Читаем без скачивания Уроки любви для повесы - Майя Блейк

Она улыбнулась Гарри.

Ее старинный друг по университету – технический гений – перестал заниматься изобретательством, став известным и богатым. Теперь он мультимиллионер и способен выручить Пеннингтонов. Он последняя надежда семьи Евы.

– Ну, ты меня нашел, – сказала она.

Гарри был ненамного выше ее. Поэтому Еве не приходилось задирать голову, чтобы посмотреть в его карие глаза, взгляд которых был мягок.

– Ты в порядке? – спросил он и озабоченно посмотрел на свою спутницу.

– Да, – беззаботно ответила она.

Казалось, Гарри ей поверил. Он был одним из немногих, кто знал о расторгнутой помолвке с Заккео. Он видел ее фальшивые улыбки, слышал обещания о том, что она смирится с браком по расчету, поэтому спросил напрямик, повлияет ли на их семейную жизнь ее прошлое с Заккео Джордано. Ева быстро заверила его в том, что все будет хорошо.

Но теперь он выглядел неуверенным.

– Гарри, не накручивай себя. Я справлюсь, – настаивала Ева, несмотря на то что на душе у нее скребли кошки.

Он внимательно оглядел ее, потом подозвал официанта и взял бокал шампанского.

Ева нахмурилась:

– Я думала, ты сегодня не будешь напиваться. – Она указала на его бокал.

– Черт побери, ты ведешь себя как надоедливая супруга. – Он захихикал. – Перестань, радость моя, родители уже дали мне нагоняй.

Познакомившись с его родителями неделю назад, Ева легко могла себе представить, как они ругали сына.

– Помни, зачем ты это делаешь, – сказала она. – Ты хочешь сорвать пиар-кампанию по поднятию твоего имиджа?

Хотя Гарри было наплевать на положение в обществе, его родители жаждали престижа и достойной родословной. Только угроза бизнесу Гарри, наконец заставила его обратить внимание на свою разгульную жизнь.

Он взял Еву за руку и наклонил к ее виску свою светловолосую голову:

– Я обещаю вести себя примерно, – произнес он. – Теперь, когда утомительные тосты произнесены и мы с тобой официально помолвлены, настало время лучшей части вечеринки. Фейерверк!

Ева поставила бокал с шампанским на стол и вышла из алькова столовой, в котором любила сидеть в детстве.

– Разве это не должно стать сюрпризом? – спросила она.

Гарри подмигнул ей:

– Да. Но раз мы всех обманули, притворяясь безумно влюбленными, то мы сумеем изобразить удивление от фейерверка.

Она улыбнулась:

– У тебя точно получится.

Гарри прижал руку к сердцу:

– Благодарю, моя прекрасная леди Пеннингтон.

Вспомнив, ради чего затевался брак по расчету, Ева почувствовала, будто ей под ребра воткнули нож. Она вышла на террасу, чтобы посмотреть на большой сад.

В саду когда-то были широкие пруды, огромный летний дом и сложный лабиринт, но из-за высокой стоимости содержания сад превратился в лужайку.

Гости зааплодировали, как только Ева и Гарри появились на террасе. Она взглянула на смотрящих на них Софи, отца и родителей Гарри.

Ева поймала взгляд своего отца, и у нее скрутило живот.

Ева спасала свою семью от разорения, но даже это не поможет ей сблизиться с сестрой и отцом.

Пусть он принял ее помощь в сохранении наследия Пеннингтонов, но был недоволен выбранной ею профессией.

Отвернувшись, Ева улыбнулась и радостно воскликнула, когда начался фейерверк.

– Мои родители хотят жить вместе с нами, – прошептал ей на ухо Гарри.

– Что?

Он рассмеялся:

– Не волнуйся. Я убедил их, что ты ненавидишь мою холостяцкую берлогу, поэтому мы найдем себе отдельное жилье.

– Спасибо, – с облегчением ответила она.

Гарри провел рукой по ее щеке.

– Пожалуйста. Но я заслужил награду за свою жертву. – Он улыбнулся. – Поужинаем вместе в понедельник?

– Поужинаем, если в ресторан не проникнут папарацци.

– Отлично. Это будет свидание. – Гарри поцеловал ее пальцы к большой радости гостей, которые считали, что стали свидетелями истинного проявления любви.

Ева позволила себе расслабиться. Ей было неприятно все, что они делали, но она благодарила Гарри, который пришел к ней в «Сирену» три недели назад.

– Кстати, на тебе сногсшибательное платье, – заметил он.

Она поморщилась:

– Оно мне не нравится, но спасибо.

Следующая серия фейерверков должна была утихомирить гостей, однако они заговорили громче.

– Боже! Только не это! – воскликнул кто-то в толпе.

Гарри прищурился:

– По-моему, к нам торопится еще один гость, – сказал он.

Ева огляделась и увидела, что гости недоуменно смотрят в небо.

