Читаем без скачивания Орфей - Жан Кокто

Сцена пятая

ЭВРИДИКА, ЭРТЕБИЗ

ЭВРИДИКА. Эртебиз! Вы объясните мне это чудо?

ЭРТЕБИЗ. Какое чудо?

ЭВРИДИКА. Не скажете же вы, что ничего не заметили, что для человека. Из-под которого убрали стул, естественно остаться в воздухе, вместо того чтобы упасть?

ЭРТЕБИЗ. Остаться в воздухе?

ЭВРИДИКА. Можете не притворяться, я все видела. Вы держались в воздухе. Вы повисли в воздухе в пятидесяти сантиметрах от пола. Вокруг была пустота.

ЭРТЕБИЗ. Вы меня страшно удивляете.

ЭВРИДИКА. Вы целую минуту висели между небом и землей.

ЭРТЕБИЗ. Быть этого не может.

ЭВРИДИКА. Именно потому, что это невозможно, вы мне и должны объяснить.

ЭРТЕБИЗ. Вы утверждаете, что я, не имея никакой опоры, держался между полом и потолком?

ЭВРИДИКА. Не лгите, Эртебиз! Я вас видела, видела своими глазами. Мне всех на свете пыток стоило не закричать. В этом сумасшедшем доме вы были моей последней опорой, единственным существом, которое меня не пугало, я словно обретала какое-то равновесие, когда вы находились рядом. Но когда приходится жить с говорящей лошадью в одном доме, друг, плавающий в воздухе, поневоле выглядит очень подозрительно. Нет, не подходите ко мне! Я не успокоюсь, пока вы мне все не объясните.

ЭРТЕБИЗ. Мне нечего сказать. Или я сплю, или это вам все приснилось.

ЭВРИДИКА. Да, во сне подобное бывает, но мы с вами не спим.

ЭРТЕБИЗ. Должно быть, вас обманул оптический мираж. Случается, что вещи лгут. Однажды я видел на ярмарке голую женщину, идущую по потолку.

ЭВРИДИКА. Это был не фокус. Это было прекрасно и страшно. За секунду вы стали казаться мне страшным, как катастрофа, и прекрасным, как радуга. Вы были криком человека, падающего из окна, и молчанием звезд. Вы напугали меня. Мне трудно вам в этом признаться. Если вы не хотите говорить молчите, но знайте, что наши отношения не могут оставаться прежними. Я думала, вы простой, а вы не просты. Я думала, вы моей породы, а вы такой же, как эта лошадь.

ЭРТЕБИЗ. Эвридика, не мучайте меня. У вас голос сомнамбулы. Это вы меня пугаете.

ЭВРИДИКА. Не применяйте методы Орфея. Не меняйте роли. Не пытайтесь меня уверить, что я сошла с ума.

ЭРТЕБИЗ. Я клянусь вам...

ЭВРИДИКА. Бесполезно, Эртебиз. Я потеряла к вам доверие.

ЭРТЕБИЗ. Что же мне делать?

ЭВРИДИКА. Погодите.

Направляется к книжному шкафу, встает на стул, достает книгу, вынимает из нее письмо и ставит книгу на место.

Дайте мне конверт Аглоники.

Эртебиз протягивает конверт.

Спасибо.

Она кладет письмо в конверт и лижет его, заклеивая.

Ох!

ЭРТЕБИЗ. Вы порезали язык?

ЭВРИДИКА. Нет, просто у клея странный вкус. Возьмите конверт. Отнесите его Аглонике. Идите.

ЭРТЕБИЗ. Я еще не вставил стекло.

ЭВРИДИКА. Я обойдусь без стекла. Идите.

ЭРТЕБИЗ. Вы прогоняете меня?

ЭВРИДИКА. Мне необходимо остаться одной.

ЭРТЕБИЗ. Вы злитесь.

ЭВРИДИКА. Мне не нравятся стекольщики, зависающие в воздухе.

ЭРТЕБИЗ. Это жестокие и не достойные вас шутки.

ЭВРИДИКА. Я и не думала шутить.

ЭРТЕБИЗ. (собирает свои вещи) Вы пожалеете, что сделали мне больно.

Молчание.

Вы меня выгоняете?

ЭВРИДИКА. Таинственное - мой враг. Я решила с ним бороться.

ЭРТЕБИЗ. Я ухожу. Может быть, моя покорность доставит вам удовольствие. Прощайте, мадам.

ЭВРИДИКА. Прощайте.

Эвридика направляется в свою комнату. Эртебиз открывает дверь и выходит. Дверь остается открытой. Видно, как сияют на солнце его стекла. Внезапно Эвридика останавливается и меняется в лице. Она шатается, прижимает руку к сердцу и кричит:

Эртебиз! Эртебиз! Скорей! Скорей!

ЭРТЕБИЗ. (возвращается) Что случилось?

ЭВРИДИКА. Помогите!..

ЭРТЕБИЗ. Что с вами? Вы так побледнели...

ЭВРИДИКА. Я не могу пошевелить рукой. Мне кажется - огонь пылает внутри меня.

ЭРТЕБИЗ. Конверт!

ЭВРИДИКА. Что конверт?

ЭРТЕБИЗ. (кричит) Конверт Аглоники. Вы его лизнули. Вы сказали, что у него странный вкус.

ЭВРИДИКА. Ах! Мерзавка! Бегите. Верните Орфея. Я умираю. Я хочу увидеть Орфея! Орфея!

ЭРТЕБИЗ. Я не могу оставить вас одну. Надо найти лекарство, противоядие.

