Горе — там, счастье — здесь, сладких снов и вам и нам.
Лиса-судья
Была одна обезьянка — непоседа, как все обезьяны. Всюду она лазила, всюду совала свой нос.
Однажды увидала обезьянка груду камней, и одолело её любопытство. «Надо узнать, что здесь спрятано!» Раскидала камни, и открылась дыра. Сунула неугомонная туда свою лапу — не попадётся ли что-нибудь лакомое, — а из дыры выползла огромная змея!
Выбралась змея из мрачного заточения и как зашипит, как бросится на обезьянку.
«Дурная моя голова! — бранит себя обезьянка. — Ну чего я полезла в эту дыру? Уж не кувшин ли масла думала найти?»
— Сжалься надо мной, великий дракон! — стала она молить змею. — Знала бы, что здесь ваши владения, никогда не осмелилась бы нарушить ваш покой!
Но разве может змея пожалеть? Какая же она тогда змея!
— Нет тебе прощения! — прошипела она. — Ты разбудила меня и только смертью искупишь свою вину!
В эту самую пору мимо них шла лиса. Обезьянка была наслышана про лисьи уловки и остановила её.
— Пускай мудрая лиса рассудит наш спор, — говорит несчастная обезьянка.
— Ладно, скажи, лиса, своё слово, — согласилась змея.
— Свидетелей нет, а сама я ничего не видела. Как же мне рассудить вас по справедливости? — говорит лиса. — Покажите, как всё было с самого начала. Ты, змея, изволь заползти обратно в нору, а ты, обезьянка, потрудись собрать камни в груду.
Змее понравился разумный судья.
— Я сидела в своей норе. Вот так, — сказала змея. — Она сунула голову в дыру и медленно исчезла.
— Теперь дело за тобой, не мешкай! — шепнула лиса обезьянке, хитро подмигивая ей.
Обезьянка быстро завалила нору камнями. И тогда лиса сказала:
— Слушай мой суд, неблагодарная змея. Ты разгневалась из-за того, что выпустили тебя на волю, так сиди теперь в своей тёмной норе и спи сколько пожелаешь! Глупая обезьянка не станет больше тревожить твой сон.
И с тех пор обезьянка перестала соваться, куда не следует.
Хуткунчула
Жили некогда девять братьев, ни отца у них, ни матери. Жили они бедно-пребедно, сами в лохмотьях, и в лачуге у них пусто — ни огню что сжечь, ни потопу унести. Пошли братья наниматься в батраки.
Долго ходили они — никому работники не нужны.
Притомились братья, присели у дороги.
Идёт по дороге старушка, несёт кувшин с холодной водой. Подбежал к ней младший из братьев — Хуткунчула[1] — и просит:
— Дай нам напиться, бабушка, ради твоих детей! Подставил он кожаную кружку-матару, и налила ему старушка воды. Хуткунчула сначала братьям дал испить, потом сам напился.
— Кто вы такие, все друг на друга похожие? Куда путь держите? — спрашивает старушка.
— Мы братья, бабушка, идём кусок хлеба добыть! Может, знаешь, не нужны ли кому работники?
— Идите всё прямо да прямо. Через реку перейдёте, к дэву[2] попадёте. Говорят, ему пастухи нужны.
Пошли братья прямо. К вечеру дошли до реки. Река широкая, глубокая, а мостик через реку узкий, ветхий. Перешли братья мостик и попали во владения дэва.
Как завидел их дэв, сам навстречу поспешил. Он нарочно говорил, будто работников ищет, — заманивал к себе людей. Придут к нему наниматься в пастухи, а он — кого живьём съест, кого на вертеле зажарит.
Накормил дэв братьев ужином, уложил спать и сам улёгся. Лежит дэв, не спит — ждёт, когда братья уснут, хочет спящих перебить. Заснули братья, один Хуткунчула не спит, за дэвом следит.
— Кто спит, кому не спится? — спрашивает дэв.
— Мне не спится! — отвечает Хуткунчула.
— А чего тебе не спится?
— Твои гуси гогочут, спать не дают.
Пошёл дэв, проглотил всех гусей. Подождал немного и опять спрашивает:
— Кто спит, кому не спится?
— Мне не спится! — отвечает Хуткунчула.
— А чего тебе не спится?
— Твои коровы мычат, спать мне не дают.
Пошёл дэв, проглотил коров. Подождал немного и в третий раз спрашивает:
— Кто спит, кому не спится?
— Мне не спится! — говорит Хуткунчула.
— Чего же тебе не спится? — спрашивает дэв, а сам зубами скрежещет от злости.
— Кони твои ржут, спать мне не дают.
Только вышел дэв во двор, Хуткунчула разбудил братьев и говорит:
— Бежим отсюда поскорее. Дэв нас съесть хочет.
Встали братья, оделись и тихо выбрались во двор. Спрятались там за деревьями и ждут, пока дэв в дом войдёт.
Проглотил дэв коней и вернулся в дом. Подкрался Хуткунчула и запер дверь на задвижку.