Она нахмурилась:

– Что это?

– Сюда летит вертолет, – ответил Гарри. – Ага. Я полагаю, организаторы приготовили еще один сюрприз.

– Мне кажется, в этом нет ничего занятного! – закричала Ева, стараясь, чтобы Гарри услышал ее, несмотря на рокот вертолета.

– Черт! Если это каскадер, я снимаю шляпу перед пилотом. – Гарри усмехнулся.

Вертолет приближался, и Ева смотрела на него как завороженная.

Садовые фонари отключили, чтобы фейерверк произвел максимальный эффект, поэтому она не увидела неожиданного гостя. Тем не менее по ее спине пробежал зловещий холодок.

Ева услышала крики пиротехника, приказывающего остановить фейерверк, когда очередная ракета полетела мимо вращающихся лопастей вертолета.

Толпа гостей притихла, когда дверь вертолета открылась, и появился мужчина, одетый в черное с ног до головы.

Ева напряглась, словно от удара электрошокером. Этого не может быть!

Он сидит за решеткой из-за своей алчности.

Заккео Джордано и люди, подобные ему, высокомерно считали, будто они вне закона. Они не заслуживают сочувствия Евы, хотя Заккео расплачивался в одиночку. Ее отец тоже отчасти виноват.

Но это был именно Заккео. И он шел в ее сторону.

Дойдя до террасы, Заккео остановился и застегнул однобортный смокинг.

– О боже, – прошептала Ева.

– Подожди… Ты его знаешь? – серьезно спросил Гарри.

Ева хотела соврать, что не знает мужчину, который жестко смотрел на нее.

Заккео Джордано, которого она имела несчастье недолго знать до его тюремного заключения, был коротко подстрижен и гладко выбрит.

Нынешний Заккео носил бороду, волосы струились по его плечам непокорными и густыми волнами. Ева сглотнула, удивляясь тому, как он изменился. Вместо холеного и худощавого мужчины перед ней был мужлан с широкими плечами, мускулистыми руками и грудью, обтянутой тканью черной шелковой рубашки. Черные брюки облегали его мощные и крепкие бедра.

От него исходила ощутимая опасность.

– Ева? – озадаченно спросил Гарри.

Заккео отвел смертельный взгляд от ее лица. Он посмотрел на ее руку, которой она держала Гарри под руку, и отвернулся.

Ева кивнула:

– Да. Это Заккео.

Она следила за ним, когда он повернулся к ее семье.

Оскар разозлился и испугался, Софи удивилась.

Ева смотрела на мужчину, которого надеялась никогда больше не увидеть. Заложив руки за спину, он направился к ее отцу.

– Твой бывший? – настаивал Гарри.

Она в оцепенении кивнула.

– Тогда мы должны с ним поздороваться.

Гарри потянул ее за руку.

– Нет! Подожди! – в ярости прошептала она.

Но Гарри был либо слишком пьян, либо в самом деле не подозревал опасности. С бешено колотящимся сердцем она наблюдала, как Заккео и ее отец пристально изучают друг друга.

– Я не знаю, о чем ты думаешь и что здесь делаешь, Джордано, но я предлагаю тебе уйти до того, как тебя арестуют за причинение вреда, – сказал Оскар Пеннингтон.

Гости испуганно зашептались.

Заккео и глазом не моргнул.

– Говори, что тебе вздумается, но ты точно знаешь, почему я здесь, Пеннингтон. Изображай скромника, если хочешь. Тебе не поздоровится, когда я устану от твоего притворства. – Он говорил почти шепотом, но у Евы на руках приподнялись волоски: она увидела выражение лица Софи.

Ее обычно невозмутимая сестра побелела как снег.

– Привет, Ева, – произнес Заккео, растягивая слова и не оборачиваясь. – Молодец, что присоединилась к нам. Не волнуйся, дорогая, я ненадолго.

Заккео уставился на кольцо на пальце Евы, потом бесцеремонно схватил ее за запястье и поднял его к свету. Он смотрел на кольцо буквально пару секунд.

– Как предсказуемо, – сказал он и небрежно опустил ее руку.

Ева сжала кулак, чтобы остановить трепет, пробежавший по ее телу от прикосновения Заккео.

– Что это означает? – спросил Гарри.

Заккео уставился на него серо-стальными глазами, потом взглянул на его родителей:

– Это личный разговор. Проваливай.

Питер Фэрфилд недоверчиво рассмеялся и расплескал шампанское, резко подняв руку:

– По-моему, ты ошибся, приятель. Уйти следует тебе.

Ева поймала грустный взгляд Гарри, но ей оставалось только молча наблюдать за всем происходящим. Ее сердце едва не выскакивало из груди, когда Заккео повернулся к Питеру Фэрфилду.

Она снова поразилась тому, как изменилось тело Заккео.

– Не мог бы ты повторить, друг мой? – с трудом сдерживаясь, сказал Заккео.