В дверь постучали. Настойчиво и целеустремленно.
— Сейчас, — произнесла, откидывая одеяло и поднимаясь. — Кто там?
— Александра, у нас сегодня насыщенный день, так что поторопитесь, — недовольный женский голос поверг в ужас.
Я видела её всего лишь раз, она была человеком, но обладала поистине волчьей хваткой. Она приводила в надлежащий вид всех любовниц Михаила, которых я видела за эти полгода. И надо сказать, результат всегда был потрясающим. Страшно подумать, что она приготовила мне.
Не открывая дверь, быстро натянула простое серое платье, завязала волосы в хвост и обула балетки. Раз уж мне предстоит чудесное преображение, то не буду тратить слишком много сил.
Открыла дверь и попала под неодобрительный взгляд.
— Идёмте, Александра, — сквозь зубы произнесла женщина. — Время не терпит.
Мы быстро спустились вниз, где я накинула старое пальто и поменяла балетки на сапоги. Женщина неодобрительно посмотрела на меня, скривилась, но никак не прокомментировала. И хорошо, мне и так было стыдно, что я больше похожа на оборванку, чем на нормального человека. Конечно, в моей жизни бывало всякое, но сейчас я чувствовала себя на самом дне жизни, хоть и знала, что ещё есть куда падать. Просто бывают такие моменты, когда страшно за своё будущее больше, чем за внешний вид и прочее. А сейчас я вдруг начала бояться. Что если вдруг Андрей не согласится, если я не справлюсь, если произойдет ещё тысяча «если». Тогда у меня останется только один шанс — попытаться просто сбежать, потому что Михаил не станет давать мне второго шанса, и жизнь, боюсь, закончится в лапах какого-нибудь похотливого оборотня, которому плевать, что я испытываю.
Прямо у дверей стояла машина. Ночью прошёл снег, он поскрипывал под ногами, как в детстве, когда я пошла к большому белому джипу.
— Называй меня «Наталья Григорьевна», — вдруг обратилась ко мне женщина. — И садись, день предстоит тяжелый.
Больше она мне ничего не говорила. Может, это и к лучшему, потому что день действительно обещал быть сумасшедшим.
Машина неслась, разбивают сугробы, лавируя на невероятной скорости, всё для того, чтобы привезти меня к самому дорогому в городе салону красоты. Что-то такое я подозревала, но была совершенно не готова, что вся команда работников примется за меня. Первым делом меня утащили на депиляцию, и это был самый страшный часа в моей жизни, я просто поверить не могла, что такое бывает. Было стыдно, потому что избавляли от волос по всему телу, абсолютно во всех местах, даже в таких, которые я не собиралась показывать никому. Тем более какому-то там оборотню! Но моего мнения никто не спрашивал, поэтому я молчала, стиснув зубы и терпела. После этого пришло время головы, и мастера что-то химичили с моими волосами. Я сидела в кресле, зажмурившись и пытаясь думать о том, что любые изменения к лучшему. Хуже меня никто не сделает, а то, что внешность определённо поменяется, может, оно и к лучшему. Приведёт к чему-то хорошему.
— Маникюр и педикюр, — голос Натальи Григорьевны временами врывался в моё сознание.
Её приказ был выполнен тут же. И теперь я ощущала себя совершенно непонятно, руки и ноги в стороны, голова откинута, будто я предмет какого-то эксперимента.
Время тянулось медленно, хотелось есть и спать, но я молчала, лишь временами ойкая, когда кто-то из мастеров делал больно.
А потом все замерли, кто восхищённо произнёс:
— Какая красота!
— Обычная девушка, — не согласилась Наталья. — Всё. Поднимайся, — это уже был приказ мне.
Я даже не успела посмотреть в зеркало, чтобы понять, кого из меня сотворили. Быстро накинула пальто, побежала к выходу, успев заметить, что мне, кажется, поменяли цвет волос. Напряжение в машине нарастало, я буквально чувствовала, как воздух стал тягучим, время бежало всё быстрее и быстрее. Когда мы приехали к торговому центру, я чуть не взвыла. А всё потому, что первым делом Наталья потянула меня в отдел нижнего белья.
— Ну, зачем? — не выдержала я.
