момент, мальчик тихо подкрадывается к спине тюремщика и снимает с его пояса связку ключей.
Он выбегает из камеры и в спешке закрывает замок. Услышав это, тюремщик подбегает и хватается за прутья.
— Ты что задумал, щенок?! — с надрывом орёт он. — Немедленно открой эту чёртову дверь!
Мальчик не слушается его и убегает.
Тюремщик подходит к нам, и со злобой смотрит на нас.
— Вы специально устроили это представление? — он тычет в нас факелом. — Хотели помочь маленькому ублюдку сбежать?
— Это не так, — взволнованно говорю я, осматривая пол вокруг себя. — Здесь бегает большая мышь. Это правда.
— Какая на хрен… — он не успевает договорить, как мышь выскакивает из темноты и запрыгивает ему на сапог. Он вскрикивает и падает на пол, не удержав равновесие.
Пленные начинают смеяться.
К камере подходит Мэт с ведром воды. Он озадаченно смотрит на запертый замок и на тюремщика, который сидит на полу и выкрикивает ругательства.
Заметив подошедшего солдата, тюремщик подбегает к решётке.
— Мэт, вытащи меня отсюда! — раздражённо говорит он.
Солдат достаёт связку ключей и перебирает их. Тюремщик оборачивается и исподлобья смотрит на нас.
— Эти две суки помогли пленному сбежать! — он тычет на нас пальцем.
Я крепче прижимаюсь к Зое. Мэт поднимает на нас взгляд, затем снова возвращается к ключам.
— Кто сбежал? — спрашивает он, открывая замок.
— Мальчишка… — сквозь зубы цедит тюремщик.
— Никуда он не денется, к утру вернём.
Не знаю, в чём виноват этот мальчик, но я не хочу, чтобы он снова возвращался сюда.
Мэт заносит ведро с чистой водой в нашу клетку.
— Эй ты, — он подзывает меня. — Утром я отведу тебя к генералу. Так что вымойся, как проснёшься.
Я киваю и с сомнением смотрю на ведро.
Когда Мэт уходит, я закрываю глаза, и наконец проваливаюсь в сон.
Утренний свет озаряет камеру. Я неуклюже встаю и подхожу к ведру с водой. Внутри плавает несколько мух и мошек.
В другой ситуации я бы могла попросить заменить ведро, но сейчас выбирать не приходится. Я окунаю ладони в холодную воду и смываю грязь и засохшие слёзы с лица.
Через какое-то время Мэт приходит за мной.
— Готова? — задумчиво спрашивает он. Его взгляд направлен куда-то в сторону.
— Да… — взволнованно отвечаю я и поворачиваюсь в направлении его взгляда. Он с интересом смотрит на Зою, а она, краснея, смотрит на него.
Не знаю, что между ними происходит, но когда я вернусь, обязательно это выясню.
Наконец, Мэт приходит в себя и отводит меня в покои генерала.
Мы входим в шатёр.
Генерал облокачивается на стол и ухмыляясь смотрит на меня.
— Говорят, ты помогла преступнику сбежать?
— Я не помогала… — опускаю взгляд в пол. — Но я рада, что несчастному ребёнку удалось спастись.
— Посмотрим, как ты будешь рада, когда он получит сто ударов плётки.
— Вы не сделаете этого… — с неверием шепчу я.
Он ничего не отвечает и просто смотрит на меня.
— Как ты знаешь, я позвал тебя не просто так, — он подходит ко мне. — Ты ведь хочешь, чтобы я отпустил твоих сопровождающих?
— Да… — я смотрю на него с надеждой.
— Я могу их отпустить, но есть одно условие, — он останавливается напротив меня.
— Что вы хотите?
Он поворачивается к стоящему перед выходом Мэту.
— Оставь нас! — громким голосом, приказывает генерал. Солдат тут же выходит.
На лице генерала появляется ухмылка.
— Я отпущу пленных, но ты заплатишь за них своим телом, — он проводит большим пальцем по моим губам. — И ты сделаешь это своим миленьким ртом
— Никогда… — с неприязнью говорю я и отворачиваю голову.
— Ты подумай, — говорит он. — Их судьба в твоих руках.
Он обходит вокруг меня, рассматривая со всех сторон. Я дрожу и испуганно наблюдаю.
— Ты ведь не хочешь, чтобы все они пострадали, верно? — он проводит двумя пальцами по моей щеке.
Я вздрагиваю. По спине пробегают мурашки
— Я не могу так… — всхлипываю я. — То, что вы просите… Это неправильно.
— В этом мире всё неправильно, и всегда приходится чем-то жертвовать, — он вытирает слезинку с моей щеки, — Ты ведь понимаешь, что не в том положении, чтобы рассуждать о морали?
Он подходит к стойке с оружием, и берёт меч.
— Я злой хищник, — надменно говорит он. — А ты маленькая и напуганная лань. Сейчас только я, вправе распоряжаться твоей жизнью.
Он делает резкий взмах и останавливает лезвие меча у моей шеи.
Я замираю, задержав дыхание. Мне страшно пошевелиться. Капельки пота собираются на висках.
Его меч слегка касается моей шеи и ранит нежную кожу. Я вздрагиваю, почувствовав стекающую по шее кровь.
— Прошу вас… — сквозь слёзы шепчу я. — Прекратите делать это…
— Я даже и не начинал, — он убирает меч. — Но вот ты можешь сделать, и тем самым спасти своих подданных. Выбор за тобой.
— Ты монстр… — вытирая слёзы, говорю я.
— Я бы на твоём месте попридержал язык, — дерзко говорит он. — Иначе, уже к вечеру они будут на невольничьем рынке.
Услышав эти слова, я вздрагиваю.
— Только ты можешь помочь им, — он продолжает убеждать меня. — Ты ведь не хочешь, чтобы на твоей совести были жизни ни в чём не повинных людей, я прав?
Я опускаю голову, продолжая плакать. Я не могу согласиться на его условия. Это слишком грязно и мерзко. К тому же этот генерал… Самый настоящий мерзавец.
В шатёр забегает Мэт.
— Генерал, — запыхавшимся голосом говорит солдат. — Мы схватили мальчишку. Что прикажете с ним делать?
Генерал выпускает надменный смешок и, посматривая на меня, говорит.
— Выдай ему сто ударов плетью! — твёрдым голосом говорит он.
— Нет… — с беспокойством восклицаю я. — Вы не можете с ним так поступить.
— Очень даже могу, — он подходит ко мне и проводит ладонью по щеке. — Но могу и передумать. Сейчас только ты можешь ему помочь.
Я с отвращением отворачиваюсь от него. Он убирает свою ладонь.
— А знаешь, я передумал, — с хладнокровием говорит он. — Мэт! Выведи остальных и пусть каждый получит по сто ударов плетью, а затем отправь их в город в качестве рабов.
Я не понимаю, как человек может быть таким бессердечным. На какие ужасные вещи он способен, чтобы получить желаемое?
— Решай скорее, — поторапливает меня он. — Либо ты спасаешь своих людей, и они возвращаются в свои семьи, либо…
Дрожь проносится по телу. Сейчас мне хочется свернуться калачиком и реветь. Последствия от этого выбора пугают меня. Мне очень хочется спасти их, но я не могу делать такие вещи с ним…
— Время вышло! — громко говорит он. — Что ты решила?
Меня переполняет волнение. Мысли путаются, и каждый из вариантов очень неприятен
