их умение гипнотизировать противника, заставляющее людей падать на колени, но ужаснее всего было умение управлять…
Ралд последнее время с повышенным интересом наблюдал за Толгоном: Толгон сам не свой, побледнел, все чаше задумывался. Днем он был одним человеком: храбрый боец, умелый командир из благородного рода, доблестно сражающийся против захватчиков, смелый, самоуверенный, отчаянный… Но ночью он в последнее время становился совсем другим: долго не мог заснуть, а когда это наконец удавалось, то метался на медвежьей шкуре и бредил. Часто вставал, разжигал костёр и часами смотрел на огонь. Ему снились сны, но что в них было, Ралд не знал.
. .
Толгон был высокий, красивый, похожий на эльфа. Эльфов он ненавидел, как и всякий свободный тигтарец, но в глубине души эльфы были для него привлекательны и заманчивы, что он скрывал от всех, в том числе и от себя. Но шила в мешке не утаишь, его любовь к эльфийским узорам, ножам, повадкам, которые он подсознательно копировал, делали своё дело и не улучшали к нему мнения вышестоящих. Их критика в его адрес встречала отпор, то есть чем больше его в эльфийских повадках упрекали, тем больше ему (в глубине души) на эльфов похожим стать хотелось.
На его куске стены осталось совсем мало воинов, что его волновало необычайно. Он в волнении ходил по «своей» территории и думал о том, помогут ли соседние выступы, если его бойцам придётся плохо. Стена была не ровной, а похожей на эльфийские узоры: она выступала на 200 м вперёд треугольником, затем 200 м назад так же. Суть была проста: достаточно поставить по сторонам выступов воинов на протяжении последних 10 метров, и противник будет штурмовать только их: не помчится же он от выступа в глубину под перекрёстным обстрелом с двух ближайших выступов! Совсем немного войск на довольно большой участок. Приём был списан у эльфов.
А эльфы уже были видны на равнине, вдали показалось войско. Маленькими точками видны крохотные фигурки справа. Но почему воины смотрят налево? Там, слева, идёт ещё больше отряд. Но он не самый ужасный — в центре, прямо на выступ Толгона, идёт третий, громадный, воинов в пятьсот. Вдруг остановились. Еле видимые точки пехотинцев, всадников на оленях, воинов на санях, мамонтах, шерстистых носорогах… А ведь эльфы видят все, что происходит на бастионах — у кого какой длины копьё, цвет шапки, старые или новые унты… Удар. Громадный камень со страшной силой врубился в стену у её основания, и облако ледяных обломков и снега поднимается вверх. Новый удар, и ледяной зубец разлетается на куски. Прямо к ногам Толгона падает боец, с льдиной в проломленном черепе. 2 новых удара одновременно… Камни рубят стены, сносят зубцы, убивают людей… Паника, паника, паника, паника, а ведь это работают всего 2 катапульты!
В это время десяток во много раз более мощных катапульт крушил лёд соседнего выступа, камни уничтожали его, поднимая завесу из ледяных крошек, разрушали… 3 года доставлял Альвенил эльфам эти катапульты, 3 года строились дороги, чтобы подвезти их к бастионам, 3 года собирали эльфы войска с целью смести последний свободный тигтарский оплот!
9 тигтарцев уже погибло, пятьдесят с лишним было ранено, эльфы вели обстрел по нескольким выступам, чтобы не дать людям сосредоточиться в главном направлении их атаки. Защитники бежали со стен, дабы не быть уничтоженными. 10 катапульт тигтарцев, которые не могли сравниться ни в мощи, ни в дальнобойности, ни в умении стрелков, были сметены 10 выстрелами эльфов. По бастионам вели обстрел 200 катапульт одновременно. Ральна, оглушённого выстрелом, бойцы его отряда снесли со стены.
А в это время за 200 метров от штаба лицом вниз лежал человек. Мёртвый. В сердце его по рукоять был воткнут длинный эльфийский кинжал с изумрудом на рукояти. Рука сжимала копьё, в стороне валялся сломанный нож. Всё в радиусе 30 метров было истоптано следами его и эльфийскими. А дальше, в сторону гигантских валунов, уходил кровавый след эльфа-победителя, того самого, что взял в плен Каральна… Убитым человеком был последний вождь свободных тигтарцев, сердце войска свободных людей, человек, поднявший и сплотивший тигтарцев против захватчиков — ФАГАНД.
. .
За 10 лет до этого с юга пришли эльфы. Точнее приехали. Все на оленях. Их было меньше сотни. И с ними около 50 человек. На поясах у них были мечи и кнуты, за спинами щиты и луки со стрелами. К седлам прикреплены длинные копья. Эльфы остановились между тремя поселениями. Ничего не говоря, стали строить стену с бойницами. К вечеру там была маленькая крепость: Стена, метра полтора в высоту, защищала около 40 квадратных метров. Из удобных бойниц можно было безопасно обстреливать расстояние от крепости до поселения — расстояние, на котором люди были бы превосходными мишенями. За ночь эльфы в радиусе 50 метров от стены всё обставили кольями, капканами, шипами…
С недоумением смотрели тигтарцы на странных иноземцев: почти все они впервые видели систему обороны. День за днём наблюдали люди, как растёт ледяная громада. Диковинные пришельцы вызвали сначала удивление, затем смутные предположения, предположения переросли в подозрения, подозрения в страх. А страх — один из самых страшных и жестоких видов оружия, которое используют эльфы… И всё глубже страх проникал в их сердца. Наконец, из-за стены вышел прекрасный эльф. На голове его сиял серебряный венок, отражавший лучи восходящего солнца, одет он был в алый плащ. В руке его был белый флаг. Он предъявил ультиматум: обеспечение пришельцев провизией, работа по обустройству жилищ пришедших эльфов и людей, десятая часть любой добычи тигтарцев и ряд других условий. Тигтарцы отвергли требования эльфов и дали послу беспрепятственно вернуться в крепость. Как только он зашёл за стену, мощный залп из 5 катапульт с диким грохотом врубил всё сокрушающие камни в иглы! С жутким треском разлетелись ледяные кирпичи жилищ тигтарцев, разрушилось то, что строилось годами. И боги не пришли на помощь, когда эльфы уничтожили прицельным огнём капище.
Так начался закат свободных племён тигтарцев, так в этих землях загорался рассвет великого королевства эльфов.
Условия капитуляции были суровы. Восемь детей самых влиятельных жителей селения были взяты в заложники. Именно это сбило с толку аборигенов: тигтарцы и враложцы всегда убивали врагов: лучший враг — мертвый враг. Эльфы же были заинтересованы в том, чтобы как можно больше тигтарцев остались в живых: им нужна была дань, а не трупы. Об остроухих воинах, которые обладают оружием с жуткой разрушающей силой, пошли многочисленные слухи. А спустя несколько дней завоеватели стремительно прошли 20
