class="p1">Возможно, один из них остановился где-то дальше и водитель позвонил в полицию штата.
Фары приближающегося автомобиля были установлены низко и близко друг к другу.
Не похоже на патрульную машину, скорее на спортивную.
Фары то пропадали, то появлялись вновь.
— Остановись, — прошептала она. — Пожалуйста, остановись.
Колин прищурилась, глядя на слепящий свет в зеркале.
Смотреть было больно, но она не отвернулась, даже когда фары взорвались в зеркале последней яркой вспышкой.
После болезненной яркости мягкий свет задних фонарей успокаивал глаза.
Когда загорелись стоп-сигналы, что-то сжалось внутри Колин.
Она наклонилась, чтобы облегчить резь в глазах и увидела, как включились холодные, белые фонари заднего хода.
Её рука дрожала, когда она закрывала окно. Она посмотрела налево.
Кнопка блокировки была опущена. Перевела взгляд на пассажирскую дверь, та тоже была заблокирована.
Машина остановилась в нескольких дюймах от её бампера.
Колин глубоко вдохнула и медленно выдохнула.
Спортивный автомобиль, отлично… маленький и блестящий, с брезентовым откидным верхом.
Водительская дверь распахнулась.
При дыхании из горла Колин вырывались хриплые клокочущие звуки. Во рту пересохло. Чувствовала ли Мэгги себя так в ночь своей смерти? Должно быть, да. Только намного хуже.
Из машины вышел высокий, стройный мужчина. На вид ему было около тридцати, почти ровесник Колин. У него были стильные длинные волосы, на нём расстёгнутая на шее клетчатая рубашка и расклешнные брюки.
Она не видела его худое, тёмное лицо, пока он не наклонился и не улыбнулся ей. Она нервно улыбнулась в ответ. Незнакомец сделал поднятой рукой вращательное движение.
Колин кивнула. Она опустила окно на полдюйма.
— Что случилось? — спросил он, прямо в щель.
От него сильно пахло алкоголем.
— Э-э… Я не уверена.
— Что-то с вашей машиной? Она сломалась?
Его дыхание заполнило её ноздри. Она схватилась за дверную ручку и сказала себе: Закрой окно… закрой немедленно, потому что он под хмельком… — и увидела избитое мёртвое лицо своей сестры.
— Вы в порядке? — спросил мужчина.
Она потёрла лицо.
— Похоже, у меня закружилась голова.
— Вам нужно опустить окно, подышать свежим воздухом.
— Нет, спасибо.
— Свежий воздух пойдёт вам на пользу.
— Я в порядке.
— Как скажете. Что с вашей машиной?
— Она перегрелась.
— Что?
— Перегрелась, — сказала она в щель. — Во время движения на приборной панели загорелась красная лампочка, а затем двигатель начал ужасно шуметь и я остановилась.
— Лучше я взгляну.
Он подошёл к передней части автомобиля и прикоснулся рукой к капоту так, как прикасаются к чему-то горячему. Затем его руки скользнули под крышку капота, но открыть его он не смог. Наконец, он присел, нащупал защёлку и открыл капот.
Он провёл под капотом всего несколько мгновений, прежде, чем вернуться к окну Колин.
— У вас проблема, — сказал он.
— Что случилось?
— Что? Я вас почти не слышу. Откройте окно.
— Открыть окно?
— Конечно.
— Это вряд ли.
— Эй, я не кусаюсь, — сказал он, ухмыляясь и качая головой.
Колин улыбнулась в ответ.
— Вы уверены?
— Я кусаюсь только в полнолуние. А сегодня половина луны.
— Серп, — поправила она.
Мужчина рассмеялся и сказал:
— Тем более.
Колин открыла окно и глубоко вдохнула. Ветерок доносил свежий влажный запах кукурузных полей. Вдалеке прогрохотал поезд.
Где-то петух возвестил рассвет на три часа раньше.
