увидели зелёный бархат.
Уверены ли вы, что он зелён,
Что всё что видите вы — реальность?
Что в этом мире всё — как представляем мы себе?
Дождь
За окном идёт дождик,
Я рад его снова увидеть,
Он солнце скрывает,
Мне помогая узреть.
Люблю я дожди и плохую погоду.
Не нравится мне на солнце смотреть.
Дождь меня умывает, силы мне придаёт,
Люблю я дождливые дни.
Пусть грустят остальные,
А мне приятны дожди.
Но вот и ты прекратился,
Небесный мой друг.
Люди весёлые стали,
А мне безрадостно что-то.
И солнце снова вздымает свои горячённые крылья,
И снова печаль наступает,
И снова обычные будни.
Я день ото дня ожидаю
Вновь твоего появленья,
Мой дождик родимый,
Мой друг…
Вверх?
По лестнице я шёл, не ново это для меня,
Я каждый день по ней хожу,
Но тут усталость вдруг меня взяла,
Подниматься тяжелей мне стало,
Но оступиться я не боюсь,
Ведь, хоть поднимаюсь я наверх,
Интересно крайне мне и дно, то,
Что узрею я внизу,
Когда час паденья подойдёт…
Не нужно
Мне сопли ваши противны,
Не хочу я на них больше смотреть,
Но лезут они ото всюду:
Из парков, экранов, газет.
О как же бессмысленно,
Как же это противно!
Зачем же сюда вы все лезете?
Иль думаете вы,
Что в мире зелёном, вот этом
Твари каждой по паре?
Ну если твари, то, пожалуй, по паре,
Но я же не тварь, пара мне не нужна.
Нет для меня второй половины,
Никогда её и не будет.
И я этому только рад.
Ведро
По речке прохладной в лодке я шёл,
Старая лодка была,
Подгнила чуть-чуть.
Стала лодка тонуть:
Прохладна водичка стала вливаться в корму,
Быстрее стала тонуть.
Человек же из лодки ровно в ней не сидел,
Нашёл своё он ведро,
Стал черпать водичку скорей.
Водичка прохладна уходить не спешила,
Ведро ведь было дырявым везде,
Но мужик наш сдаваться не стал,
Продолжал её он черпать.
А я что?
А я черпал…
Нырок
Никогда не хотел остаться в мире этом,
Предпочитая мир мечты всему.
А коли мир мечты мне недоступен станет вдруг,
То я смогу нырнуть в миры иные,
Придуманы что были мной или не мной…
Отличие одно лишь в них,
Законы мирозданья действуют в них тоже,
Но это не беда. Они куда ведь лучше зелёненькой пылинки,
Что в космосе бежит уж не с один десяток лет.
А самая отрада в том,
Законы там не строги, не как в пыли,
Там можно быть волшебником иль колдуном и кем захочешь ты.
Одно печалит лишь меня,
Нырок вот этот мой, глубоким уж не будет.
Как ни старался б я,
Но погруженья полного мне не достичь, увы,
Мы недостаточно умны, пока, для сих нырков.
Но будет день…
Настанет он…
Путь
Вот путник одинокий,
Не год уж по дороге он идёт,
Не год пройдёт он и ещё.
На пути его, сереющем вдали,
Множество развилок разных попадалось,
Он не всегда сворачивал на них,
Но сворачивал когда,
Дорога могла стать короче иль длинней.
Но продолжалась она вдаль всё также,
А вдоль её событий разных много было,
Не очень скучная дорога для него.
Вот он и идёт, с начала своего рожденья,
Не останавливаясь ни на миг,
Много может времени пройти
Пред тем, как кончен будет путь его,
Но он когда-нибудь настанет,
Лет через семьдесят, а, может, пятьдесят.
Разные слова
Четыре разных слова:
Отношения, любовь, романтика и секс.
Как много смысла люди заключают в них,
Но не несут особенность они в себе,
Ни единое из них.
Прогулки, праздники, чаёк с любимым
Скрывается под первым словом.
Второе хранит лишь эндорфин в себе.
Третье довольно сложно объяснить,
Оно довольно эфемерно, для каждого оно своё,
Но сверхъестественного в также нет.
Четвёртое же слово в себе скрывает
Лишь плотские утехи под собой,
Особенности нет и в нём.
Однако ж то или иное слово
Превозвеличивают часто люди,
Но нет, я повторю, особенного в них…
Случайность
Случайно я нашёл пятак,
Случайно я попал в впросак,
Случайный атом кислорода
Попал мне в лёгкие чрез нос.
Случайный электрон,
Отсюда вон туда попавший,
Сделал так, что всё исчезло вдруг.
Случайный выстрел не туда,
Привёл к погибели чрез пару лет.
Случайное словечко, брошенное вдаль,
Преобразило всю картину мира.
Ту самую картину,
Что знаем мы всю жизнь,
Удерживает лишь случайный прочерк,
Прочерк, что давно поставлен был.
Сумбурные мысли
Порозовело небо, ему порезали горло,
Позеленела трава, загнивающий мир встрепенулся.
Новый день, отвратною каруселью
Закрутится сейчас вновь.
Вон, я солнце уже наблюдаю,
Вот и час, седьмой уже пробил,
Сон, не в одном не глазу,
Воспалившийся слишком мой разум
Спать мне всё не даёт.
Он и к краю меня всё толкает,
В другие миры всё зовёт.
Продвигаюсь я лишь по кинжалу,
Взирая то, чего нет,
Размышляя над тем, не исполнится что никогда.
Я не жду конца карусели,
Во случае всяком, пока…
***
Любовь — не секс,
Но в мире нашем, странном,
Перемешалось всё вверх дном,
Романтика не популярной стала,
Сонливостью излишней обзавелась она,
А позже, почти ушла совсем,
Заменив себя отвратным делом сим,
Что нравственности не несёт совсем.
Тенденция печальна, да,
Но изменить уж ничего я не смогу,
Давным-давно переменяться стало это,
И я не властен над процессом сим,
Но одобрять такое не могу.
Сон
Воспалённый разум не даёт мне спать,
Верчусь, кручусь, уснуть мне невозможно.
Мысли, не на земле мои,
Давно я поразмыслил обо всём,
Есть у меня время дня всего.
Один иль два часа мне в день даётся
И это — многовато даже для меня.
Нельзя мне много думать,
Ведь я могу придумать то,
Что мозг мой воспалит сильней.
Хотя те так уж плохо это,
Мне будет больше время на подумать,
Разума запрету вопреки.
Истина
Я, вроде бы, умён,
Умею до многого я сам дойти,
Но знаю истину одну,
Которую уже я принял.
Не способен, на самом деле,
