Читаем без скачивания Политический эмигрант. Сборник статей и интервью - Александр Литвиненко

Но раскаиваться и жалеть мне не о чем, тем более что я никогда и никому не давал обещаний становиться негодяем и подонком, палачом и убийцей. Как говорится, у каждого человека есть свой порог, что-то вроде запретительного барьера, и если его перейти, то назад ходу не будет. Для одних — помочь старому другу «решить вопрос» с должником, для других — продать информацию, для третьих — взять свою долю «отката» за заказную операцию, для четвертых — организовать крышу, для пятых — похитить человека, для шестых — его убить, а для некоторых — взорвать автобус с пассажирами.

В органах есть всякие люди — от чистых и бескорыстных до законченных отморозков. И тех и других мало. Почти все чем-то замазаны, но и жилые дома взрывать пойдет не каждый. И вовсе не каждый в ФСБ был повязан на крови, даже в седьмом отделе УРПО. Мудрость руководства в том и состоит, чтобы замазать каждого, а потом использовать в соответствии с его запретительным барьером, но не заставлять людей делать то, чего они точно делать не станут. Мой барьер наступил, когда мне приказали убить человека.

— Александр, читателей очень заинтересует вопрос об уровне принятия решения по бессудным убийствам.

— Во времена КГБ решение об устранении неугодного человека, убийстве мог принять только один орган — это политбюро Коммунистической партии Советского Союза. Сегодня принятие этого решения зависит от социального статуса жертвы, его общественной значимости. Есть уровень, по которому решение принимает президент страны, человека попроще может приговорить руководство КГБ. Необщественного человека может сегодня убрать любой офицер ФСБ, например, приревновавший свою жену. ФСБ давно никем не контролируется извне и ослаблен контроль внутри, руководство ФСБ слабо контролирует происходящее в ведомстве.

Эта организация над собой совершенно не имеет никакого гражданского и парламентского контроля. Сегодня, например, ФСБ может, как и во времена СССР, без суда, только на основании заведомо ложного доноса ограничить любого человека в его правах и начать за ним незаконную слежку, поставить его телефон на контроль и т. д. ФСБ — террористическая, преступная и общественно опасная организация, которая, захватив власть, превратила Россию в страну государственного терроризма.

— Расскажите о деятельности ФСБ за рубежом, в западных странах.

Это очень актуальный вопрос. Раньше человек, получивший на Западе статус политического беженца, мог себя чувствовать абсолютно безопасно, сегодня это не так. Шантаж, убийство, вербовка, террор, отмывание денег, торговля наркотиками — всегдашняя работа КГБ-ФСБ.

В 1991 году в разведке была ликвидирована линия по работе с эмигрантами. Уже при Путине эта линия работы воссоздана, и сегодня эмигрантами за рубежом в СВР занимается целое управление. Особенно ФСБ и СВР активно работают против политических оппонентов нынешней власти, лидеров чеченского Сопротивления, ну и традиционно их интересует наиболее активная часть населения — это журналисты, политики, представители элиты за рубежом. Причем, не только состоявшиеся деятели, но и талантливая молодежь, подающая надежды.

Первыми пытаются использовать выходцев из России или Советского Союза. Если раньше они использовали в качестве вербовочного мотива коммунистическую идеологию, то теперь они используют так называемую русскую идею и, конечно же, шальные деньги, которых сегодня у них очень много от продажи нефти и газа. Очень притягивает чекистов Русская православная церковь за рубежом, которую эти безбожники и лицемеры активно пытаются превратить в филиал КГБ или разведывательную крышу. Для закрепления вербовки влиятельных лиц создаются параллельные структуры, одна из них легальная, а вторая нелегально-криминальная. Легальная в интересующей стране создается вновь или покупается готовая, нелегальная использует местные криминальные возможности или создается из нелегалов, на базе торговли наркотиков, отмывания денег и т. д.

Схема работы следующая: в доверие входит легальная структура, вас просят о каких-либо услугах, потом происходит преступление и выясняется, что в чемоданах, которые хранили в вашем доме, находилась взрывчатка, оружие или наркотики и т. д. Вербовку пытаются закрепить не только страхом, но и кровью, отмывкой денег и т. д., чем важнее объект, тем страшнее преступление. Можно привести в пример на первый взгляд бессмысленное похищение и убийство бывшего премьера Италии Альдо Моро — на самом деле это преступление понадобилось КГБ для компрометации и закрепления вербовки одного видного европейского политика.

