подобно младенцу. Низкорослый мужчина, в пестром котарди и с множеством драгоценных камней
на толстой шеи, дернулся. Каил напугал его.
-Ради Бога, уйдите. – Советник во всех своих пестрых костюмах,
камнях и пудре выглядел жалко, но это никогда не мешало его самолюбию. Он знал, что над ним
смеются, но от этого по-другому одеваться не стал. Мужчина на голове, которого блестела
залысины, удалился из тронного зала, оставляя позади себя сладкий аромат розового масла и
мускатной наливки.
Как только тронный зал опустел окончательно, Каил уселся на трон, широко расставив жилистые
ноги, обтянутые черными штанами и высокими, практически доходящими до колен, черными
сапогами. Мужчина нащупал у себя на груди амулет с зеленом топазом, не позволявший ему зачать
ребенка. Каил носил его для того, чтобы не обрюхатить какую-нибудь девицу, которые так и
вешались на него. Деньги, власть и сила всегда манили женщин. А Каил владел всеми
вышеперечисленными качествами, да, к тому же был весьма не дурн собой. Он высок,
широкоплеч, с явным рельефом мышц, а в его бездонно-черных глазах и вовсе можно утонуть.
Темные волосы мужчины, немного вившиеся на концах, ниспадали ниже мочек ушей, а тонкие
мужественные и блеклые губы часто растягивались в улыбке. Да, и одевался Каил под стать своему
положению. Сейчас на нем были одеты черные брюки, которые подчеркивали мощь его
спортивных ног, бежевый дублет, на воротнике и рукавах которого виднелись узоры, вышитые
золотыми нитями, а меч на перевязи добавлял ему мужества. Но Каил не спешил принимать
предложения юных леди, он не хотел, чтобы дитя было рождено не по любви. Он не хотел явить на
свет очередного несчастного бастарда. При этом мужчина прекрасно понимал, что он нуждается в
наследнике, точнее не он, а империи, народ нуждается в правители, который займет трон после его
смерти. Каил знал, что время поджимает, но все же ждал и надеялся, что сердце его когда-нибудь
растает и откроет двери для очаровательного создания, на тот момент он даже не подозревал, что
любовь его ходит совсем рядом.
«Большое видеться на расстоянии». ©
Глава 3. «Благо народа - высший закон».
Сразу после разговора с генералом Каил сделал то, что запланировал, а именно принес
соболезнования всем кто потерял своих близких в утрешнем бою. Некоторые благодарили его за то,
что лорд оказал им честь и сказал пару добрых слов в такое сложное время для их семьи, не которые
же просто кивали вслед его словам, но были и такие кто не желал слушать пустых речей. Довольно
многие просто не верили честным глазам и добрым словам Каила. Сказания о жестокости его семьи
бежали впереди мужчины. Но подозрительность и неверие не останавливало людей, наглецов
не выказывающих нужного уважения своему лорду становилось больше с каждым днем. Сегодня
мужчина, выслушивая мерзости в свой адрес, принял решении, что более не позволит не уважения в
к себе, иначе империя начнет разваливаться прямо у него на глазах. Не оценили люди его добра,
не поняли они его благих намерений, в который раз подтвердилась фраза: благими намерениями
вымощена дорога в ад. Каил встряхнул головой, отгоняя безобразные мысли. «Да, что это со мной?
Неужели я сейчас действительно рассматривал возможность стать тираном? Неужели деспотизм у
меня в крови? Нет, я этого не допущу! Я буду бороться с этой поганой наследственностью до
последнего вздоха, я не за какие хавришки не стану человеком, который несет лишь зло и
жестокость». - Молча, рассуждал Каил, идя по людной Торговой улице. Погибших людей уже увезли
с улиц, погрузив на грубые, слегка обведшие колесницы. На площади около замка суетились люди,
кто-то готовил погребальные костры, кто-то сокрушался от горя, припадая к земле. Каил попытался
не думать о разлагающихся телах, которые скоро придадут огню, о их безутешных родных, но у него
не вышло. Не унимающийся звон колокола не давал забыть о случившимся не на миг.
Когда Каил был ребенком, он удивлялся тому, как его отцу удавалось держать всех в кулаке
настолько крепко, что он за время его правительства не увидел ни одного бунтовщика. Но как
только Каилу исполнилось четырнадцать лет, ему рассказали, что дом Уолшев
владеет довольно сильной магией, а точнее сказать самой мощной магией, что когда бы то ни было,
текла в венах людей. Каил тогда не понимал, почему ему ни кто не рассказал об этом
раньше, ведь значит, что он тоже волшебник. Но тогда почему он никогда в себе не замечал силы
даже самой малой? Сначала он себя успокаивал, тем что, наверное, так и должно быть, что сила
проявиться позже, когда он будет готов. Но после таких рассуждений возникали все новые вопросы:
почему тогда всех остальных магов начинают учить с пяти лет? Что я хуже других или я настолько
глуп, что меня просто нет смысла учить? А меня вообще будут учить? Или таких сильных магов не
учат, такие как я должны постигать все тайны и проходить через все испытания дара самостоятельно?
И подобных вопросов было много. У Каила даже голова пухла от утомительных размышлений, и
тогда он решил, что все, хватит. Прейдет время и на все вопросы появятся ответы. И Каил оказался
прав, но был этому не особо рад. Ведь оказалось, что Каил не имеет магических способностей совсем
даже дара интуиции. ( прим. автора: интуиции тоже является проявлением дара, несмотря на то, что
есть почти у каждого второго). Каил не мог в это поверить. «Как это так?» - Не раз задавался
вопросом парень. Все его предки владели самыми разнообразными формами магии, и бывали даже
такие, кто владел всеми силами природы, а у него совсем не каких способностей? «Да, нет, такого
просто не может быть, это наверняка какая-то ошибка, просто мое тело не готово к такому
могуществу, другого объяснения просто не может быть, или?» Но задать свои вопросы парню было
не кому, отец был всегда занят, да, и Каил не горел желанием общаться с ним. Они вообще
разговаривали с отцом лишь тогда, когда тот, влив в себя пару штофов вина, загорался желанием дать
сыну пару уроков, которые всегда сопровождались рукоприкладством. А советников отца Каил либо
боялся, либо считал глупцами. Однажды на одном из своих уроков сыну, лорд Рауль сказал, что
