В нашей скромной двушке в самой обычной панельной многоэтажке я одна. И я люблю эту тишину, которая бывает здесь, когда мама уходит на дежурство. Она работает медсестрой в одной из городских больниц. Несколько секунд в полумраке коридора я сижу, подперев его стену затылком. Потом сбрасываю маме короткое сообщение о том, что я дома, делаю глубокий вдох и резкий выдох. Мне действительно повезло, что пара, где Петрова как с цепи на меня сорвалась, была последней. Хватит на сегодня приключений.
Я думала, что Полина взглядом припалит мой свитер, пока шла лекция. И чего мой язык за зубами не держался? Ну, скинула она вещи... Можно было и молча их поднять. Петрова от одного замечания в свой адрес не поумнеет, и мне спокойнее бы было. Надеюсь, до завтра она забьёт себе мозг очередным трендом в ТикТоке и забудет про меня.
Устало поднимаю взгляд на зеркало на стене напротив пуфика. Морщусь от своего отражения. Хвост на голове уже распушился, щёки розовые-прерозовые… Терпеть не могу эту особенность. Стоит просто пройтись по улице быстрым шагом, как лицо становится цвета юного поросёнка. И ещё эти веснушки…
Корчу недовольную рожицу своему отражению и наконец поднимаюсь с пуфика. Хватит рассиживать. Сегодня квартира в моём распоряжении, а значит, быть громкой музыке, еде в спальне и какому-нибудь сериалу.
И всё идёт по плану примерно до девяти вечера. Я даже разрешаю себе развалиться в ванне, до краёв наполненной пеной. Монотонное шуршание схлопывающихся пузырьков гипнотизирует. Откинув голову на задний бортик, я готовлюсь окончательно уйти в релакс, но мой мобильный уже жужжит на полочке у раковины.
Недовольно фыркнув, отряхиваю ладонь от пены и тянусь за ним.
— Анька, почему не отвечаешь? — в динамике сразу раздаётся недовольный возглас Сони. — Я уже пять сообщений тебе прислала.
— Прости. Вода в ванной шумела, и я…
— В ванной? Ты ещё не готова? Я, вообще-то, такси вызвала.
— Сонь… — мягко начинаю я, поморщившись.
Но она категорично меня обрывает:
— И слушать не буду. Ты мне обещала, а я месяц тебя уговаривала.
— Просто планы поменялись…
— Какие? Твоя задница стала ещё ленивее?
Вздохнув, я погружаюсь в воду с пеной ещё сильнее, прячась там почти по подбородок, словно это спасёт меня от недовольства Сони.
— Может, давай ты приедешь ко мне? — с надеждой предлагаю я. — Закажем в доставке что-нибудь, скачаем фильм. Мама всё равно на дежурстве…
— Отлично! — бескомпромиссно заявляет Сонька. — Никто не будет тебя караулить дома. Можно хоть до утра…
Издаю ещё один вздох и продолжаю искать себе отговорки:
— Сонь, завтра к первой паре на коллоквиум.
— Ты обещала.
— У меня и правда нет настроения. Особенно после сегодняшнего… — стараюсь найти ещё веские причины, чтобы не вылезать из ванны.
— Я тебе настроение подниму. Как раз пообщаешься с нормальными и крутыми ребятами, — Соня прёт как танк.
— Я не люблю все эти клубы… — решаю уже ныть в трубку. А вдруг Трофимова сжалится? Ну пожалуйста!
Но нет… Соня просто тарахтит мне в ухо:
— Это не просто клуб. Это квест-клуб. Самый новый и крутой в городе. К ним запись за месяц. Тем более мы играем двумя командами и нужно определённое количество человек. Если ты не пойдешь, то подставишь всех.
Последняя фраза просто разбивает мои мечты о том, как я буду досматривать финал сериала, закутавшись в одеяло. Помолчав ещё немного, я с сожалением бросаю взгляд на шуршащие пузырьки пены.
— Ладно, — нехотя сдаюсь я.
— Супер! — чуть ли не вопит в телефон Соня. — Я заеду за тобой через пять минут!
Я скептически осматриваю свои голые коленки, торчащие из облака пены. Одной рукой держу мобильный возле уха, другой тянусь за полотенцем.
— Лучше скинь мне адрес. Соберусь — приеду.
***
Тугой хвост из влажных волос, джинсы, толстовка, ветровка и мои любимые удобные кроссовки — в таком виде ровно через двадцать три минуты я выдвигаюсь на такси по адресу, указанному Соней в СМС.
