Я помню тот день, когда Вероника стала женщиной. Она пришла ко мне домой, немного растерянная и рассказала все. Я была так шокирована, что даже открыла бутылку вина, которую мама хранила на всякий случай, и залпом выпила целый бокал - Ника проделала то же самое. Я не позволяю себе пить спиртное, употребляю его по праздникам в небольших количествах, но этот случай показался мне особым. Когда мысли немного улеглись, а первый шок отошел на второй план, Ника объяснила причину, по которой решилась на такой ужасный поступок. Она сказала, что хотела, чтобы ее первым мужчиной был кто-то опытный, тот, кому она смогла бы довериться. Потом девушка покачала головой, сказала, что она круглая дура и... разревелась. Мы еще долго сидели в моей комнате, Вероника не могла успокоиться, а я растеряла все слова, чтобы хоть как-то ее утешить.
Потом у Ники пошла череда бесконечных знакомств, одного парня хватало на две-три недели. Она не могла быть с кем-то постоянной, теряла интерес, как только заполучала нужный объект. Я не мешала, хотя такой образ жизни мне не нравился. Я как-то попыталась сказать Веронике, что, может, она ведет себя не совсем правильно. Ведь не обязательно же встречаться чуть ли не с первым встречным. Девушка огрызнулась, и мы почти неделю не разговаривали. Потом обе извинились, и с тех пор я больше никогда не лезла в ее жизнь.
Как уж так получилось, что и в университет один мы решили поступать - не знаю. Если я с выбором давно определилась, то вот Ника колебалась до последнего. У нее было желание пойти в театральный, но она сомневалась в своих способностях - думала до последнего, а потом решилась поступать со мной на юридический. Ника-юрист - страшное дело! Я над подругой смеялась долго, она же только фыркала и сказала, что все равно собирается на сцену пробиваться, поэтому не хочет особо с образованием заморачиваться.
Тот день запомнился мне навсегда. Солнце было очень ярким, во всей этой одежде было безумно жарко. Чувствовался какой-то дискомфорт, так как мы находились в новом для нас месте и толком ничего не знали. Когда перед тобой распахиваются двери нового учебного заведения - волей-неволей проникнешься торжественностью момента. Ника и тут успевала строить всем глазки, но держалась в рамках приличия. А вот когда я увидела знакомое лицо, невольно замерла на месте. Возможно, мне померещилось, но нет... его лицо мелькнуло снова.
-Ева, ты чего стала? Шевели лапками, нам туда надо! - заголосила подруга. Потом, всмотревшись в мое лицо, остановилась. - Ев, ты чего?
-Он здесь! - дрожащим голосом проговорила я, вцепившись в руку Вероники. - Я только что его увидела!
-Кто он? - Лазарева начала озираться по сторонам.
-Краснов. Сергей Краснов! Ну, помнишь, как я в него влюблена была! - я отчего-то улыбнулась, вспомнив события, с которыми меня разделял уже не один год. - Он здесь! Представляешь, тоже поступил сюда!
-Господи, тот урод, что ли? - фыркнула Ника. - Он что, до сих пор тебе нравится?
-Нет, конечно, - я засмеялась. - Просто увидела его. Как он может мне нравится, если я его уже столько времени не видела?
-Вот и хорошо. Забудь о нем. Посмотри, тут столько красивых мальчиков учатся! Здесь не заскучаешь! - Вероника, схватив меня за вторую руку, потащила в здание.
Тогда я действительно думала, что чувства все давно захоронены где-то глубоко, да и невозможно любить спустя столько лет. Я тогда не обратила никакого внимания на неуверенные стуки сердца, когда в толпе мелькнуло его лицо. Подумала, что все это - радость встречи, но не большее.
На секунду мои воспоминания прервались, и я вернулась в настоящее время. Ноги вели меня куда-то, но я слишком плохо соображала сейчас, чтобы что-то понимать. Мимо меня проплывали разные лица, и каждый раз мне казалось, что там идет он, Сережа. Может, он все понял, может, осознал это только сейчас? Но нет, люди и их лица проплывали мимо меня, не задерживаясь ни на секунду.
В университетскую жизнь мы влились очень плавно. Я знаю, что карьера певицы у Вероники росла в гору. Станислав Александрович всячески продвигал свою названую дочь. Кажется, еще на первом курсе у подруги были несколько своих песен. И я знала, что на этом девушка не остановится. Вскоре она была уже не Лазаревой Вероникой Станиславовной, а певица 'ВерониК', которую в городе часто приглашали в частные заведения на выступления. Она начала зарабатывать деньги и безумно радовалась тому, что у нее что-то получается. Вскоре намечалась и запись ее первого альбома. Я навсегда запомнила те искорки счастья в глазах подруги, когда она мне сообщала эту новость.
Конечно, я была рада, и ни разу за все наше знакомство у меня не мелькали мысли о зависти к подруге. Все было правильно, Вероника из тех девушек, которые могут таким способом самовыражаться. Я слушала ее песни, и они мне нравились - в них было что-то правильное, она пела о суровой реальности. Ее мелодичный голос не резал слух, а тексты песен были такими подходящими под ее образ жизни, что слушатели не могли сомневаться - это были только ЕЕ песни.
На время она оставила свое увлечение, которое мы про себя прозвали 'как быстро Вероника сумеет соблазнить очередного неудачника'. Она все больше задумывалась о будущей карьере, отец заставлял подтягивать девушку и учебу, поэтому сестре было просто не до парней - совмещать будущую профессию с учебой было не просто. Такой Вероника мне нравилась гораздо больше - наша дружба вновь текла размеренно и гладко.
Я, втайне от мамы, начала ходить на уличные танцы. Чем-то этот стиль меня неуловимо тянул. Конечно, наш тренер сначала на меня косо посмотрел - ведь первый раз на тренировке появилась такая правильная, немного стеснительная девочка-ботаник. К чему мне были эти танцы я и сама не понимала. Но танцевать мне нравилось, а со временем я поняла, что через танец можно выражать все негативные эмоции, которые у меня постепенно накапливались в процессе учебы. Должна отметить, что танцы шли у меня неплохо - я не была отстающей. Да, возможно, мне было очень тяжело первое время, но... я очень старалась, отрабатывала движения дома и, в конце концов, у меня что-то начало получаться.
В последствие я, конечно, не стала серьезно заниматься уличными танцами - из-за дальнейших обстоятельств мне пришлось с ними расстаться. Но, полюбив этот стиль, я научилась через движения самовыражаться. И в далеком будущем были люди, которые меня понимали - я их очень ценила.
В таком ритме мы с подругой и жили. От нее я тоже скрывала свои посещения танцевальных курсов. Почему-то, мне хотелось пока держать это в тайне. Так суматошно и оканчивался первый курс в универе, а я с Вероникой не могла поверить, что мы прожили первый год в учебном заведении. Это все было так странно и так необычно, что мы не могли выразить свои эмоции по этому поводу.
