают женщины, которые отдаются мужьям лишь из супружеского долга.
Это брак по любви. После убийства генеральши Алейн Гандер планировал предложить вдовцу тотчас жениться повторно — на богатой аристократке. Только генерал, женившийся по любви на простолюдинке, вряд ли примет такое предложение.
Какая чушь! Принц был столь увлечен расчетами, что полагал, будто и остальные ему под стать… Мокрушник убрал нож в ножны и осторожно вышел в коридор. Следовало выяснить, где находится генерал. Немедленно.
— Черт! Король Дейвин при смерти. Удивлюсь, если он протянет больше недели.
Говоривший, кто бы он ни был, не ошибался. Убийца накануне вечером преподнес королю последнюю порцию яда. К рассвету его не станет, а из-за трона вспыхнет спор между двумя людьми, один из которых сильный и справедливый, другой — слабый и порочный. Преступный мир Са'каге будет ждать исхода битвы с особым интересом.
Голос звучал из гостиной внизу. Убийца поспешно перешел в конец коридора. Дом был столь невелик, что гостиная служила и кабинетом. Теперь Дарзо прекрасно видел обоих беседовавших.
Генерал Брэнт Агон, человек с седеющей бородой и нечесаными, коротко остриженными волосами, ходил дергающейся походкой и останавливал взгляд на всем, что попадалось на глаза. Он был худой и мускулистый, с кривоватыми от верховой езды ногами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
