что при каждом погружении в его чувства меня охватывала паника. Я боялась заблудиться и не найти дорогу обратно. Вдруг с Элоди случится то же самое, а рядом с ней не окажется никого, кто поможет ей выбраться?
– Ты была на занятиях в школе, – отмахнулась Элоди и сунула мне под нос её новый аромат – «Бриз влияния». – Как я могла попросить у тебя помощи?
Я вздохнула и стала разглядывать шевелившийся во флаконе розовый пузырь.
– Какие свойства у этого аромата?
Элоди, казалось, была довольна собой.
– Он создаёт защитный круг, и я надеюсь, что сквозь него на виллу «Эви» не смогут пройти посторонние. На его создание меня вдохновили рвы вокруг средневековых крепостей. Это обманчивый аромат – он создаёт иллюзию, что между человеком и виллой лежит ров с водой, который невозможно преодолеть. Воображение способно на многое. – Она подмигнула. – Скоро мы сможем объединить действие этого аромата с теми, которые создаёт Даан, и соорудить мощную защитную стену. Через неё уж точно никто не пройдёт.
«Очень на это надеюсь», – подумала я.
Глава 2
Три дня спустя я стояла возле нашей оранжереи и смотрела на голубоватое мерцание, окружавшее виллу и подъездную дорогу. Разглядеть его было очень трудно. Я в который раз касалась его пальцами и проверяла, сохранилось ли его действие. Как мы и планировали, почувствовать барьер физически было невозможно. Но у меня сразу возникло неприятное ощущение, которое заставило отойти назад на несколько шагов. Значит, магическая преграда работала.
Сегодня утром, собираясь в школу, я видела, как наш почтальон внезапно свернул в сторону от виллы «Эви». Он словно забыл, что наш дом существует и что он должен приносить сюда письма так же, как и в другие дома на нашей улице.
Мама с папой тоже не раз видели, как соседи обходят стороной виллу «Эви». Кажется, их это огорчало.
Несколько недель назад мне с трудом удалось объяснить им, что наша жизнь отныне будет другой. Защитные ароматы хоть и не заперли нас в четырёх стенах, но мы ощущали, что между нами и остальным городом возникла незримая стена. Больше всех страдал Бенно. Моему младшему брату было особенно тяжело пробегать сквозь мерцающую завесу. С каждым разом ему требовалось всё больше усилий, чтобы просто идти дальше, не обращая внимания на магическую преграду. Его друзья больше не могли приходить к нам домой. Хотя Бенно не жаловался, я видела, что он чувствует себя одиноким.
С тех пор как я рассказала нашим родителям про аптеку ароматов, на их лицах всё время отражалось беспокойство. Папа, как обычно, пытался шутить, а мама не раз просила меня просто закрыть аптеку. А ведь я не рассказала им о самом плохом, что ждало нас впереди. Я предоставила это Даану. Взрослые доверяют друг другу больше, чем детям.
За моей спиной послышались шаги. Я сразу догадалась, что это Матс. По средам у него на один урок больше, чем у меня, поэтому он обычно приходит к нам после полудня. В следующее мгновение Матс положил руку мне на плечо.
– Не стоит так грустить, – сказал он, посмотрев на слабое мерцание барьера. – Ваши защитные ароматы отлично работают, а скоро к ним добавятся и новые.
В ответ я тяжело вздохнула:
– Эдгар всё равно отыщет какое-нибудь слабое место, которое мы проглядели.
Матс не поддался моему пессимистичному настрою.
– Значит, мы ничего не пропустим. Подумай сама, Люци. Неважно, какой силой обладает Эдгар – ему противостоят опытный ароматекарь, два сентифлёра и Бонски, телохранитель, наводящий на всех ужас. А ещё Виллем, Ханна, Леон и я.
Я слегка улыбнулась и прижалась к Матсу. Рядом с ним я чувствовала себя увереннее.
– Ты прав. Но нельзя забывать: мы не такие, как Эдгар. Мы никогда не зайдём так далеко, как он. В его душе слишком много ненависти. И ему всё равно, сколько людей сражаются с ним.
Матс поморщился, но не стал возражать.
– Жаль, что мы до сих пор не нашли Рафаэля, – добавила я. Образ мальчика, с которым я познакомилась в Англии на турнире сентифлёров, всё время стоял у меня перед глазами. Рафаэль – один из самых талантливых волшебников. Именно поэтому Эдгар похитил его: он хотел использовать его талант в своих целях.
– Рано или поздно мы его отыщем. И сразу же вернём родителям, – приободрил меня Матс. – Уверен, Рафаэль выдержит это испытание. Он же маленький де Ришмон.
Я криво усмехнулась в ответ:
– Да уж, эти непобедимые де Ришмоны! Если он хотя бы наполовину такой упрямый, как Элоди, тогда с ним точно всё будет в порядке.
– Вот именно. – Матс подмигнул мне. – Кстати, об Элоди. Она делает всё возможное, чтобы найти Рафаэля. Наверное, её мучает совесть. Ведь именно она затащила Рафаэля на турнир, где его увидел Эдгар.
Я тоже заметила, что Элоди почти не спала, занимаясь записной книжкой Эдгара. Она ходила бледная, с тёмными кругами под глазами. Очевидно, ей было стыдно. Во время турнира Элоди нечаянно показала Эдгару имена всех детей, у которых мог быть талант сентифлёра. Теперь ему оставалось только найти их.
Мы должны были помешать ему! Бон- ски и Виллем день и ночь не спускали глаз с маленькой Эллы. Ведь она тоже сентифлёр. А что касается Рафаэля... то он нужен был Эдгару, чтобы приготовить «Бездушную смерть». Мальчик по-прежнему находился под действием «Покорного облака» и выполнял все его приказы. Я вздрогнула, вспомнив этот аромат: он превращал человека в безвольного робота – мне довелось испытать это на себе.
Я ещё крепче прижалась к Матсу. После того как мы вернулись из Венеции и я призналась ему, что он нравится мне не просто как друг, напряжённость между нами спала. Мы больше не шарахались друг от друга, хотя между нами осталось много недосказанного. Но объятия Матса сказали больше, чем тысяча слов. Пожалуй, иногда достаточно прикосновения, чтобы показать, как сильно тебе кто-то нравится.
Наконец я, хоть и против своего желания, высвободилась из его рук и кивнула на оранжерею:
– Самое важное сейчас – защитить виллу. Но, как только будут готовы все необходимые ароматы, мы отправимся в экспедицию и вернём Рафаэля домой.
Мы с Матсом прошли сквозь слабо мерцающий барьер. Для этого понадобилось приложить усилия. Внутри всё сопротивлялось. Матс, схватив меня за руку, разбежался и преодолел магическую преграду.
