- Да чтоб тебе пусто было, ты - тёмный помёт лесного тролля, - заворчал он, после чего, преодолевая слабость, потянулся.
Всё в теле связано и когда с ментальной энергией проблемы, физиологическая словно превращается в непослушный кисель.
Поворчав и потянувшись, гном настороженно замолк, поражаясь собственной глупости. Ведь сейчас не ворчать надо, а тихонько крутить головой и ушами. В основном ушами, так как вокруг царила непроглядная тьма.
Вдруг он осознал, что руки его свободны. Тяжелые магические колодки расцепились на две половины, которые лежали сейчас у его колен.
- Хе-хе-хе, - невольно вырвалась из груди пленника порция скрипучего смеха и услышь этот смех посторонний, он бы наверняка поразился насколько он недобрый.
Слева, метрах в пятнадцати, раздался лёгкий шорох, после чего кто-то простонал и принялся бубнить себе под нос нечто неразборчивое.
- Старикан, ты как? – не видя более смысла соблюдать тишину, громко произнёс гном.
- Плохо… - ответил ему усталый постаревший голос.
- Плохо не плохо, нам надо что-то делать. Каждая потерянная минута угрожает запереть нас в этой проклятой яме до конца жизни! – поторопил Главу гном.
- Дай мне пять минут, да и сам не бездельничай, используй технику, которой я тебя обучил, - посоветовал гному старик.
Как бы не хотелось торопиться и действовать, но Тихон, к сожалению, был прав: восстановить силы было не только важно, но и жизненно необходимо.
Проворчав что-то на предмет нетрадиционных отношений в орочьих племенах, Грома закрыл глаза и сосредоточился на своих энергетических каналах. Выделив те, которые отвечали за сбор энергии из окружающей среды, он усилием воли и внимания заставил содержащуюся в них скудную силу ускоренно циркулировать. И это помогло, вот только требовало на восстановление довольно много времени.
Убедившись, что он выполняет классическое в общем-то упражнение правильно, гном добавил в него полученную от Тихона хитрость. Точнее никакая она не хитрость, а штука опытным людям известная. Открытием для него было то, что в сложившейся ситуации она до волшебного эффективна.
Заключалась «хитрость» в парадоксальном в общем-то действии. Одновременно с ускоренной циркуляцией, ментальную энергию требовалось довольно бодро «стравливать» в телесную. И это работало, ведь никакой маны, по сути, нет, и человек не накопитель, он канал.
Ментальное тело, ощутив подобное безобразие, начинало остервенело набирать энергию из окружающей среды.
Имела данная техника и существенный недостаток, а именно, очень быстро накапливающуюся ментальную усталость. Но хрен с ней, с усталостью, какое-то её количество они выдержат, не вчера родились, сейчас куда важнее скорость восстановления.
Не прошло и пяти минут, как Грома открыл глаза. Каждая клетка его тела бурлила энергией, а от недавней вялости не осталось и следа. Увы, но наравне с этим примерно половину свой ментальной бодрости он уже исчерпал.
В том месте, где находилась камера Тихона, вспыхнул яркий свет. Так называемый «Светлячок» осветил добрую половину тюремного зала. Стали видны ряды камер и лежавшие в проходе между ними бессознательные тела стражников.
«Жди меня свобода, я иду к тебе…» - фыркнул про себя гном, после чего поднял с пола часть разомкнувшихся магических колодок.
Смешно, но столь необходимый инструмент для спасения, ему выдали сами хозяева этого места.
Поудобнее взяв тяжёлый металлический прямоугольник, Грома упер его в прут решётки в том месте, где он был вставлен в каменный пол. Применив свой довольно хитрый боевой навык, гном превратил часть колодок в подобие передающего резонатора, которым заставил прут завибрировать с очень высокой частотой.
Сложно сказать, как именно работал данный боевой навык, вероятно кроме вибрации имела место очень точная её фокусировка, но в месте соприкосновения с колодкой, металл прута со звоном лопнул. За первым прутом настала очередь второго, а после пришлось заняться третьим, так как несмотря на годы заключения, мускулистое тело гнома не пожелало растерять свою массивность.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Отложив колодку, узник ухватил прутья в месте слома и не без труда выгнул их внутрь, чем создал в решётке вполне приличный лаз.
