– Очень хорошо, дорогой, – вздохнула она, соглашаясь, и улыбка сбежала с ее губ. – Не лучше ли тебе в таком случае подняться наверх и выпить бренди? Думаю, музыкальная комната вполне подойдет для этого.
Теплая волна благодарности согрела сердце Джеффри, и он улыбнулся. По крайней мере он получил отсрочку. Чмокнув мать в щеку, он проворно нырнул в боковой коридор и стрелой взлетел по лестнице.
Ему нужно подумать. Составить план действий.
Всего четыре недели!
Оказавшись наверху, Джеффри торопливо плеснул себе бренди, залпом его выпил, глубоко вздохнул и ослабил галстук. Теперь предстояло решить, что делать дальше. Но ответ он, похоже, знал. Все аспекты состояния Тэллисов – вернее, его отсутствия – были ему известны. Тем не менее он усердно искал выход, перебирая в памяти поголовье овец и каждый акр земли. Размышления надежды не вселяли. Если он обеспечит Софи приданым, платить по закладной будет нечем.
Оставалось найти богатую невесту.
Но заставить себя пойти на это он не мог. Пока не мог. Для него это означало добровольно сунуть голову в петлю.
Снова наполнив бокал живительным эликсиром, граф бросил взгляд на открытое окно.
Сначала он увидел нечто похожее на ногу, затем на руку, опиравшуюся на подоконник.
В окне второго этажа показалась девушка. Святые небеса! Неужели ради него они готовы идти на штурм?
Зрелище вызвало у Джеффри противоречивые чувства: ему хотелось истерично расхохотаться, а в следующую секунду он готов был пуститься наутек. Неужели желание женщин затащить его под венец не знает границ?
Подобно человеку, искушаемому соблазном тревожить больной зуб, Джеффри с любопытством уставился на отважную незнакомку. Оголенная ножка была прехорошенькой, имела красивую форму и сияла в лунном свете перламутровой белизной.
Снизу доносился приглушенный гул голосов гостей матери, хищно круживших по бальному залу в поисках ее сына. С фатализмом обреченного граф понял, что бежать ему некуда. Придется остаться на месте и насладиться спектаклем.
Он тихо опустился на диван, с удовольствием наблюдая за девушкой, бочком пытавшейся влезть в узкое окошко. Джеффри видел ее светлые с рыжеватым оттенком кудри, выбившиеся из элегантной прически, слышал мягкое шуршание белого шелка. Но в следующее мгновение он ошарашенно замер, увидев такое, что заставило его нервно открыть глаза, – в окне показался плотно обтянутый блестящей материей круглый зад.
Это продолжалось какие-то секунды, но Джеффри знал, что и этих мгновений ему хватит, чтобы подсмотренная сцена навеки запечатлелась в его памяти. Таинственная незнакомка продемонстрировала ему достаточно прелестей, чтобы воспламенить его воображение. Наконец, протиснувшись в окно, девушка спрыгнула на пол. Белый шелк с тихим шорохом как ни в чем не бывало закрыл ее ноги. Она стояла к Джеффри спиной.
– Пожалуйста, выньте из волос веточку, – лениво проговорил он. – Она портит все впечатление.
Девушка вскрикнула и круто развернулась к нему. Ее глаза от испуга стали похожи на два блюдца.
Возможно ли это? Она что, не ожидала здесь кого-то увидеть? Джеффри отогнал эту мысль как маловероятную.
Для чего ей приспичило карабкаться вверх по стене, если не для встречи с ним?
– Поздравляю вас с изобретательностью, – ухмыльнулся он. Шутливый тон скрыл испытываемую им горечь. – Считайте, что вам удалось меня заинтриговать.
Девушка нахмурилась, и на лбу ее пролегли морщинки, придавшие лицу задумчивое выражение.
– Благодарю вас, – прозвучало в ответ. Судя по интонации, она была озадачена, если не сказать ошеломлена. – Меня вообще считают довольно сообразительной.
– Не могу не согласиться. Вы так умны, что мне не терпится услышать продолжение. – Он наклонился, и зажег свечу.
– Нет!
Но было слишком поздно. Фитиль разгорелся, и мягкое сияние пламени, разогнав тьму, облило золотом интерьер и в нем мужчину с женщиной.
Перед ним стояло восхитительное создание. Правда, незнакомка выглядела чуть старше, чем ему показалось сначала. В неярком свете свечи ее глаза под необыкновенно длинными ресницами напоминали голубые озера. Ее губы были похожи на темно-красные бутоны. Такие губы бывают у женщин после... после страстного поцелуя.
Джеффри был почти уверен, что она только что с кем-то целовалась. При этой мысли он заледенел. Незнакомке на вид можно было дать лет двадцать или двадцать один. Размышляя над возрастом таинственной гостьи, Джеффри продолжал бесстыдно ее рассматривать, исследуя взглядом изысканные линии модного покроя платья, высокую грудь и обворожительно тонкую талию. Все остальное скрывала широкая юбка. Но ему не составило труда оживить перед мысленным взором картинку с молочно-кремовым бедром и стройной ножкой. Джеффри еще долго мог бы предаваться воспоминаниям, если бы постукивание этой стройной ножки не отвлекло его от столь приятного занятия.
– Прошу меня простить, прекрасное видение, за столь беспардонное разглядывание. Но поверьте, мне не так уж часто предоставляется возможность лицезреть женщину, отважно бросившую вызов самой матери-природе.
– Значит, у вас нет сестры, – сделала неожиданный вывод незнакомка.
Джеффри едва не расхохотался, вообразив, как его сестра, чопорная и холодная Софи, взбирается по приставной лестнице или карабкается по дереву. Это зрелище было из области фантастики.
– Отчего же? У меня есть сестра. Только она – пример несокрушимой благопристойности. – Он улыбнулся. – Но моему сердцу гораздо милее девушки, усыпанные листьями. – Джеффри жестом указал на застрявшие в ее прическе желтые и оранжевые листочки.
Ахнув, она принялась суетливо шарить в волосах в поисках компрометирующих улик. Не в силах сдержать саркастическую ухмылку, Джеффри поднялся с дивана и подошел к ней.
– Пожалуйста, позвольте мне.
Он действовал осторожно, чтобы не испортить ее элегантной прически, не торопясь выуживая из золотистых прядей листья, тронутые красками осени. Джеффри не мог не отметить, какими удивительно мягкими и шелковистыми были ее волосы. Внезапно, поддавшись порыву, он вынул из прически две заколки.
– Мой Бог! – воскликнул граф с фальшивым сожалением, когда освобожденные из плена кудри рассыпались по плечам. – Какой я неловкий. – Не в силах противиться желанию, он с восторженным возгласом погрузил руки в буйное великолепие волос.
Но к огорчению Джеффри, незнакомка резко отпрянула, лишив его возможности насладиться удовольствием.
– Черт возьми! Вот так всегда!
Граф с улыбкой наблюдал за ее бесплодными стараниями вернуть прическе первоначальный вид, и ему стоило немалых усилий сдержать смех. Искушаемый соблазном вынуть остальные заколки, он предусмотрительно отодвинулся от нее на безопасное расстояние и, вспомнив о бренди, взял свой бокал.
