Авторы выражают искреннюю признательность художнику «Издательства Центрполиграф» Ю.Г. Клименко за неоценимую помощь в подготовке иллюстративного оформления книги.
Глава 1
От крымской войны к реформе военного управления
1
Кризис центрального и местного военного управления накануне и в период Крымской войны 1853–1856 гг
С 30-х гг. XIX в. стало выявляться несовершенство центрального и местного военного управления в России. Хотя Военное министерство было создано еще в 1802 г., во всех военных делах первенствовал Главный штаб его императорского величества (е. и. в.), при этом Военному министерству отводилась роль сугубо хозяйственного органа. Только генералу от кавалерии А.И. Чернышеву, ставшему управляющим Военным министерством в 1827 г. (военный министр с 1832 г.), а в следующем году и одновременно управляющим Главным штабом, удалось убедить Николая I в необходимости преодоления раздробленности высшего военного управления. В своей записке «Краткое обозрение порядка военного управления и способа преобразования оного», направленной царю в 1831 г., он отмечал «крайнее неудобство отделения хозяйственных дел от фронтовых», что пагубно сказывалось на обеспечении полевых войск, и в дальнейшем настоял на воссоздании единого высшего органа военного управления – Военного министерства. С 1836 г. оно включало в свой состав Главный штаб е. и. в., Военный совет, генерал-аудиториат, ряд департаментов и управлений.
Создание при Военном министерстве Военного совета (во главе с военным министром) позволило изъять вопросы, касавшиеся военного ведомства, из числа дел, решавшихся Государственным советом, и поставить Военное министерство в большую независимость от Правительствующего сената при решении хозяйственных вопросов в армии. Существовавшие ранее четыре канцелярии: начальника Главного штаба е. и. в., военного министра, совета военного министра и дежурного генерала – были слиты в одну канцелярию Военного министерства.
Существенный шаг вперед был сделан, однако и в перестроенном виде Военное министерство все же не обеспечивало эффективного военного управления из-за традиций межведомственного соперничества внутри него и особых полномочий самодержавной власти. В непосредственном ведении лиц царствующей фамилии (великих князей) остались три управления, которые имели свои собственные штабы и весьма условно подчинялись военному министру: управление генерал-фельдцейхмейстера, управление инспектора по инженерной части и управление главного начальника военно-учебных заведений. На особом положении находилась и числившаяся при Военном министерстве Военно-походная канцелярия е. и. в. Только вопросы расположения, размещения и службы войск, дела военных поселений и иррегулярных (казачьих и других) войск и до известной степени военно-судные дела были сосредоточены в соответствующих департаментах – Генерального штаба, военных поселений и аудиторском. Каждая из остальных значительных отраслей руководства, находившихся в общем ведении Военного министерства, была разделена между несколькими управлениями[18].
Так, инспекторские дела (комплектование войск, назначение, увольнение и производство генералов, штаб– и обер-офицеров, надзор за состоянием войск в строевом отношении и учетом личного состава) осуществлялись в четырех учреждениях – в инспекторском департаменте, в штабах генерал-фельдцейхмейстера и генерал-инспектора по инженерной части и в департаменте военных поселений. Интендантской частью заведовали две структуры (провиантский и комиссариатский департаменты), санитарной – две (комиссариатский и медицинский департаменты), артиллерийской – две (штаб генерал-фельдцейхмейстера и артиллерийский департамент), инженерной – три (штаб генерал-инспектора по инженерной части, департаменты инженерный и военных поселений), военно-учебной – пять (штабы главного начальника Пажеского корпуса и всех сухопутных кадетских корпусов, генерал-фельдцейхмейстера и генерал-инспектора по инженерной части; департаменты – Генерального штаба и военных поселений)[19]. Таким образом, хотя в лице Военного министерства и удалось воссоздать единое центральное военное управление, механизм его осуществления оставался громоздким и раздробленным. «Главнейшими недостатками структуры центрального военного управления являлись крайняя сложность и нечеткость иерархического подчинения, отсутствие единоначалия, а также крайняя централизация при фактическом отсутствии местных органов управления»[20].