С падением железного занавеса поток этой мерзости вылился на Запад, используются и приспосабливаются под цели ФСБ и СВР буквально все западные институты. Особенно эффективно российская кагэбэшная мафия использует Интерпол, деятельность которого они приспособили и используют сегодня как основу для шантажа выехавших российских граждан. На человека, отказавшегося сотрудничать с российской разведкой и участвовать в их грязных и преступных делишках, фабрикуются документы о якобы совершенном им преступлении, и через Интерпол дается запрос на его задержание и выдачу в Россию как преступника.

Западный судья к подобной ситуации обычно относится достаточно формально, и в лучшем случае просит обвиняемого представить какие либо документы в свое оправдание. Но какие можно представить документы или свидетелей человеку, находящемуся на Западе, огорошенному чудовищным обвинением по несуществующим преступлениям, якобы совершенным в России? Да и не у каждого эмигранта есть несколько десятков тысяч лишних долларов на адвоката. Вот этим сегодня чекисты и пользуются, вербуя выехавших на Запад граждан России, затем втягивая их в свои грязные мафиозные и террористические делишки.

— Александр, а какие конкретные дела ФСБ осуществляет за рубежом?

— Вот, к примеру, второй человек в Аль-Кайде, бывший лидер созданной еще во времена КГБ СССР террористической организации «Египетский исламский джихад» Айман аль-Завахири, приговоренный в Египте за терроризм к смертной казни и объявленный в международный розыск. Этот человек в 1997 году в течение полугода на территории России проходил специальную подготовку на одной из баз ФСБ. Когда позже стало известно о нахождении Аймана аль-Завахири на территории России, и этим заинтересовались американцы, то они получили смехотворные объяснения — что этот человек был арестован под чужим именем на территории России, находился под следствием в одной из в тюрем, но так как следствию не удалось установить его истинного имени, то он был отпущен на свободу.

Когда мировые цены на нефть начали вдруг резко падать, то агент ФСБ Айман аль-Завахири, по заданию своих лубянских шефов, немедленно объявил о начале новой «нефтяной войны против неверных». Этим самым вернув нефтяные цены к уровню, необходимому для Кремля. Такая схема уже много лет используется на Ближнем Востоке.

Арабы, и не только они, обучающиеся в КГБшных спецшколах и советских вузах, всегда были базой для массовых вербовок агентов. Палестинцев, к примеру, вербовали в КГБ целыми семьями, в свое время Андропов даже издал специальное распоряжение о прекращении вербовки в агентурный аппарат КГБ палестинцев, так как количество палестинских агентов зашкаливало все мыслимые нормы. Вот теперь они по старой привычке и ездят на поклон к своему хозяину, подполковнику КГБ Путину.

Сегодня ФСБ особенно активна за рубежом, чекисты скупают на корню прессу, особенно русскоязычную, создается неимоверное количество фондов, юридических фирм, бизнес-фирм для отмывки денег. Особенно насыщены ФСБшным присутствием в Европе Латвия и Австрия. Тем более что благодаря стараниям их верного алькайдовца Аймана аль-Завахири нефтедолларов у этого ведомства хоть отбавляй. Правда, не все деньги пригодны для разведывательно-подрывной и мафиозной деятельности, здесь необходимы неофициальные отмытые средства, не оставляющие следов. Для этого и созданы тысячи подкрышных фирм и фирмочек. Кстати, 15 декабря 2005 года в эстонской прессе промелькнула статья «Деньги для Путина» об одной из таких фирм «Tarcona».

Но вернемся к твоей Латвии и рассмотрим схему получения незаконных прибылей с использованием так называемого обеспечения госбезопасности. В 1984 году заместителем начальника УКГБ республики была создана фирма «Лайкс» и одновременно с теми же учредителями в США была создана фирма «Алигени». Затем между этими же соучредителями в США и Латвии создается совместное предприятие. Руководителями и работниками фирм ставятся не кадровые КГБ-овцы, а их секретные агенты, в том числе некий Евгений Гомберг, который по телефону управляет счетами на острове Джерси.

После ликвидации КГБ в Латвии полковник КГБ Улманис занимает должность начальника охраны «Лайкса», осуществляя надзор за процессом и связь. Нефть поставлялась без фондов и лимитов из России, якобы для переработки в Литву на Можейкяйский нефтеперерабатывающий завод, и переработанная нефть должна была возвращаться в Россию. Вместо этого фирмой «Лайкс» она направлялась в порты Латвии. Продавая из латвийского «Лайкса» нефть самим себе же в «Алигени», эти проходимцы в погонах под прикрытием обеспечения государственной безопасности решали свои личные финансовые проблемы, частично обналичивая средства, получаемые от продажи нефти, в банке «Парекс», на паспорта подставных лиц из числа российских граждан.