мисс Шервуд был ободряющим! Еще одна «революционерка»? Никогда бы не сказал.
— У тебя не совсем стандартные взгляды, Кенто, — дипломатично заметила Меньшикова, улыбнувшись, — просто необычно слышать подобное от японского аристократа!
— Ну вот так, — развел я руками.
Еще несколько минут висела какая-то неловкая пауза, но потом народ потихоньку ожил, и тема разговора как-то сама с собой сменилась. Я же, потягивая апельсиновый сок (кстати свежевыжатый и на удивление вкусный. Пиво в кои веки не хотелось) размышлял. И мысли мои были не особо веселыми.
Чего это меня понесло? Сам не знаю, почему зацепили меня слова Булатовой. Еще в прошлой моей жизни, много веков назад, раздражало отношение всевозможных нуворишей и бизнесменов. Вот да… типа вокруг быдло, а мы все как воздушные шарики. Особенно если начинает выступать какой-нибудь сынок богатеньких родителей, который в своей жизни пальцем не шевельнул, и ему все на блюдечке с белой каемочкой приносили. Но с другой стороны, сейчас и я такой же богач. Думаю, Кенто Каядзаки до моего вселения был таким же надутым индюком, задиравшим нос. Хотя времени у него на понты было маловато, так что все же не факт. Ничего… Я научу «родину любить» хотя бы своих нынешних друзей. Думаю, силы и терпения у меня хватит. Или я не Иван Наливаев… то есть Кенто Каядзаки.
И первым делом будем налаживать контакт с простолюдинами из нашей группы, но сначала присмотримся. Так как я не поднимал больше тему, все успокоилось. Больше сегодня вечером никаких знаменательных событий не произошло, мы просто пообщались с полчаса и разошлись по общагам. Кстати, я постоянно ловил на себе странные взгляды эльфийки. Служанка княжны Булатовой, похоже, близко к сердцу восприняла мои слова о равенстве и братстве. Ну и флаг ей в руки. Какие выводы были сделаны в ее хорошенькой остроухой головке, я не знаю. Женщины… будь они людьми или инопланетянами, всегда будут оставаться сплошной загадкой
Юки мне шепнула, что она договорится о том, чтобы мы в следующую субботу сходили снова в сауну, но теперь без моих друзей и Булатовой. Надо же… Судя по всему, намечался секс. Особенно учитывая, каким горячим шепотом все это мне сообщили, меня ждет очень приятное времяпрепровождение… Ну я-то всегда за… Может, и мисс Шервуд поучаствует? Я бы не отказался. Понятное дело, Юки я не сказал, все-таки приличия должны быть какие-то, но судя по переглядыванием моей невесты со своими подругами с Целительского факультета, вполне возможна групповушка.
А вот княжна… когда уже подходили к общаге, Булатова также шепотом пригласила меня после отбоя к себе, мол повторить ту прекрасную ночь. Я напрямую отказываться не стал, ответил туманно. Вот не до секса мне сегодня. Несмотря на многочасовой сон, мне все равно хотелось спать, особенно после сытного ужина. Попытался аккуратно объяснить девушке, что устал, но, как мне кажется, Мария посчитала, что я на нее обиделся. Уж больно виноватым у неё был вид. В любом случае постарался быть дипломатичным, и мы разошлись. Завтра намечался очередной день, который, похоже, спокойным здесь быть просто может. Перед отбоем отправил краткий отчет деду о прорыве. Решил, что надо предупредить, вряд ли такое вообще можно скрыть, так что пусть лучше узнает из первых рук.
Во вторник мой приход в академию ознаменовался очередным эпохальным событием. Едва мы с друзьями вышли с завтрака, на котором я вновь ловил на себе любопытные взгляды курсантов и курсанток ( хорошо хоть за автографами больше не подходили), ко мне подошел неприметный мужчина в форме служащего академии и сообщил, что меня ждет ректор и чтобы я следовал за ним. Логично предположить, что если начальство вызывает, то проблемы с пропуском Общей магии исчезают, так что я направился следом за посланником, провожаемый любопытными взглядами своих спутников.
И вновь портальный терминал, и я оказался в шикарном кабинете, точнее, перед ним. Прямо вспомнил кабинеты высоких начальников в своем мире.Приходилось хаживать, редко, но было дело. Традиционно — приемная, секретарша… Тут ректор Черного корпуса ничем отличался от начальников, которых я знал. Та же сексапильная секретарша… кстати, русская русоволосая красавица. Видимо, господин Разумовский подбирал себе персонал лично. Ну вкус у ректора точно был. Увидев меня, она профессионально улыбнулась. Холодная улыбка, блин, я аж вздрогнул. Вроде и красивая девка, а улыбается так, что кровь в жилах мерзнет. Беру свои слова о вкусе обратно.