Глава 2.2
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Михаил Львович сказал подготовить тебя по всем пунктам, — отрезала она. — Ещё не хватало, чтобы он был разочарован.
Понятно, она считает, что делает ему очередную любовницу. Что ж не буду протестовать. Но выбирать нижнее белье… Нет уж, увольте!
В царстве кружев я потерялась. Так и замерла посреди зала, не в силах пошевелиться. Наталья Григорьевна времени не теряла. Она пошла напрямую к консультантам, и вместе с бойкой девушкой быстро выбрала то, что было нужно, мне оставалось только ужасаться количеству ткани на новых предметах моего гардероба. Ну как могут трусики состоять из двух ленточек и бантика? Не могут! А кружевное боди? Зачем оно мне? Через него будет просвечиваться всё-всё: и соски, и гладко выбритый теперь треугольник между ног!
Но я молчала, не осмеливаясь спорить.
Молчала, когда она выбирала чулки, целый ворох трусиков, бюстгальтеры, ночные сорочки и кружевные халатики. Конечно, мне хотелось закричать, что я это ни за что не надену, потому что не собираюсь спать с оборотнем. Но я молчала, помня, что от этого зависит моя жизнь.
Надо было бы позвонить отцу и спросить, за что он так со мной. Мог бы прямо сказать, что не собирается выкупать, но почему-то молчал. Неужели считал меня такой недостойной? Недостойной его объяснений. Или он просто боялся, что я выскажу ему всё, что думаю, боялся посмотреть в мои глаза и увидеть там осуждение, ненависть? Нет, все чувства уже давно прошли, осталось только непонимание, с которым я никак не могла справиться. Да и как заглушить эту боль от предательства близкого человека, когда ты не знаешь, почему он так с тобой поступил.
— Идём! — Наталья Григорьевна появилась рядом со мной с кучей пакетов. — У нас ещё много дел.
Я хотела сказать ей, что этого будет достаточно, но молчала, потому что впереди оставалось самое сложное. Хотя и нижнее белье уже стало для меня недосягаемой вершиной унижения.
Оборотень, который привез нас сюда, забрал у неё пакеты, и мы пошли дальше. На меня оборачивались мужчины, и это было неприятно, потому что они пожирали меня взглядами, раздевали. Непривычное ощущение довило, но я никак не могла остановиться и посмотреть, как же сейчас выгляжу. Зеркальные витрины как назло отражали всё, что угодно, но только не меня, будто я была каким-то невидимым существом. Конечно, это был обман зрения, но я всё равно чувствовала себя очень странно.
Остановились у стеклянных дверей бутика, и меня начала колотить нервная дрожь. Давным-давно, в той старой жизни, когда я ещё не думала, что всё так обернётся, я бывала здесь несколько раз. Но даже с баснословными заработками моего отца цены всё равно казались невероятными. Платье с шестизначным ценником было здесь простым обыденным делом.
— Не тормози, — Наталья Григорьевна холодно на меня посмотрела. — Здесь мы купим тебе платье. Останутся ещё верхняя одежда и что-то для дома.
Платья. Как давно и не носила красивых платьев.
Двери перед нами открылись, их распахнули улыбающиеся продавцы. А может, эти девочки не были продавцами, может, это входило в их обязанности. К нам подошла ещё одна девушка, улыбающийся консультант в чёрно-белой форме с бейджем, на котором было написано её имя — «Алина».
— Здравствуйте, рада приветствовать вас в нашем салоне. Чем могу помочь?
— Полный гардероб, — бросила Наталья Григорьевна.
Девушка засветилась, окинула меня профессиональным взглядом и произнесла:
— Я знаю, что ей подойдёт. Прошу пойти в примерочную.
Когда я оказалась за серой шторкой, меня опять начала колотить дрожь. Наверное страх, который я испытывала где-то глубоко в душе, задушенный, спрятанный, всё просился наружу. Но я должна была улыбаться и соглашаться. И продержаться всего неделю, чтобы потом начать жить с нуля.
— Примерьте.
Первым было красивое платье серо-жемчужного цвета, легкая и воздушная ткань струилась между пальцев и казалась невесомой, словно паутинка. Поискала застежку, но не нашла, натянула его через голову, обернулась к зеркалу и замерла.