Пишу, что уже еду, и получаю радостный смайлик в ответ с подписью: «Вход в большую калитку». Потом сбрасываю сообщение и маме, о том, что побуду в гостях у Сони. А вот про квест-клуб умалчиваю, или вопросов не оберёшься. Мама вообще не любит, когда я ухожу куда-то вечером без особой надобности. И ответ от родительницы очевиден: «Лучше бы занялась лекциями. И будь осторожна». От этого сообщения и без смайликов веет недовольством.
Вздохнув, убираю телефон в карман ветровки. И, пока таксист проезжает одну центральную улицу за одной, я просто смотрю через тонированные стекла на огоньки ночного города.
Витрины магазинов, фонари, вывески кафе и ресторанов — красиво и завораживает. В такое позднее время я редко выбираюсь из дома. Ростов для меня неродной город. Я и мама переехали сюда из области, когда мне был вручён студенческий билет первого курса юридической академии.
Еще с десятого класса мама подсовывала мне их брошюры. Не могу сказать, что меня сильно тянуло в юриспруденцию. Я не фанат гуманитарных наук. Мне проще решить задачу по физике, но маму приводило в ужас, что на физмате учатся в основном мальчики.
“Нет. Нет. Нет. И еще раз нет. Ты хочешь, чтобы к тебе постоянно приставали?", - так я и поступила в на юридический факультет.
А за восемь месяцев учёбы в академии я пока не успела обзавестись друзьями. Разве что с одногруппницей Сонькой Трофимовой как-то само собой завязалось общение с первого дня пар. Она такая же приезжая студентка, как и я, но с новыми знакомствами в городе у неё складывается как-то проще. Вот и меня почти каждые выходные Соня упорно пытается куда-то вытянуть.
А для меня привычнее проводить вечера в компании сериалов или книг. Поэтому даже и вспомнить не могу, когда последний раз видела ночной город.
Так и сижу, не отрывая взгляда от ярких огоньков, пока, сама того не замечая, не задремываю в такси. И будит меня роботизированно-приторный голос Алисы: «Вы прибыли в пункт назначения. Спасибо за поездку».
Встрепенувшись на сиденье, я хлопаю глазами, пытаясь спросонья всмотреться в темноту за стеклом задней двери машины.
— Девушка, приехали, — строго произносит таксист.
А я всё ещё недоуменно осматриваю местность из-за тонированных стекол. В свете фар едва угадываются какие-то постройки и гаражи. Это напоминает промзону. Я настороженно перевожу взгляд на водителя такси.
— А мы точно приехали по адресу? Здесь должен быть клуб.
— Точно. Это Чернышевского, 100. А из возраста хождения по клубам я вышел лет тридцать назад, — усмехается он. — Но пару раз забирал отсюда компании парней и девчат, значит, может, где-то и клуб здесь.
Я на всякий случай сверяю адрес в сообщении, что прислала Соня. Всё совпадает.
Ещё раз покосившись на таксиста, я всё-таки выхожу из машины, а через несколько мгновений уже остаюсь одна посреди незнакомой улицы.
Вытащив телефон из кармана ветровки, сразу же набираю Соню. Но слышу не гудки, а автоответчик. Растерянно осматриваюсь, не прекращая звонить Трофимовой.
Бетонный забор, тишина, один фонарь неподалёку на узкой улочке и апрельская прохладная ночь.
Но Соня написала именно этот адрес. Только телефон подруги не отвечает, а в груди уже неприятно покалывает. Я ведь стою посреди совершенно незнакомой мне улицы одна...
Ещё раз потоптавшись на месте и с опаской оглядевшись, я замечаю чуть поодаль железные ворота. А вот, видимо, и вход?..
Мысленно ругаясь с Трофимовой, направляюсь к ним. Правда, никакой калитки я не вижу. Просто два приоткрытых железных полотна, за которыми заметно какое-то здание. Ещё раз осматриваюсь в потёмках, пока в телефонной трубке со мной разговаривает автоответчик Трофимовой. Что-то у меня нет совсем никакого желания находиться в этом месте, даже если здесь проводят самые крутые квесты. Мне мой квест уже не нравится. К чёрту! Вызываю такси и еду обратно домой.
Но я не успеваю развернуться. Ногой задеваю что-то, лежащее на земле. Знатно чертыхнувшись, лечу прямо в проход между воротами и приземляюсь на четвереньки, больно стукнувшись коленками об асфальт. А то, обо что я споткнулась, с грохотом бьётся о ворота.
