Читаем без скачивания Вечная жизнь - Джек Вэнс

В Карневаль изредка приезжали и Амаранты, одетые в роскошные костюмы. Неузнаваемые под своими масками, они могли забыть о зависти, которая владела всеми остальными, когда они видели этих счастливчиков…

4

В Карневаль приехала и Джакинт Мартин, ставшая три года назад Амарантом и прошедшая обновление три недели назад.

Джакинт Мартин трижды поднималась из Брудов: сначала как специалист по средневековым инструментам, затем как концертирующая флейтистка и, наконец, как музыкальный критик. Трижды линия ее жизни круто устремлялась вверх и трижды она возвращалась обратно к горизонтали.

В возрасте сорока восьми лет она мужественно расширила сферу своей деятельности и стала заниматься историей музыкальной культуры. Это помогло ей в возрасте пятидесяти четырех лет стать Веджем. За оригинальные исследования в области музыкальной символики она перешла в Серды в возрасте шестидесяти семи лет. Ее назначили ассистентом в Картербургский университет, но через четыре года она сама стала сочинять музыку. “Древний Греаль” — насыщенная страстью оркестровая сюита, полностью отражающая особенности ее незаурядной натуры, подняла ее в Вержи в возрасте девяноста двух лет.

Затем на тридцать лет она отошла от активной деятельности, разыскивая новые стимулы, которые дали бы ей возможность перейти в Амаранты.

Она всегда интересовалась загадочной культурой королевства Сингали и, несмотря на почти неустранимые препятствия, на грозные опасности, она решила провести один год в Сингали.

Она тщательно готовилась к этому, изучила язык, обычаи, ритуалы, подготовила одежду, выкрасила кожу. Правительство выделило ей воздушный шар, и она вылетела за пределы Кларжеса в варварскую страну, где жизнь ее подвергалась постоянной опасности.

В Канасте она объявила себя колдуньей и, пользуясь последними научными достижениями, заработала себе прочную репутацию. Знатные лорды Гондваны предложили ей посетить их пиратскую империю, и она с благодарностью приняла приглашение. Намеченные планы она быстро выполнила, но, очарованная гондванскими художниками, их своеобразным видением мира, провела там четыре года. Многие аспекты жизни в Гондване показались ей неприличными — особенно равнодушие к людским страданиям. Она была очень эмоциональной женщиной, чувствительной, и в течение всего времени пребывания за границей Кларжеса находилась в состоянии крайнего отвращения. В Торренге она случайно присутствовала на церемонии Большая Ступа. Все увиденное внушило ей такой ужас, что она бежала из Гондваны и вернулась в Кларжес в шоковом состоянии.

Шесть месяцев спокойной жизни вернули ей душевное равновесие, и следующие шесть лет были для нее весьма продуктивны. Она опубликовала книгу “Гондванское искусство”, много эссе по гондванской музыке, подводным королевским садам, ритуальным танцам на склоне горы Валакунен, и в возрасте ста четырех лет стала Амарантом.

После обновления она превратилась в очаровательную девятнадцатилетнюю девушку, более или менее похожую на нее саму в этом возрасте.

Новая Джакинт действительно была девятнадцатилетней, но опыт ее и знания были накоплены за сто четыре года. В новой Джакинт Мартин нельзя было найти ни одной черты характера, не присущей старой Джакинт. Да, она действительно осталась сама собой в новом обличье.

Джакинт получила прекрасное стройное тело. Пепельно-серые волосы блестящим каскадом спадали на очаровательные плечи. Несмотря на наивность, открытость взгляда, можно было угадать скрытые глубины ее натуры. Если сравнивать красоту женщины с цветком, то можно было сказать, что она находится в самой высшей точке расцвета.

Во время борьбы за достижение высшего фила ее сексуальные инстинкты были придавлены. Она еще никогда не была замужем, и теперь ей предстояло открыть для себя новые ощущения.

В этот вечер она надела серебряное платье, обтягивающее ее стройную фигуру, и поехала в Карневаль без какой-то определенной цели, не особенно задумываясь, что она будет делать там.

Она припарковала свой кар, проехала на пассажирском диске через прозрачный тоннель и очутилась в самом сердце Карневаля.

Яркие костюмы, веселый смех и возгласы, музыка, звучащая всюду, разнообразные запахи, яркие глаза, смотрящие из-под масок, ярко расцвеченные рты, руки и ноги, проделывающие гротесковые движения в танце, шелест одежды, сверкание красочных реклам. Все это был Карневаль! Он очаровал Джакинт. Ей оставалось только раствориться в нем, подчиниться его ритму, бездумно плыть по течению…

Она пересекла Конкур, прошла через Фоли Инкредибль в Малый Овал, опустилась по Аркадии-вэй, с интересом осматривая все вокруг.