Кабинет ректора оказался не особо большим и каким-то уютным, что ли. Тут и аквариум с рыбками, и цветы вдоль стен. Ну и сам хозяин, крепкий мужик лет за пятьдесят с породистым лицом, обаятельной улыбкой и пронизающим взглядом черных глаз.
— Садитесь, курсант Каядзаки! — радушным голосом пригласил он меня.
Когда я устроился, он поднялся из своего кресла и подошел ко мне, сев рядом. Демократично, блин.
— Хотел поговорить с вами, Кенто, с глазу на глаз, — сказал он мне типа доверительным тоном. Вот же. доброжелательность так и прет, а глаза то холодные. Не очень хороший актер господин Разумовский.
Я, понятное дело, изобразил на лице неподдельный интерес.
— Во-первых, хочу вас поблагодарить за вчерашнее участие в бою, — голос ректора был серьезным, — я рад, что в нашей академии имеются такие неравнодушные курсанты.
— Я вообще-то не один был, — поспешил заметить я.
— Конечно и вашим друзьям тоже отдельная благодарность, — кивнул мой собеседник, — но все же мне известно, кто стал инициатором… прямо скажем нарушения правил академии.
— Я… — попытался возразить, но мне не дали.
— Но как бы странно ни звучало, — продолжил ректор, — я рад, что вы нарушили правила и поступили по воле собственного сердца. Такой поступок не может остаться без награды. — Он внимательно посмотрел на меня, — понятно, что ничего серьезного, что бы увеличило ваше преимущество перед другими студентами, я вам дать не могу, но все же без награды не оставлю. Можно было, конечно, вручить вам денежное поощрение, но, учитывая ваш статус, не считаю подобное правильным. Благодарность в ваше личное дело уже записана, но ее недостаточно. В знак благодарности я подарю вам один артефакт. — Он положил на стол небольшую заколку в форме лебедя. — одноразовый щит, — пояснил он, — защищает практически от любой атаки. Артефакт достаточно редкий, но не уникальный. Используйте с умом.
Прикольно. От таких подарков не отказываются. Поэтому, поблагодарив ректора, я забрал артефакт и сразу приколол его к пиджаку.
— Но я хотел бы все же попросить вас, курсант Каядзаки, — ректор встал явно показывая что наша бесед закончена, — об одной услуге.
— Да, — поднялся я следом за ним.
— Дело в том, что вы привлекаете к себе слишком много внимания, — нахмурился ректор, и я в свою очередь непонимающе уставился на него.
— Не понял, — искренне признался ему, — я вообще никого не трогаю. А вот мне порываются то дуэль объявить, то какую-то каверзу подстроить. Заметьте, не я на дуэли вызывал! И курсанта Рогу не заставлял тем более.
— Да знаю я — проворчал ректор, — просто вокруг вас слишком много всего происходит… так «весело» не начинался еще ни один учебный год за десять лет, которые я здесь ректором Черного корпуса работаю. Просто постарайтесь не вестись на провокации. И да, можете связываться со мной лично! Я отправлю на планшет контакт. Просто напишите мне при необходимости. Охренеть!… Фига се я крут, сам ректор такое предлагает! На минуточку — в Академии три тысячи курсантов… я че такой эксклюзивный, что ли? Связываться лично? Я что, должен бежать к дяде директору жаловаться на то, что меня обижают? Как-то не по фэн-шую, да и не по мне. Но если прижмет что писец… то такой вариант можно и рассмотреть. Все же против преподавателей я потягаться не смогу. Да и я же не идиот от такого шанса отказываться? Пусть полежит на дальней полочке возможностей. Но один вопрос не могу не задать…
— Благодарю, конечно. Но все же почему я? В Академии три тысячи студентов, и с трудом верится, что среди них я привлек такое внимание какой-то дуэлью, пусть и со старшекурсником!
— Не только в дуэли дело, не только… — нахмурился ректор, — объяснять свои резоны я вам не буду. Может, позже… сейчас просто запомните мои слова. Если будут проблемы, пишите — поможем.
— И я за такую помощь ничего не буду должен? — недоуменно вырвалось у меня.
— Нет, конечно нет, — улыбнулся Разумовский, — вы очень перспективный студент, и нам… мне не хотелось бы вас потерять.
А вот тут ближе к истине. Оговорочка, так сказать, по Фрейду. Интригует, однако. Чтобы ректор реально заинтересовался обычным курсантом… К тому же академии учились те, кто были гораздо знатнее
