Рита обиженно дует губы, и я смягчаюсь. В конце концов она же не виновата в том, что я так разнервничалась. В этом никто не виноват, кроме меня самой.
- Прости, что накричала, - вздыхаю. – Говори.
- Сонь, я вот чё подумала. Может ты расскажешь Амиру о том, что Сашка операцию перенесла?
- Что?! С ума сошла, Рит? Нет, ни за что, - мотаю головой.
- Ну почему нет-то? – удивляется подруга. – Ты влезла в кредит, сама тянешь Сашку. А она, между прочим, и его дочь тоже.
- Она только моя дочь, Рит. Только моя. И давай, пожалуйста, закроем эту тему.
Следующий час я никак не могу избавиться от неприятного ощущения, что моя спокойная устоявшаяся жизнь сейчас перевернулась вверх дном. Я ведь давно его забыла. И разлюбила давно. И даже на отношения с мужчиной наконец решилась. Миша он… добрый и к Сашке хорошо относится, а все мои родственники вообще от него без ума.
Выхожу из кабинета и направляюсь в уборную, где долго-долго умываю лицо, чтобы прийти в себя. Может лучше уволиться? Я больше не смогу спокойно ходить по коридорам, зная, что Амир где-то здесь. Хотя, возможно, он и сам меня уволит, когда увидит. Зачем ему лишние проблемы в офисе?
Трясу головой и понимаю, что это увольняться самостоятельно это, по меньшей мере, глупо. Я больше не найду работу по специальности с достойной заработной платой. Кому я сделаю лучше своим увольнением? Себе? Дочери? Вряд ли.
Возвращаюсь в кабинет будучи почти спокойной. Сажусь за рабочий стол, но не успеваю открыть крышку ноутбука, как в кабинет забегает личная помощница Алексея Петровича, нашего бывшего начальника и сообщает о срочных сборах в конференц-зале.
Как назло, все самые дальние места заняты, поэтому нам с Ритой приходится сесть на первых рядах. От переживаний кусаю губы и осматриваюсь по сторонам. Коллеги шушукаются и обсуждают сложившуюся ситуацию. Все боятся, потому что перемены — это не всегда хорошо. Никто из присутствующих не хочет лишиться теплого местечка, но кто знает на что способен новый начальник?
Когда Амир Сабитов вместе с Алексеем Петровичем заходят в зал, голоса утихают.
- Всем доброго дня, - откашливается бывший босс. – Все вы давно знаете, что «Строй-Инвест» теперь переходит в руки нового владельца. Амир Рустамович имеет большой опыт в области строительства…
Сабитов выглядит спокойным и даже невозмутимым несмотря на то, что его рассматривают несколько десятков пар глаз. И как ему это удается? Расслабленные движения и немного ироничный взгляд. По залу проходятся кокетливые смешки и шушуканье. Наверняка Амир заинтересовал добрую половину наших женщин. Впрочем, ничего нового. Так было всегда, где бы он не появлялся. Амир обладал какой-то особенной энергетикой, притягивая к себе и маня. А сейчас, когда возраст только прибавил ему брутальности и мужественности и подавно.
Алексей Петрович передает слово новому руководителю. Все замирают и даже я. Сабитов говорит твёрдым и уверенным голосом и его хочется слушать и слушать, а когда он сообщает о том, что никакой кадровой перестановки не планируется, все с облегчением выдыхают и тоже расслабляются. Кроме меня.
Его взгляд проходится по присутствующим и останавливается на мне. Бровь изумленно выгибается, лёгкая усмешка озаряет лицо. Не ожидал меня здесь увидеть?
Я посильнее вжимаюсь в сиденье, не зная куда деть от переживаний взмокшие ладони. Кладу их себе на колени, вытирая влагу о плотную материю юбки.
Судя по тому, что коллеги начинают подниматься со своих мест, собрание закончилось. Ритка тянет меня за руку, помогая подняться со стула. Мне бы только незаметно влиться в толпу и поскорее отсюда уйти, но меня окрикивает знакомый низкий голос и тело словно парализует.
- Соня, останься, пожалуйста, - произносит Амир мне в спину.
Глава 3.
***
- Соня, останься, пожалуйста, - произносит Амир мне в спину.