Прекрасная ночь, — подумала она. На мгновение ей стало интересно, думает ли незнакомец о мирных звуках и запахах. Она посмотрела на него.
— Что случилось с моей машиной?
— Ремень вентилятора.
— Ремень вентилятора? Что это означает?
Он придвинул своё лицо ближе к ней.
— Это означает, юная леди, что вы правильно сделали, когда остановились.
— Почему? — спросила она, отворачиваясь от запаха перегара.
— Без ремня вентилятора далеко не уедешь, двигателю будет капут.
— Это так серьёзно?
— Да, так серьёзно.
— Что с ним случилось?
— Лопнул, наверное. С ними такое иногда случается. Я на всякий случай меняю свой каждые два года.
— Надо бы и мне так делать.
— Я рад, что вы этого не сделали, — сказал он и улыбнулся очаровательной, мальчишеской улыбкой, которая испугала Колин. — Мне не каждый вечер, — продолжил он, — везёт столкнуться с девицей, находящейся в бедственном положении. Особенно с такой хорошенькой, как вы.
Она вытерла потные руки о юбку.
— Вы можете его отремонтировать?
— Автомобиль? Исключено. Разве что у вас есть запасной ремень вентилятора.
— И что мне делать?
— Позвольте подвезти вас до ближайшей станции техобслуживания. Или туда, куда вы захотите. Куда вас отвезти?
— Не думаю, что стоит соглашаться.
— Вам нельзя здесь оставаться.
— Ну…
— Глупо оставаться здесь такой красивой женщине. Не хочу вас пугать, но на этом участке дороги было несколько нападений.
— Я знаю, — сказала она.
— Не говоря уже об убийствах. И мужчин, и женщин.
— Вы меня напугали, — она нервно улыбнулась. — Я поеду с вами.
— Приятно это слышать.
Он протянул руку внутрь, разблокировал дверь и открыл её для неё. Она выбралась из машины. Дверь закрылась с глухим стуком, прозвучавшим как окончательный аккорд.
— Вы живёте далеко отсюда? — спросил он, взяв Колин за локоть холодными, крепкими пальцами и ведя её к своей машине.
— Милях в тридцати, наверное.
— Так близко? Позвольте мне отвезти вас домой.
— Это было бы очень хорошо. Но я не хочу причинять вам хлопоты. Возможно, до ближайшей заправки…
— Никаких проблем. Тридцать миль — это пустяк, — он остановился. Его пальцы сжались вокруг её руки. — Думаю, я готов отвезти такую женщину, как вы, куда угодно.
Она увидела, как он улыбнулся и поняла, что происходит.
— Отпустите меня, — сказала она, стараясь говорить спокойно.
Но он не отпустил. Он дёрнул её за руку.
— Пожалуйста!
Он прижался своими губами к её губам.
Колин закрыла глаза. Она снова начала вспоминать… телефон, который разбудил её, долгий путь до кухни, грубый извиняющийся голос полицейского.
— Боюсь, на вашу сестру совершено нападение.
— Неужели она?….
— Она нас покинула.
Покинула. Забавная формулировка для полицейского.
Она прикусила губу незнакомца. Врезала лбом по носу. Затем ударила костяшками пальцев по горлу и почувствовала, как сдавливается трахея.
Потом побежала к своей машине.
Когда Колин через некоторое время вернулась к мужчине, он неподвижно лежал на дороге.
Став на колени рядом с ним, она подняла его руку и поискала пульс.
Его не было.
Она уронила руку, встала и тяжело вздохнула. Ветерок, дующий с кукурузных полей, доносил свежий и сладкий запах. Такой мирный.
И всё же в этом аромате было что-то немного грустное, как будто кукурузные поля тоже скучали по Мэгги.
Колин подавила рыдание. Она взглянула на светящийся циферблат своих наручных часов.
Затем она согнулась под капотом с гаечным ключом и ремнём вентилятора и приступила к работе.
Она проделала её