Побежали братья к мостику и слышат, вслед им коза кричит:
— Убегают братья, убегают!
Схватил Хуткунчула козу и помчался без оглядки.
Услышал дэв, как кричит коза, кинулся к постели — нет братьев! Бросился к двери — не может открыть! Стал выламывать дверь — никак не выломает! Наконец выломал и погнался за братьями.
Бежит Хуткунчула. Догоняет его дэв, вот-вот настигнет.
Перебежал Хуткунчула мостик и остановился — знает, не ступить громадному дэву на узенький ветхий мостик.
— Сбежал, негодник! — кричит дэв.
— А то нет, разиня! — хохочет Хуткунчула. Пошли братья дальше, пришли они в город и нанялись конюхами на царскую конюшню.
Почистит Хуткунчула коней, а потом играет с козой. Занятная коза — на все вопросы по-человечески отвечает!
Услышал царь, как Хуткунчула с козой разговаривает, ушам своим не поверил. Приказал он отобрать у младшего конюха козу. Побежал Хуткунчула вслед за визирем к царю и говорит ему:
— Зачем тебе коза, государь? Ты ведь не мужик! Верни мне козу, я тебе ковёр из дома дэва принесу.
— Добудь сначала ковёр, а там погляжу, может, и отдам козу, — отвечает царь.
Отправился Хуткунчула к дэву. Притаился во дворе и ждёт, когда тот на охоту уйдёт. Только ушёл дэв, пробрался Хуткунчула через окно в дом.
Был у дэва на тахте красивый пушистый ковёр. Хуткунчула утыкал иголками весь ковёр и снова спрятался во дворе.
Вернулся дэв, опустился отдохнуть на ковёр и подскочил от боли. Пересел на другое место и опять накололся. Куда ни сядет — везде колется. Рассвирепел дэв, схватил ковёр и швырнул в окно. А Хуткунчула тут как тут! Подобрал ковёр и бегом к мостику.
Увидел дэв Хуткунчулу и кричит:
— Ах ты, чёртово копытце, опять сыграл со мной шутку?
Погнался дэв за мальчиком, да не успел поймать — перебежал Хуткунчула мостик.
— Сбежал, негодник! — кричит дэв.
— А то нет, разиня! — хохочет Хуткунчула. Прибежал мальчик во дворец, принёс ковёр. Очень понравился царю ковёр, но не вернул он Хуткунчуле козу, одарил только войлочной шапкой.
Завидно стало братьям: у Хуткунчулы шапка новая, а у них старые, рваные. Вот и говорят братья царю:
— У дэва много диковинных вещей. Хуткунчула ловкий, прикажи ему принести ещё чего-нибудь.
— Не верь им, государь, — говорит Хуткунчула, — ничего у дэва больше нет.
Не слушает царь Хуткунчулу. Велит принести все сокровища, какие есть у дэва.
— Хорошо, государь, — говорит Хуткунчула. — Уложу все сокровища в сундук и притащу сюда. Одень только меня мастером имеретином[3] и дай плотничьи инструменты.
Вырядился Хуткунчула имеретином, взял пилу, рубанок, долото, топор, доски и пустился в путь. Дошёл он до владений дэва и ходит по лесу. Ходил Хуткунчула, ходил, пока не повстречал дэва.
— Ага, попался Хуткунчула! — кричит дэв злорадно.
— Что ты, какой я Хуткунчула, пропади он пропадом! — говорит Хуткунчула. — Из-за него царь чуть голову мне не снёс! Обещал я сделать царю сундук, который летать будет и вовек не развалится. Влез царь в него, а сундук развалился! Паршивец Хуткунчула все гвозди повытаскивал! Попадись он мне, негодник, тут же придушу!
— Слушай, смастери и мне сундук, поймаю Хуткунчулу, засажу в него, — просит дэв.
Хуткунчула сколотил сундук и говорит дэву:
— Ну-ка, полезай, проверим, крепкий ли получился.
Влез глупый дэв в сундук, пнул стенку, стукнул по дну — крепко сколочен.
— А теперь присядь, — говорит Хуткунчула. — Я закрою сундук, посмотрим, сумеешь ли ты выломать крышку головой.
Глупый дэв присел, а мальчик заколотил крышку гвоздями и говорит:
— Не тужи, не горюй, прокачу тебя к царю!
— Опять ты меня провёл, Хуткунчула? — заревел дэв.
— А ты как думал, разиня! — хохочет Хуткунчула.
Ждёт царь Хуткунчулу, не терпится ему посмотреть, какие сокровища принесёт младший конюх.
Вот появился Хуткунчула, подкатил сундук прямо ко дворцу. Обступили сундук царь и его назир-визири. А Хуткунчула взял тем временем большущий кусок каменной соли и залез на высокую чинару, что росла во дворе. Сидит наверху и ждёт, какая будет потеха.
Открыл царь сундук, а оттуда как выскочит разъярённый дэв! Накинулся он на царя и визирей, отправил их в свою ненасытную утробу!