- Хе, хе, хе, - оказавшись в коридоре, гном победно отсмеялся, после чего подскочил к ближайшему стражнику и принялся снимать с его талии широкий пояс с мечом и кое-каким снаряжением, вероятно антимагическим.
- Да брось ты его, не этим сейчас надо заниматься, - возмутился наблюдающий за процессом сбора трофеев Тихон.
- Не учи учёного, яблоко мочёное, - без злости огрызнулся Грома и нацепив пояс с мечом на себя, направился ко второму лежащему в коридоре стражнику, у которого забрал не только меч, но и снял с головы шлем.
Приободрившись от полученных трофеев, гном, пытаясь нахлобучить на голову явно маловатую ему защиту, поспешил к камере Тихона.
- Колодку возьми, дубина! – возмутился Глава.
- Спокойнее, меч привычнее, меньше сил уходит, - бегло изучив добротный, судя по фиолетовому отблеску с большим количеством укрепляющих присадок стальной клинок, произнёс гном.
- К стене, - скомандовал он, после чего перехватив явно неудобную для своих больших ладоней рукоять меча двумя руками, применил боевой навык, резко и звонко наискось перерубив одни из прутьев.
Лезвие меча, перерубив цель, не выдержало вложенную в него вибрацию и с жалобным звоном переломилось.
- Жопорукие людишки, никогда не умели с металлом работать... - задумчиво посмотрев на покалеченное оружие, прокомментировал поломку гном, после чего бросил сломанный меч на пол. Следом за мечом отправился отказавшийся налезать на его голову шлем.
Выгнув перерубленный прут и слегка разогнув своими ручищами два крайних, Грома, не дожидаясь пока Глава с трудом протиснется через впритык сделанное отверстие, направился к ведущей из тюремного блока двери.
- Нам не в ту дверь, - извиваясь и браня в сердцах вредного гнома, бросил невольному товарищу Тихон.
- Да знаю я, давай быстрее! – подскочив к двери, огрызнулся Грома.
Изучая препятствие, он начал мрачнеть на глазах.
Глава, протиснувшись наконец между прутьями, подошёл к гному, чем приблизил к двери их главный источник света – парящий над правым плечом старика яркий светлячок.
- Мы попали, а возможно даже пропали, - постукивая по двери костяшкам пальцев, мрачно произнёс гном. – Они что, железо из дерьма перегоняют? – задал он Тихону не требующий ответа вопрос, после чего пояснил:
- Я думал всё куда скромнее, а здесь металлическая плита в два пальца толщиной. Кранты нам в общем.
Стражники, как и охраняемые ими пленники, запирались здесь снаружи. Чтобы открыть дверь, необходимо было отодвинуть крепкий засов с той стороны.
- А если сбить петли? – кивнул Тихон на массивные и конструктивно крайне неудобные для разрушения крепления.
- Мой навык имеет определённые ограничения, короче, дверь слишком массивная. Выломать её тоже не выйдет, она открывается внутрь и очень хорошо подогнана. Ладно, пошли в другую сторону, если уж и возиться с препятствием, то хотя бы с нужным.
Перейдя в другую сторону коридора и прихватив по пути сломанный меч, товарищи принялись довольно безуспешно вскрывать ведущую в основной комплекс дверь.
Грома, поняв, что сходу препятствие не одолеть, принял решение:
- Идём к моей камере, надо выломать один из прутьев. Попробую использовать его как лом и разбить камень у петель. А ты пока сними со стражников перчатки, они понадобятся во время работы. Боги, да мы здесь уже десять минут возимся… - застонал он.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Спокойствие, у нас ещё есть фора, - успокаивая скорее самого себя, нежели собеседника, произнёс Тихон.
Гном на сказанное проворчал:
- Я вполне уверен, что имперцы полезут внутрь не раньше, чем через час, а то и все два. Но вот перекрыть два единственных выхода на поверхность они вполне могут и через двадцать минут.
Справившись с прутом менее чем за минуту и так и не сумев натянуть на свои ручищи снятые со стражника перчатки, гном, приноровившись, собирался уже ударить прутом по стене, как имеющаяся в двери смотровая заслонка с лязгом отворилась.
