"Счастлив тот, кто сшил себе в Гамбурге штанишки", – писал Гоголь.
Мы еще будем шить себе штаны и в Гамбурге и в Берлине. Но, немцы! – по справедливой оценке, а не на основании унизительного торгового договора, который вы навязали нам в момент нашей слабости и в расцвете вашей самовлюбленности и самоопьянения.
Тэффи
Германия[2]
Обзор географический
Германия есть нечто вроде государства, граничащего на севере с Балтийским и Северным морем, а на западе, юге и востоке – Союзными армиями.
Устройство поверхности
Поверхность Германии устроена очень странно, а именно: она чем ниже, тем выше. На юге поверхность ее выше, чем на севере. И оттого, что она чем ниже, тем выше, она, следовательно, чем выше, тем ниже. Это географическое недоразумение, само собою разумеется, отражается, на всей жизни страны и на характере ее обитателей, вызывая в последних сильную уравновешенность. Чем ниже, тем выше, чем выше, тем ниже. Таково устройство поверхности Германской Империи.
Почва Германии разделяется на
1) неплодоносную,
2) неплодородную и
3) малопригодную.
Неплодоносная часть Германии покрыта торфяными болотами.
Неплодородная – мелкими камнями.
Малопригодная – песком и глиной.
Климат
Климат Германии по свидетельству науки (география Смирнова) обладает следующими еще непревзойденными качествами: около моря он морской, а чем глубже в континент, тем он становится все континентальнее и континентальнее, пока не сделается окончательно континентальным, – а именно около юго-восточной границы государства.
Летом (по свидетельству той же науки) бывает в Германии значительно теплее, чем зимой, зимой же значительно холоднее, чем летом.
Летом перепадают дожди, зимой бывают морозы.
На юг немцы ездить не могут, потому что юга у них нет. Куда ни двинься – климат одинаковый, потому что, как мы уже упоминали, Германия – чем выше, тем ниже, и чем ниже, тем выше.
Реки и каналы
По Германии протекает много рек, но самым обидным для Германии образом – не целиком, а только кусочками.
Таким образом немцы, любящие воспевать свои реки в стихах и песнях, вечно стеснены в своих поэтических порывах. Ибо неудобно петь:
«О, как ты прекрасен, Рейн в конце своего течения».
или:
«Люблю тебя Дунай до Австрийской границы».
Воспевать же реку целиком значило бы безвозмездно работать в пользу соседей, что совершенно с укладом немецкой души, даже самой поэтической, не согласуется.
Это качество немецких рек, повторяю, тяжелая страница немецкой жизни.
В утешение себе немцы соединили свои неудачные реки каналами.
Народонаселение
Слово «Германия» состоит из двух слов.
Из слова «гер», что значит «господин» и слова «мания» – что значит "мания".
Итого: слово Германия значит «господомания». Иначе говоря – хочу быть барином.
Название это указует на истинное желание немцев попасть в господа, а также на то, что господами они никогда не были – иначе, получив желаемое, утратили бы стремление и название получили бы другое.
Коренные жители Германии, так называемые немцы, или германцы (испорченное германьяки) отличаются настойчивостью, терпением и трудолюбием.
Занимаются германьяки преимущественно торговлей и промышленностью.
Тяжелы были первые шаги их на этой почве. Старинная русская песня говорит об этом в коротких, но тем не менее за душу хватающих словах:
"Немец, перец, колбаса,Купил лошадь без хвоста".
Здесь все, в этой маленькой песенке: несложные запросы немецкой натуры – перец и колбаса. Колбаса – сущность, перец – красота жизни и вдохновение; и затем деятельность – купил лошадь без хвоста.
Но вот в последних словах – загадка: почему он купил лошадь без хвоста? По глупости или по скупости.
Разрешить загадку – дело истории.
Но трудно отделаться от тихой лирической печали, навеваемой этой песнью о немце.
По натуре своей немцы спокойны и прозаичны. Одно есть у них увлечение, тайное, глубокое, могущественное, но они скрывают его всеми силами души и никогда в нем не признаются.
Они влюблены в французов.
Если вы скажете немке, что она похожа на француженку – она покраснеет и заикает от радости.