Яркие цвета она воспринимала как звон колоколов. Она слышала гармонию цвета, ее обертоны, мягкие и взрывные, бьющие по нервам, возбуждающие в ее душе отклик. Она сама не ожидала такого эффекта. Она проходила мимо всех достопримечательностей Карневаля — Замка Истины, Голубого Грота, Лабиринта, Колледжа Эроса, где перед публикой демонстрировались технические приемы любви.

Перед нею разворачивалась игра реклам и ярче всех светилась реклама Дома Жизни. Человек в медной маске мощным голосом созывал публику. В ее мозгу вдруг вспыхнули тревожащие душу воспоминания о церемонии Большая Ступа: главный жрец, демонически красивый, таким же громовым голосом руководил стонущей в религиозном экстазе толпой верующих…

Джакинт остановилась послушать.

— Друзья, каков ваш слоп? — кричал Вэйлок. — Заходите в Дом Жизни! Дидактор Монкур поможет вам! Бруд перейдет в Веджи. Ведж — в Серды. Серд — в Вержи. Верж — в Амаранта. Зачем жалеть час, если Монкур даст вам годы? Всего флорин, один флорин! Разве это много за вечность? — Голос его гудел, как медный колокол. — Увеличивайте свой слоп! Смотрите в будущее с надеждой! Всего флорин за вход в Дом Жизни!

Вокруг него собралась толпа. Вэйлок обратился к мужчине:

— Вот ты, я вижу, Серд. Когда ты станешь Вержем?

— Я Бруд.

— Но ты должен быть Сердом! Зайди в Дом Жизни и через десять минут ты сможешь показать нос своим убийцам. А ты… — Это была женщина средних лет. — У тебя есть шанс пережить своих детей. Не менее сорока двух Амарантов обязаны своим возвышением дидактору Монкуру.

Вэйлок заметил прекрасную девушку в серебряном платье.

— О прекрасная леди! Ты хочешь стать Амарантом?

Джакинт рассмеялась.

— Меня это не интересует.

Вэйлок картинно развел руками.

— Нет? А почему?

— Может, потому, что я гларк.

— Сегодняшний день может оказаться поворотным пунктом в твоей жизни. Заплати флорин — и ты можешь оказаться Амарантом. И тогда ты возблагодаришь дидактора Монкура и его чудесный метод!

Облако голубого дыма вылетело из Дома Жизни и повисло над его головой.

— Заходи, если хочешь увидеть дидактора Монкура. Войти — это всего лишь минута и всего лишь флорин. Один флорин за продление твоей жизни.

Вэйлок спрыгнул с возвышения. Теперь он был свободен. Те, кто не вошли в Дом Жизни, уже не войдут туда. Он поискал глазами в толпе. Вот оно, серебряное платье. Он протолкался через толпу, пристроился к Джакинт.

Серебряная маска скрыла удивление на лице Джакинт.

— Неужели дидактор Монкур не пользуется популярностью, и тебе приходится выискивать клиентов в толпе? — Тон ее был легким, игривым.

— В настоящий момент я принадлежу себе. И так будет до завтрашнего вечера.

— Но ты только что говорил о Вержах, Амарантах… Какой тебе интерес к девушке-гларку?

— Самый простой. Ты очень красивая. Разве этого мало?

— Что можно увидеть под маской?

— Ты одна в Карневале?

Она кивнула и искоса взглянула на него, надеясь, что он не заметил этого.

— Я буду сопровождать тебя, если позволишь.

— О, я могу втянуть тебя в неприятности.

— Я не боюсь риска.

Они прошли по Аркадии-вэй и вышли на Беллармин-серкус.

— Сейчас мы на перепутье, — сказал Вэйлок. — Колохан выведет нас на Эспланаду. Малый Конкур вернет на Конкур, Рьяченда приведет в район Тысячи Воров. Куда ты хочешь?

— Мне все равно. Я приехала посмотреть.

— В таком случае, выберу я. Я здесь живу и работаю, но знаю о Карневале немногим больше тебя.

Джакинт заинтересовалась:

— Ты здесь живешь?

— У меня квартира в районе Тысячи Воров. Многие из работающих в Карневале живут там.

Она вопросительно посмотрела на него.

— Значит, ты Бербер?

— О нет. Берберы — деклассированные элементы. А я обычный человек, гларк, как и ты.

— И тебе никогда не надоедает это? — Она показала на оживленные толпы.

— Иногда до смерти.

— Тогда почему ты не живешь в Кларжесе? Это всего лишь в нескольких минутах лета отсюда.