Еще более сложной оставалась структура взаимоотношений Военного министерства непосредственно с войсками. Русская регулярная армия к началу 50-х гг. XIX в. включала в себя действующие (линейные, или полевые) войска, резервные и запасные, местные и вспомогательные (Отдельный корпус внутренней стражи, Корпус жандармов, гарнизонные роты крепостной артиллерии и др.). 1—4-й пехотные корпуса, располагавшиеся в Польше и западных губерниях России и укомплектованные по штатам военного времени, составляли 1-ю армию, которую принято было называть «Действующей армией». Во главе ее стоял главнокомандующий и одновременно наместник Царства Польского генерал-фельдмаршал И.Ф. Паскевич, подчинявшийся непосредственно императору. В свою очередь, Паскевичу подчинялись все военные и гражданские учреждения на территории дислокации войск армии. Военному министру были подчинены располагавшиеся внутри России 5-й и 6-й пехотные, 1—3-й резервные кавалерийские корпуса, резервная пехота (на каждый пехотный корпус по одной резервной дивизии), Отдельный корпус внутренней стражи (со своими округами) и местные военно-хозяйственные органы, объединявшиеся в провиантские, комиссариатские и другие округа и комиссии. На особом положении находились Гвардейский пехотный и Гренадерский корпуса, а также Гвардейский резервный кавалерийский[21], ибо они возглавлялись лицами императорской фамилии (первые два подчинялись одному главнокомандующему великому князю Михаилу Павловичу). Кроме того, имелись отдельные корпуса на «окраинах» России – Кавказский и Оренбургский, имевшие специфическое управление: они представляли собой не только военно-строевую, но и административную единицу; командир отдельного («окраинного») корпуса являлся как военным, так и гражданским начальником местного края, заведовавшим в нем так называемым военно-народным управлением (в какой-то степени это было своеобразным прообразом военных округов). На особом положении находились и войска в Великом княжестве Финляндском. Естественно, что в отношениях Военного министерства с каждой из вышеназванных структур существовала масса сложностей, выходивших далеко за пределы военной иерархии.
«Местных же органов Военного министерства, – как весьма категорично отмечал П.А. Зайончковский, – в строгом смысле этого слова, вовсе не существовало»[22]. Лишь комиссариатский, провиантский, артиллерийский и инженерный департаменты имели свои представительства на местах, именуемые комиссиями и округами. Функции этих представительств заключались в снабжении войск, расположенных в определенных районах, теми или иными видами довольствия и имущества. Районы этих комиссий (округов) не совпадали, и одна и та же часть войск, расположенная в определенном районе, для удовлетворения своих нужд должна была обращаться в разные места: по части обмундирования – туда, где находилась ближайшая комиссариатская комиссия, по части продовольствия – в провиантскую комиссию, по части оружия – в другой пункт, где находился артиллерийский арсенал, и т. д.
Провиантские учреждения в виде комиссий находились в 1-й («Действующей») армии и в отдельных («окраинных») корпусах и подчинялись местным командующим войсками, действуя в основном самостоятельно. На остальной территории России существовали органы провиантского департамента Военного министерства. Накануне Крымской войны они объединялись в 10 провиантских округов. В шести из них, наиболее значительных по территории, снабжение войск продовольствием возглавлялось провиантскими комиссиями во главе со своими управляющими и их канцеляриями. В двух округах продовольственные органы были представлены комиссионерствами, еще в двух – дистанциями. Провиантские комиссии существовали в следующих городах – Москве, Саратове, Кременчуге, Калуге, Симферополе и Рыбинске. Московская провиантская комиссия обслуживала войска, расположенные в центральных губерниях – Московской, Тверской, Владимирской, Нижегородской, Рязанской и Тульской. Саратовская – войска, размещенные в черноземных и волжских губерниях – Воронежской, Тамбовской, Пензенской, Симбирской, Саратовской и Астраханской. Рыбинская – войска в северных губерниях и губерниях Верхнего Поволжья и Приуралья – Ярославской, Костромской, Вологодской, Архангельской, Олонецкой и Вятской. Кременчугская заведовала продовольственным обеспечением войск в южных губерниях – Полтавской, Харьковской, Херсонской и в Бессарабской области. Симферопольская обслуживала войска Таврической и Екатеринославской губерний.