ЭВРИДИКА. Нет, мне знаком этот яд вакханок. Он парализует. Ничто меня не спасет. Бегите скорей. Верните Орфея. Я хочу его видеть. Я хочу, чтобы он простил меня. Я люблю его, Эртебиз. Мне плохо. Не раздумывайте, Эртебиз, дорога каждая секунда. Умоляю вас. Эртебиз, Эртебиз, пожалейте же меня! Ах! Как мне плохо! Скорее, скорее же! Бегите, бегите напрямик. Вы должны его встретить. Я лягу, я буду ждать вас в своей комнате. Помогите мне.

Эртебиз провожает ее до комнаты.

Скорей, скорей, скорей.

Она скрывается. Когда Эртебиз собирается открыть дверь, она выходит из комнаты.

Эртебиз, послушайте, если вы знаете что-то... наконец, то, что вы только что... то, что позволяет вам мгновенно перемещаться из модного места в другое... Я не должна этого просить, я нервничаю, я дура... Я очень люблю вас, Эртебиз... попробуйте все. Ах!

Она возвращается в комнату.

ЭРТЕБИЗ. Я приведу его, обещаю вам.

Выходит. На одно мгновение сцена пуста. Затем свет меняется, и раздается тихая барабанная дробь, которая будет сопровождать всю следующую сцену.

Сцена шестая

СМЕРТЬ, АЗРАИЛ, РАФАИЛ

Смерть проходит на сцену через зеркало. За нею следуют двое ее помощников. Смерть в бальном платье и манто. Помощники в костюмах хирургов. Лица их закрыты марлей, угадываются только глаза. На руках резиновые перчатки. Ни несут два больших, очень элегантных черных чемодана. Смерть быстро выходит на середину комнаты и останавливается.

СМЕРТЬ. Поспешим.

РАФАИЛ. Где мадам желает поместить чемоданы?

СМЕРТЬ. На полу, неважно где. Азраил вам объяснит. Мое манто, Азраил.

Азраил снимает с нее манто.

РАФАИЛ. Я делаю глупости, но это потому, что боюсь ошибиться.

СМЕРТЬ. Вы не можете за два дня овладеть специальностью. Азраил работает у меня много веков. Во время дебюта он был ничуть не лучше вас. Халат.

Азраил вынимает белый халат из чемодана и помогает Смерти надеть его поверх бального платья.

АЗРАИЛ. (Рафаилу) Возьми металлические коробки и поставь на стол. Нет, сначала салфетки. Накрой стол салфетками.

СМЕРТЬ. (направляясь к умывальнику) Азраил скажет вам, что я требую порядка и чистоты, как на корабле.

РАФАИЛ. Да, мадам. Извините меня, мадам... я отвлекся, меня заинтересовала эта лошадь.

СМЕРТЬ. (моет руки) Она вам нравится, эта лошадь?

РАФАИЛ. О да, мадам, очень.

СМЕРТЬ. Ну совсем как ребенок! Я уверена, что вы хотели бы иметь ее в своем распоряжении. Это очень просто. Азраил, спирт. (Рафаилу) Вон на том столе вы найдете кусочек сахара.

РАФАИЛ. Да, мадам, вот он.

СМЕРТЬ. Дайте его ей. Если она откажется, я дам сама. Азраил, резиновые перчатки. Благодарю.

Надевает правую перчатку.

РАФАИЛ. Мадам, лошадь отказывается от сахара.

СМЕРТЬ. (берет сахар) Ешь, лошадь, я так хочу.

Лошадь ест, отодвигается и исчезает. Черный занавес закрывает нишу.

Вот и все. Теперь она ваша.

РАФАИЛ. Мадам очень добра.

СМЕРТЬ. (надевает левую перчатку) Еще неделю назад вы думали - я скелет в саване и с косой. Вы представляли себе чучело, огородное пугало...

РАФАИЛ. О! Мадам...

В течение этих реплик Азраил завешивает зеркало простыней. Смерть идет за стулом, оставленным Эртебизом возле стеклянной двери.

СМЕРТЬ. Да, да, да. Все так думают. Но, мой бедный мальчик, если бы я была такова, какою люди желают меня видеть, они бы меня видели. А я должна приходить к ним незамеченной.

Ставит стул возле рампы, в центре.

Азраил, попробуйте контакт.

АЗРАИЛ. Есть контакт.

Отдаленный гул электрической машины.

СМЕРТЬ. (вытаскивает из кармана платок) Чудесно, Рафаил, будьте любезны завязать мне глаза этим платком. (Пока Рафаил завязывает ей глаза) У вас волна семь и зона семь-двенадцать. Ориентируйтесь на четыре. Если я прибавлю, вы дойдете до пяти. Ни в коем случае не превышайте пять. Завязывайте туже. Сделайте двойной узел. Благодарю. Вы готовы?

Азраил и Рафаил стоят позади стола, рядом, руки внутри металлических коробок.

Я начинаю.

Смерть подходит к стулу. Медленные движения гипнотизера и массажистки вокруг невидимой головы.

РАФАИЛ. (очень тихо) Азраил...

АЗРАИЛ. (так же) Тссс...

СМЕРТЬ. Говорите, говорите, вы мне не мешаете.

РАФАИЛ. Азраил, а где Эвридика?

СМЕРТЬ. Я ждала этого вопроса. Объясни ему, Азраил.

АЗРАИЛ. Чтобы коснуться одушевленных предметов, Смерть пересекает среду, которая искажает их вид и положение. Наши аппараты позволяют ей касаться их там, где она их видит, что избавляет от расчетов и значительной потери времени.

РАФАИЛ. Это все равно что застрелить из ружья рыбу, плавающую в воде?

СМЕРТЬ. (улыбаясь) Если угодно. (Серьезно) Азраил, приготовьте шкатулку.

АЗРАИЛ. Да, Мадам... Знает ли Мадам, где Эртебиз?

СМЕРТЬ. Он возвращается из города вместе с Орфеем.