Подруга ободряюще сжимает мою руку и слабо улыбается в знак поддержки. Бывшее начальство и коллеги оперативно покидают конференц-зал, оставляя меня и Амира наедине. Моё знакомство с новым боссом не остается незамеченным для местных кумушек, которые только рады перемыть кости.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Помещение просторное, но мне почему-то сложно дышать, будто в легкие вонзили сотни иголок. Я чувствую тяжелый взгляд Сабитова на своем теле, отчего по коже проходятся мурашки. Поворачиваюсь к нему лицом и слегка киваю в знак приветствия.
- Вы что-то хотели, Амир Рустамович? – выдавливаю из себя.
Он вновь удивленно выгибает бровь и складывает руки на груди. Белоснежная рубашка буквально трещит по швам в области бицепсов. Раньше Амир тоже был сильным, но сейчас просто огромен, особенно в сравнении со мной.
- Так официально, Сонь? – прищуривается, вглядываясь в моё лицо.
- Мы на рабочем месте, а Вы мой новый начальник, - пожимаю плечами.
Амир молчит, продолжая иронично усмехаться при этом. Медленно рассматривает моё лицо: скользит по глазам, губам и шее, а затем опускается ниже и сканирует каждый сантиметр моего тела, вгоняя меня в краску. Я изменилась? Возможно. До рождения дочери моя фигура была больше похожа на фигуру подростка: худощавая, бесформенная, тонкая, сейчас же приобрела более женственные очертания и формы.
- Не ожидал тебя увидеть в «Строй-Инвест», - наконец произносит. – Расскажи мне, как ты?
- Я работаю здесь три года, - в горле становится сухо, словно в пустыне.
Когда Амир уехал в Москву, я думала, что больше мы никогда не увидимся и это было бы просто замечательно.
Беременность после выпускного оказалась для меня настоящим шоком. Мы предохранялись, но похоже что-то пошло не так и нас подвела защита. Будучи на испытательном сроке в строительной фирме, куда меня взяли сразу же после окончания университета, я увидела на тесте две полоски и… растерялась. Не говорила никому, даже родным. Первым делом позвонила Амиру, но его телефон оказался недоступен. Вспомнила, что мобильный утонул, когда мы купались в реке, а проводить его в столицу я так и не решилась и, соответственно, не узнала новый номер. Его почтовый ящик тоже не отвечал. Сабитов никогда заводил соцсетей и не изменял своим привычкам долгие годы. Я недавно проверила… руки бы мне оторвать за это.
Единственной связывающей ниточкой с Амиром оказалась его мать. Белла Львовна встретила меня на пороге квартиры настороженно, но всё же впустила внутрь и угостила чаем. Ей первой я рассказала о том в каком положении оказалась и попросила передать эту новость Амиру. Белла Львовна тоже была ошарашена, но заверила меня в том, что обязательно расскажет сыну и попросила прийти через несколько дней.
Ночи бессонного ожидания тянулись нарочно медленно. За это время я успела перебрать несколько десятков вариантов ответов от Сабитова. О том, что он заберет меня к себе в Москву и осознает, что я больше, чем друг для него, с опаской, но мечтала… Я же помню, как он смотрел на меня в ту ночь. Жадно смотрел, с вожделением, как на женщину.
Но через несколько дней Белла Львовна лишь протянула пухлый конверт, набитый деньгами, и сообщила о том, что Амир женится и мой ребёнок ему не нужен. С деньгами я могу делать что угодно, хоть отправиться на аборт, если срок позволяет…
Его грязные бумажки я так и не взяла. Потом сожалела о своей гордости, когда попала на сохранение и была вынуждена просить финансы у родителей, но со временем поняла, что так даже лучше. О своем выборе: убить или родить, я ни разу не пожалела.
- Нравится работать здесь? – спрашивает Амир как ни в чем не бывало.
- Да, я всем довольна.
Кроме того, что теперь ты являешься моим боссом…Этого, конечно же, вслух не произношу.
- Я ненадолго к вам, - внезапно говорит Амир. – Найду достойного управленца, поставлю во главе «Строй-Инвест» и опять в Москву.
Значит, Сабитов на короткий срок сюда. Наверное, в столице ждет семья. Жена и дети…
Он выкупил компанию, но заниматься ею самостоятельно не планирует. Мне бы потерпеть присутствие Амира несколько недель (месяцев? лет?). Надеюсь, что всё же недель, зато потом смогу задышать полной грудью.
