Что приключилось здесь сегодня утром?
Опять эти плавные строки... Агний уже отозвался на новое имя, оглянулся и встретился с гневным взглядом монаха.
Кто этот монах? Друг или враг? Что ему надо?
Агний приобнял Елин в мужской одежде, а потом подхватил ее на руки.
— Я спас его от шайки Барбиерри,
Они смеялись и готовились к расправе,
Попал им Аурелио в дурные руки,
Но, слава Богородице, я рядом
Вдруг оказался и отбил у банды друга...
Монах кивнул и коротко перекрестил друзей. Потом подойдя поближе, погладил Аурелио по всклокоченным вихрам.
— Иди и окажи Гвидичи помощь,
Дай отдохнуть ему телесно и душевно,
А вечером не вздумайте являться
В сад Барбиерри на веселый карнавал.
"Понятно, что не сунемся никуда", - про себя подумал Агний и пошел, почти побежал к своему дому, то есть к дому какого-то Фабрицио.
***
Сильные руки подхватили Елин, дали уверенность и спасение. Как всегда. Как всегда Агний оказался рядом и поспешил на помощь. Юноша понемногу пришел в себя, мотая головой из стороны в сторону, откидывая прочь усталость. Рядом вновь послышались чьи-то странные речи, говорящие так, будто она смотрит актерское представление в доме ланисты на потеху гостям.
"Аурелио... вот, значит, как меня зовут. Сад Барбиерри... карнавал…"
Что ж если на улице на него косо смотрели, то сейчас добавилась жалость, стоило двум мужчинам переступить порог дома, как вокруг них засуетились, начали охать и ахать.
Чьи-то руки стаскивали с Аурелио рванную, испачканную в пыли и крови одежду, обтирали влажными тряпицами, укладывали на широкую высокую кровать. Остатками королевской памяти Елин отдалась в руки слуг и расслабилась, пока из этого состояния её не вырвал звук открывающейся двери.
В комнату вошел высокий широкоплечий мужчина с длинными светлыми волосами, небольшой бородкой и ярко-голубыми глазами, взгляд которых ни с кем нельзя было спутать.
— Агний, - тихо произнес парнишка с какой-то обреченностью. - Все пропало. Я... я... Я не смогу выжить в этом мире. Вот в таком виде... Боги проклинают меня... Посмотри! Посмотри, что со мной здесь сталось!
Елин-Аурелио откинул край покрывала и предстал перед мужчиной в обнаженном виде.
— Это месть Морганы, не иначе!
Агний не мог бы передать словами, что творилось в его голове, в его душе и с его сердцем, когда он разглядывал миловидного юношу с чертами лица Елин. Ломающийся голос уже с хрипотцой и с интонациями девицы его. Глаза синие и родные на лице, очерченном все же мужскими угловатыми скулами и с крупноватым для девочки носом. Длинные ноги с крупными коленками и широкой стопой. Мальчик грозил вырасти симпатичным.
Аурелио сел обняв колени в постели, а пожилая служанка порхала вокруг с фланелевой губкой в руках и, обихаживая гостя, причитала.
— Проклятый род, змеиное гнездо
От мала до велика все к разбою
И пьянке необузданной привычны!
Наслал Господь ведь кару на Верону!
Всех Барбиерри да в один мешок
Да в реку! Поглядите только
Наброситься на юного Гвидичи!
Агний уже почти привык к такой речи, поэтому спокойно общался с окружавшими его людьми. В данный момент ему позарез требовалось выгнать эту старушку из комнаты и просто побыть рядом с Елин.
— Прошу оставь нас, я закончу дело.
Пусть Аурельо отдохнет в моей кровати.
Пусть принесут нам пищу и вино,
Под дверь поставят и не беспокоят.
До вечера оставьте нас одних.
Он говорил медленно с ленцой, растягивая слова и фразы, будто не произошло ничего из ряда выходящего. Но внутри все клокотало, и готово было вырваться наружу.
***
Когда за последними слугами, закрылась дверь, Агний бросился к кровати, на которой сидела Елин.
Чтоб разрядить обстановку и как-то поднять настроение им обоим, он присел на край и погладил мальчика по плечу.
— Да ладно, ничего ужасного. Зато мне теперь не надо всяких мужиков от тебя отгонять…- Агний чуть развернул Аурелио на себя. - Симпатичный пацан получился же, чего ты? Моргана тварь, конечно, отомстила же... Но мы справимся, справимся...
Он еще приговаривал и гладил. Потом прилег, обняв худую фигуру своими большими руками, зарылся носом во влажные кудри Аурелио, что теперь были только до плеч и, убаюканный собственными словами, задремал.
Успокоил, на несколько минут заставил поверить, что всё будет хорошо. Елин прижалась к плечу Агния и тоже прикрыла глаза. Хорошо ему! Он здесь сам свой, только выхолощенный весь, разнаряженный что павлин. А ей каково?! Вот она мальчишеская жизнь, о которой мечтала дома когда-то. Рада она теперь ей?
Агний развернулся на спину и безмятежно похрапывал, раскинув руки, а Елин разглядывала рисунок на резьбе прикроватного столба. На плечо легла теплая рука, сулящая умиротворение, вот только слова Агния нисколько не успокаивали. Мужик, парень, мальчишка - вот кто она теперь. Даже представить себе не могла, что когда-нибудь будет так скучать по своему родному телу, сгоревшему в том амбаре. Отчего опять меняется она внешне, а Агний остается таким, как был? Или ей только кажется?
Аурелио издал протяжный стон. Можно, конечно, спрятаться в доме этого мальчишки, за спинами слуг и как-то переждать, прожить. Только зачем? Откуда такой взрослый друг у парнишки? И друг ли? Почему так привычно Аурелио уложили в постель этого Фабрицио? Что вообще тут происходит, в этом странном мире, где говорят стихами и мужчины украшают себя как женщины?
Навернулись слезы от растерянности и злости, но она теперь мужчина, а мужчины не плачут. Они сильные, они стойкие, они не позволяют себе проявлять слабости. Агний не позволяет, и она не должна.
***
Аурелио не спеша повернул голову, глянул на спящего Фабрицио, осторожно выбрался из-под его руки и присел на кровати. Его взгляд блуждал по телу молодого мужчины, изучая, сравнивая со своим. Не такой рельефный пресс, не такие сильные руки, не такая широкая грудь и плечи - все не так. Словно боги, создавая Фабрицио, не рассчитали ресурсов, и из остатков пришлось лепить Аурелио, бледную тень воина, насмешку. Парнишка поднялся с кровати, подошел к зеркалу и стал рассматривать себя с ног до головы, пока не заметил, что друг его уже приподнялся на одном локте и наблюдает за всеми его действиями.
