После смерти Екатерины II в 1796 г. императором стал Павел I. В первое время казалось, что все слухи, заставлявшие его видеть в старшем сыне конкурента в борьбе за власть, забыты. Павел издал указ о престолонаследии, согласно которому власть в семье Романовых передавалась только по мужской линии, и ввел новый титул для наследника престола – «цесаревич», которым удостоил Александра. Но вскоре поползли новые сплетни о том, что Павел может развестись с императрицей Марией Федоровной, жениться на какой-нибудь из своих любовниц, а наследником объявить одного из сыновей, которые могли родиться в новом браке, или другого родственника мужского пола.
Вольно или невольно Александр был втянут в заговоры против отца, последний из которых закончился свержением и убийством Павла в ночь с 11 на 12 марта 1801 г. Этот дворцовый переворот, завершивший собой XVIII век русской истории, обеспечил наследнику трон, но не сделал его счастливым. Империя вздохнула свободно, но Александру не стало легче. Борьба за престол между ним и матерью – императрицей Марией Федоровной, продолжавшаяся до раннего утра, не улучшила отношений в семье. И когда весь Петербург ликовал, в Зимнем дворце, куда из Михайловского замка, места цареубийства, спешно перебрались все Романовы, царила мрачная тишина. Мать и сын несколько дней почти не разговаривали друг с другом; не общался Александр и со старшим братом Константином. Молодой император не отрекся от престола, однако и принял его как-то неохотно.
Официальная коронация состоялась, как того требовала традиция, в старой столице – Москве 15 сентября 1801 г. Церемония, как всегда, отличалась пышностью, но розданные по этому случаю награды и подарки были скромными. Сразу же после коронации обнародовали указ, который отменял пытки, широко практиковавшиеся при Павле I.
В первое время своего царствования император пользовался большой популярностью в обществе. Он выгодно отличался от отца даже внешностью. Высокого роста, статный, светловолосый, голубоглазый, с правильными чертами лица и нежной гладкой кожей, молодой государь производил приятное впечатление и на мужчин, и на женщин.
Александр был хорошо воспитан, деликатен, умел сохранять уважительный тон в обращении с людьми разных сословий и чинов. Вот как писала о нем современница – известная французская писательница и литературный критик Жермена де Сталь: «Первое, что особенно изумило меня в нем, это выражение необычайной доброты и величия, которыми озарено его лицо; эти два качества казались нераздельны в нем. В первых же словах, сказанных мне, тронула меня благородная простота, с которой подходил он к великим вопросам, волновавшим Европу. Я всегда считала признаком посредственности боязнь говорить о важных вопросах, боязнь, которая свойственная почти всем государям Европы. Александр, наоборот, беседовал со мною так, как сделали бы это государственные люди Англии, которые видят силу в самих себе, а не в цепи заграждений, которыми можно себя окружить. Александр, достоинства которого умышленно не признавал Наполеон, человек выдающегося ума и редкой образованности, и я не думаю, чтобы он мог найти в государстве министра, более, нежели он сам, способного разбираться в делах и направлять их к цели».
Мадам де Сталь точно подметила одиночество особого рода, от которого страдал император. После смерти Павла он с осторожностью и недоверием относился даже к близким людям. Много лет спустя А. С. Пушкин напишет в своем дневнике: «...Пок<ойный> Государь (Александр I. – Л. С.) окружен был убийцами его отца. Вот причина, почему при жизни его никогда не было суда над молодыми заговорщиками, погибшими 14-го декабря. Он услышал бы слишком жестокие истины».
Постоянными помощниками Александра в первые годы царствования были участники заговора против Павла: граф П. А. Строганов, князь Адам Чарторыйский, граф Н. Н. Новосильцев, граф В. П. Кочубей.
Окружению Александра I поначалу казалось, что император вот-вот даст стране обещанную конституцию, начнет либеральные преобразования, отменит крепостное право, введет европейские свободы. В этом друзей государя убеждали некоторые его шаги, например приближение М. М. Сперанского.
Михаил Михайлович Сперанский (1772-1839) – сын провинциального священника. Только природный ум и государственные способности позволили ему так высоко подняться по социальной лестнице и получить графский титул. С 1808 по 1812 г. он был ближайшим советником императора, автором проекта либеральных реформ, реорганизатором государственного управления России. Он создал Государственный Совет – высший законодательно-совещательный орган при императоре, систему министерств, пришедшую на смену коллегиям. Но смелые планы ограничения самодержавия, конституционные устремления Сперанского оттолкнули от него Александра. К глубокому разочарованию либеральной части общества царь отправил реформатора на четыре года в ссылку, после которой на два года назначил генерал-губернатором Сибири. В Петербург Сперанский вернулся только при Николае I; при нем он возглавил второе отделение императорской канцелярии и занимался приведением в порядок российского законодательства (главным трудом его жизни стало составление знаменитого «Собрания законов Российской империи»).
Поначалу современники не обратили особого внимания на тот факт, что одновременно со Сперанским рядом с царем появился Аракчеев – государственный деятель консервативного толка, которому удалось сохранять свое влияние на Александра до конца его царствования.
Алексей Андреевич Аракчеев (1769-1834) состоял в генеральском чине. В 1808 г. он стал военным министром, в 1810 г. – председателем военного департамента Государственного совета, инициатором создания военных поселений, служивших резервом регулярной армии. Будучи храбрым человеком и обладая талантом военачальника, Аракчеев отличился во время Отечественной войны 1812 г. Александра в нем привлекали не только ум и смелость, но и твердость характера, решительность, умение доводить до конца начатое дело – те качества, которых самому императору недоставало. К Алексею Андреевичу царь относился не только как к видному сановнику, но и как к старшему товарищу, советовался с ним даже по личным вопросам. С годами доверие императора к Аракчееву возрастало. С 1815 по 1825 г. он фактически руководил страной, что стало одной из причин недовольства значительной части дворянства царствованием Александра и, как следствие, формирования тайных обществ и дворянских заговоров.
Сам же Александр I все больше разочаровывался и в русском обществе, которое раздирали противоречия между желавшими реформ либералами и консерваторами-крепостниками, и в своем окружении, шантажировавшем его участием в свержении отца, и в самой императорской власти и ее возможностях. Власть и отцовский авторитет постепенно становились теми оковами, которые связывали личность Александра, не давали почувствовать себя счастливым и свободным.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