Каждый немец с наслаждением говорит «пардонг», " салонг" и прочие неудающиеся ему слова.
Любовь к французам глубоко несчастная любовь. Безнадежная. Французы немцев терпеть не могут. Органически.
И речь французская в немецкий рот не укладывается. Если немец говорит по-немецки, он может, если пожелает, выдать себя за шведа, англичанина, русского. Но когда немец заговорит по-французски – он открыт бесповоротно.
Особенно усиленной германизации предаются народные учителя в немецкой Польше.
Отсюда и пошел радостный возглас, обратившийся в поговорку:
– Эге! Шпрехен зи дейч, Иван Андреич!
Кроме коренных германьяков в Германии живут еще французы и поляки – и по свидетельству науки (география Смирнова) "подвергаются систематической германизации".
"Германизация" – слово не русское и в переводе означает приблизительно "драть как Сидорову козу".
Особенно усиленной германизации предаются народные учителя в немецкой Польше.
Германизированные ими дети часто оставались калеками на всю жизнь или умирали преждевременно.
Промышленность
За последние годы Германия сделала большие успехи в области промышленности.
Настроили множество фабрик, наоткрывали огромные магазины, а немецкие ученые написали толстые книги об этих фабриках и магазинах.
…немецкие ученые написали толстые книги об их фабриках и магазинах.
Так о знаменитом берлинском магазине Вертгейма не только написано в большом ученом исследовании о том, сколько он ежегодно продает юбок из гнилого сукна, но также и подробно исследованы были продавщицы этого магазина с точным обозначением сколько именно каждая девица должна ежемесячно приработать ночными прогулками по Фридрихштрассе.
Девицы, завертывающие товары, должны быть очень молоды и очень красивы.
Девицу переводят в отдел блузок.
Дело поставлено с чисто научной сухостью. Все обдумано и взвешено. Девицы, завертывающие товары, должны быть очень молоды и очень красивы, – так как труд их особой опытности не требует, польза, приносимая магазину, не велика, и поэтому магазин оплачивает только одну четверть насущных потребностей; три остальные четверти они зарабатывают на Фридрихштрассе.
…Затем в отдел шляп.
Когда девица делается старше и опытнее, ее переводят в чулочное отделение. Тут ей разрешается даже слегка подурнеть, потому что польза, приносимая ею магазину, ценится значительно выше, чем у оберточной девицы – и Вертгейм оплачивает целую треть ее земного существования. Ей остается раздобыть на Фридрихштрассе только две трети.
Но вот пройдет еще несколько лет, приобретается еще больший опыт, и девицу переводят в отдел блузок.
Затем в отдел шляп.
…Затем в отдел готового платья.
Затем в отдел готового платья, где она уже имеет полное право совсем подурнеть и состариться, потому что приработать ей приходится сущие пустяки, на какой-нибудь воскресный шмандкухен или пару перчаток.
Все высчитано, взвешено, исчислено и записано.
Само собою разумеется, дело, столь правильно, толково и серьезно поставленное, должно давать прекрасные результаты.
А так как подобная толковость и серьезность являются принципом всех немецких дел и предприятий, то само собою разумеется, что Германия богатеет, развивается и преуспевает.
Свиньи
Германия в большом количестве производит свиней. Почти все население Германии предается производству свиней.
Свинья.
За последние годы свинство Германии достигло размеров, не поддающихся никакой статистике.
Как некогда Генрих Четвертый мечтал о курице в миске каждого крестьянина, так Вильгельм Второй мечтает о том, как бы хорошо было каждому подложить свинью. И подкладывает. Разводит и подкладывает.
Леса
Лесов в Германии не очень много, но содержат их немцы очень тщательно, ибо при помощи свежесрезанных ветвей воспитывают свое молодое поколение.
Для людей более зрелого возраста, уже не требующих к себе особо нежных, так сказать материнских отношений – как, например, в казармах и военных судах – розги без лишней сентиментальности заменены кошками-девятихвостками. Это охраняет леса от излишней порубки и поддерживает в воинах бодрость духа и мужество. И эта разумная экономия идет тоже на пользу стране, порождая тихую зависть в более расточительных и не столь благо устроенных государствах.
