«В Западной Европе Русь называлась также Ругией, Рутенией, иногда Руйей или Руйяной. В первые века в Галлии существовало кельтское племя рутенов, которое часто сопровождалось эпитетом «флави рутены», то есть «рыжие рутены». Это словосочетание в некоторых средневековых этногеографических описаниях переносилось и на Русь, и, как это указывалось в нашей литературе, для такого перенесения требовалось какое–то хотя бы внешнее основание. И действительно, в X веке североитальянский автор Лиутпранд этноним «Русь» объяснял из «простонародного» греческого, как «красные», «рыжие». Во французских источниках также, скажем, дочь Ярослава Мудрого Анна Русская осмысливалась и как Анна Рыжая. Название Черного моря как «Русского» встречается более чем в десятке источников Запада и Востока. Обычно это название связывается с этнонимом и служит, в частности, обоснованием южного происхождения Руси. Это не исключено и даже вероятно. Но надо иметь в виду и то, что само это название осмысливалось как «Красное». В некоторых славянских источниках море называется не «Черным», а «Чермным», то есть Красным. Так же оно называется в ирландских сагах, выводящих первых поселенцев на острове Ирландия из «Скифии» (в ирландском языке: «Маре Руад»). Само название «рутены» происходит, видимо, от кельтского обозначения красного цвета, хотя на ругов–русов это название перешло уже в латинской традиции.
В русской средневековой традиции тоже была версия, что название «Русь» связано с цветом «русый». Традицию эту обычно всерьез не принимают. Тем не менее у нее глубокие истоки. Так, в некоторых ранних славянских памятниках зафиксировано обозначение месяца сентября как руен, или рюен, то есть почти так, как в славянских языках назывался и остров Рюген (обычно Руйяна). Значение этого названия месяца то же, что и прилагательное «русый»: именно коричнево–желтый, багряный (уже позднее слово «русый» станет обозначать несколько иной оттенок). По существу все формы обозначения Руси в западноевропейских источниках объясняются из каких–то языков и диалектов как «красный», «рыжий». При этом необязательно речь должна идти о внешнем виде, хотя и внешний вид в глазах соседей мог этому соответствовать. Красный цвет в столь важной для Средневековья символике означал могущество, право на власть. Красный цвет могли специально подчеркивать, как подчеркивал автор «Слова о полку Игореве» «червленый», то есть красный цвет щитов русичей».
Пусть читатель извинит нас за столь длинную цитату, но не возникло ли после ее прочтения у вас ощущение, что ханаанеи (финикийцы) действительно как–то связаны с Россией, русскими? Тем более что совсем поблизости от них находилось настоящее Красное море, и трудно поверить, что это не они, лучшие мореходы Древнего мира, дали ему это имя. Кстати, Геродот дважды (1,1; VII, 89) говорит о происхождении финикийцев, выводя их из района Эритрейского моря, откуда они и пришли к берегам Средиземного моря, причем второй раз он ссылается непосредственно на самих финикийцев: «Как говорят они сами». По–гречески «Эритрейское» значит «Красное». Сами финикийцы понимали под ним Чермное (Черное) море. Но не будет ошибкой говорить, как это делают многие современные историки, что в Палестину финикийцы прибыли с берегов Красного моря, омывающего Аравийский полуостров. Дело в том, что волна миграции арийских племен основательно «накрыла» и этот полуостров!
Примерно в 30 километрах к юго–востоку от Саны — столицы Йеменской Арабской Республики — находится местность с названием «Страна Русских» (Биляд эр-Рус). Точно так же никто не помнит, когда и почему огромный солончак на юго–востоке Аравии получил название «Отцы Русских» (Аба эр-Рус). В умах жителей Аравии устойчиво хранится память о неких «светлолицых братьях». Так, предки гордых аравийских бедуинов называли себя «ахмар», что значит «красный, рыжий». Есть целый район недалеко от йеменской столицы, выходцы из которого носят «фамилию» Ахмар. Светлый цвет кожи и волос издавна рассматривался на Востоке как признак знатности происхождения. То же самое можно сказать и про берберов Сахары. Представление о превосходстве, высоком социальном ранге, благородстве прочно ассоциировалось у них со светлым цветом кожи, волос, глаз. «Светлоокрашенными» в произведениях бедуинских поэтов выступают герои, воины — богатыри, вожди, цари. В Коране образ людей с белыми лицами получил религиозное осмысление как образ людей добродетельных. В арабский язык вошло устойчивое выражение «да осветит Аллах лицо твое!», то есть сделает тебя почетным, уважаемым.
