Что общего, на первый взгляд, могло быть у труженика науки, погруженного в ветхозаветную пыль, и завзятого путешественника Дика Хаутона с этим генералом от бизнеса, прожженным разведчиком и страстным поборником «холодной войны» и «горячей политики»? Однако их связывали глубокие и прочные тайные нити.
Последняя экспедиция, в которой участвовал Хаутон принесла ему специфическую известность. Это было восхождение на вершину горы Арарат. Именно там, по утверждению профессора, после всемирного потопа застряв мифический Ноев ковчег. В состав экспедиции, кроме Хаутона, входили альпинист с дипломатической подготовкой, археолог, кинооператор и фотограф. Три месяца колесила эта группа по горным хребтам в пограничном районе Турции, близком к СССР и имеющем важное стратегическое значение.
Внимание «археологов» и «любителей древностей» было сосредоточено, главным образом, на советских границах. Они что-то фотографировали, что-то записывали, Когда же экспедиция спустилась вниз, Хаутон с огорчением заявил, что остатки ковчега обнаружить не удалось, но поиски возобновятся «при более благоприятной погоде»,
Истинная подоплека этих псевдонаучных изысканий была довольно прозрачна. Еще лет десять назад при разведке, в которой подвизался Майкл Кэрли, начали создаваться специальные группы «сверхшпионов». В них вербовались социологи, историки, экономисты, геологи, географы, инженеры — люди широких знаний и высокой квалификации, способные и согласные выполнять определенного рода задания внутри страны и за ее рубежами Национальное географическое общество почти целиком состояло на этой малопочетной, но высокооплачиваемой службе; членам его поручалась агентурная и картографическая разведка. Членом общества был и Дик Хаутон — странный гибрид ученого и разведчика-любителя.
Профессор опустился в кресло напротив гостя.
— Вы любите бананы, Дик? — спросил Кэрли, отхлебывая из стакана.
Профессор поднял брови и промычал что-то вроде: «Мммда, пожалуй…»
— Тогда я полагаю, что вам придется отправиться в новую экспедицию, — сказал Кэрли.
— Куда и зачем?
— На побережье Тихого океана, в маленькую латиноамериканскую банановую республику, имя которой — Гарсемала.
— Но ведь там идут военные действия! — воскликнул Хаутон.
— Если бы их там не было, то не было бы и этого разговора…
Речь шла о стране, где соотечественники Кэрли и Хаутона до недавнего времени хозяйничали, как у себя дома С полгода назад восставший народ свергнул тирана Теофило Бермудеса, ставленника монополистов. К власти пришло демократическое правительство Рафаэля Санчеса. Банановые, сахарные и кофейные плантации были объявлены национальным достоянием, необработанные земли помещиков розданы крестьянам. Новая, справедливая конституция, кодекс о труде, закон о социальном страховании и другие реформы правительства Санчеса вызвали бешеную ярость тех, кто почти столетие узурпировал власть в этой маленькой стране и держал ее гордый, трудолюбивый народ в страхе, бесправии и нищете. Газеты державы, привыкшей смотреть на Гарсемалу, как на свою исконную вотчину, кричали о том, что правительство Санчеса — «красное», коммунистическое. Заговоры вдохновляемые извне, следовали за заговорами. И, наконец, вспыхнул открытый мятеж, возглавляемый реакционным генералом Хесусом Эстрада.
Все это было известно Хаутону, он знал, что посол его государства в Гарсемале является одной из главных пружин мятежа.
— Но все-таки, — сказал огорошенный профессор, — я хотел бы знать, для чего там необходимо мое присутствие? И как мотивировать такую экспедицию?
Кэрли отхлебнул еще раз.
— Я все объясню. Скажите: наука может допустить, что Ноев ковчег надо искать не на Арарате, а в горах, отделяющих Гарсемалу от океана?
— Если нужно, то может допустить. Но не кажется ли вам, что на эту скомпрометированную удочку сейчас трудно будет кого-либо поймать?
— На этот случай сойдет. Особенно если это будет исходить из ваших авторитетных уст…
Кэрли и Хаутон поглядели друг другу в глаза и расхохотались.
— Ну, хорошо, — сказал Хаутон. — Но объясните, наконец, какое отношение Ноев ковчег может иметь к мятежу генерала Эстрада? И в чем будет заключаться наша миссия?
— Вы высадитесь на побережье, подниметесь в горы…
— И?
— И исчезнете.
— Куда?
— Это уже ваше дело. По крайней мере на месяц, так, чтобы никто не мог обнаружить ваших следов…
И Кэрли посвятил географа в свой план.
— Действовать необходимо со всей наивозможной быстротой, — добавил он. — Учтите, что правительственные войска под командованием полковника Мануэля Альфаро сильно теснят противника. Если они сумеют покончить с эстрадистами — чем черт не шутит! — до вашего прибытия, то вся затея окажется холостым выстрелом.
— Все понятно, — кивнул Хаутон. — Теперь нужно решить некоторые практические вопросы.
— Финансирование? Официально вы снаряжаете экспедицию на свой счет. А деньги получите от нас.
— Состав экспедиции?
— Ну, тут вам и карты в руки. Но я думаю, что он должен быть невелик.
— Конечно. Я возьму с собой Бейтса.
— Третьего человека дадим вам мы. Не возражаете?
— Нет. Это будет научный работник?
— Можете считать его таковым, если пожелаете. Скажем, доктор зоологии; пусть он классифицирует сорок пар чистых и сорок пар нечистых тварей, которых Ной взял с собой в ковчег. (Кэрли опять захохотал, очень довольный собственным остроумием). Итак: доктор зоологии Фред Портер. Да, вот еще: экспедицию нужно обставить поромантичнее! Желательно, чтобы газеты побольше шумели о вашем предприятии, а романтика будет лучшей рекламой. Не нужно самолетов, не нужно теплоходов: они не по вашим «личным средствам». Но не нужно и крайностей. Я не буду уговаривать вас пуститься, подобно норвежцу Хейердалу, через океан на плоту Зафрахтуйте где-нибудь в Перу небольшой парусник — удобно, оригинально и романтично!..
Не прошло суток после этого многообещающего разговора, как в газетах замелькали заголовки: «Снова на поиски Ноева ковчега», «Неугомонный Дик отправляется к берегам Южной Америки», «„Я найду баржу старины Ноя“ — заявляет профессор Хаутон» и тому подобное в таком же крикливом, развязном тоне.
Но пресс-конференции, устроенной для корреспондентов тридцати семи газет, профессор Хаутон заявил, что на основе изучения вновь открытых источников он изменил свое мнение: Ноев ковчег следует искать не на вершине Арарата, а в лесных джунглях горного хребта, отделяющего Гарсемалу от океанского побережья. На вопрос корреспондентов: «Не опасается ли экспедиции вступать на территорию Гарсемалы в момент, когда там идет гражданская война, и не усматривает ли в этом профессор угрозы успеху экспедиции и самой жизни ее участников» — Хаутон ответил: «Политика не должна мешать науке. Он не думает, чтобы та или иная из враждующих сторон способна была поднять руку на мирную научную экспедицию. Он, профессор, не хочет откладывать путешествие до будущего года, сейчас для него, по климатическим условиям, самое благоприятное время»