В III тысячелетии до н. э. территория современной Палестины (Ханаан) стала одним из центров сосредоточения ариев, мигрировавших в страны Средиземноморья. Сюда собрались арии — беженцы и выходцы из Египта, Аравии и Месопотамии. Они не препятствовали заключению смешанных браков с местными племенами. В итоге ханаанейский этнос представлял многонациональную стихию, в которой руководящую роль, однако, играли предки русских — арии. Для тех же, кто все еще сомневается в присутствии наших пращуров в столь отдаленных землях, особо укажем, что имя первочеловека — Адам — в буквальном смысле по–древнееврейски означает «красный», и понимать это следует вовсе не как характеристику представителя красной расы, а как указание на русого (рыжего!) Ивана, которому стало скучновато посреди райских кущ. Да и само слово Финикия, как и созвучное ему название Венеции, восходит к корню «ван», от которого произошли имена «ваны» (ханаане) и «венеты» (финикийцы).
Вполне понятно, что читатель, впервые столкнувшийся с такого рода идеями, может отнестись к ним очень настороженно, если не сказать враждебно. Но мы, со своей стороны, напомним, что тема миграций древних ариев в Средиземноморье затрагивалась многими исследователями. На то, что под именами ханаан и ванов (венетов) скрывается один и тот же народ, указывали кандидат экономических наук Д. Н. Емельянов и писатель В. И. Щербаков. О присутствии предков русских и славян на Ближнем Востоке и в Передней Азии написали в своих книгах А В. Трехлебов, В. В. Данилов, В. Н. Демин, Ю. Д. Петухов. Профессиональные историки с великой неохотой признают это, но всячески замалчивают участие ариев в истории Ближнего Востока или подчеркивают незначительность их роли и их влияния на политические процессы. В данной книге мы попытаемся, насколько это возможно, показать несостоятельность подобных взглядов.
Вернемся опять–таки к родословной Ханаана, сына Хама. Слово «хам» в современном русском языке обозначает грубого, наглого человека. Оно пришло к нам со страниц Библии и непосредственно связано с одним из эпизодов в жизни Хама. Однажды его отец Ной — тот самый, что спасся в своем ковчеге от потопа, — начал возделывать землю. Наработавшись изрядно, он выпил вина и, опьянев, заснул обнаженным в своем шатре. Хам же, случайно увидев наготу отца своего, вышел и рассказал об этом своим братьям — Симу и Иафету. Тогда те взяли одежду и, положив ее на свои плечи, пошли задом и накрыли ею отца. Лица их были обращены назад, и они не видели наготы своего отца. Когда Ной проснулся и узнал, в чем провинился Хам, то он гневно изрек «Проклят Ханаан; раб рабов будет он у братьев своих» (Быт. 9:25). Богословы в деталях разобрали эту историю и высветили все неприглядные стороны поступка Хама. Толковая Библия разъясняет, что Хам в отличие от своих братьев «обнаружил порочную наклонность и испорченное воображение, отсутствие сыновней почтительности». Как говорится, тут все ясно. Но есть во всей этой притче и нечто темное, недосказанное. Почему Ной проклинает не самого Хама, а его сына? Причем у провинившегося Хама четыре сына, и имя одного из них — Мицраим — священные еврейские книги постоянно соотносили с Египтом. Почему гнев деда не обращен на него? Очевидно, что рассказ о провинности Хама включен в Библию исключительно с целью обосновать «законность» будущей рабской зависимости Ханаана от своих братьев.
Нам представляется, что в данном библейском эпизоде присутствует также подоснова, которая осталась незамеченной его истолкователями. Зададимся вопросом: а что означает имя Хам? Исследователи Библии, выводящие его от древнееврейских корней, скажут, что оно значит «жаркий», «страстный». Но если считать ханаанеев потомками ариев, то напрашивается параллель Хама с богом любви в древнеиндийской мифологии — Камой. По–древнеиндийски «кама» — «желание», «чувственное влечение», «любовь». Бог Кама изображался юношей, восседающим на попугае (также на колеснице); в его руках лук из сахарного тростника с тетивой из пчел и пятью стрелами из цветов, насылающих любовную страсть. Ну, чем он не Яр — Эрос или «первый русский любовник» Иван? В верованиях наших предков особое (верховное!) место занимали боги, связанные с плодородием. И кажется в высшей степени закономерным, что родителем Ханаана — Ивана библейская традиция называет древнего арийского бога любви (о его связи с прародиной ариев — Россией — напоминает также и название реки Камы).
