женщины… Дескать, я была против но он настоял, что мне оставалось делать? Нет, достаточно было лёгкого нажима с его стороны и она сдалась… Да зачем себя обманывать? Она сама в тайне ждала этого и даже надеялась! Вот и получила что хотела. Кого винить? Гюнтера, намерения которого были ясны как день? Или себя, когда не сумела найти в себе стойкости и оттолкнуть его? Нет, винить некого. Всё произошло так как должно было произойти. Да, мезальянс налицо, но была бы она довольна если бы Гюнтер в ту ночь вёл себя более сдержанно? Хороший вопрос… И Мария не уверена что ответ был бы положительный.
Да, уроки хороших манер она ему определённо преподаст, надо его поднимать вверх в этом смысле, чтобы Гюнтер не попал впросак при общении с её кругом аристократов. Что же касается того где именно проводить такие уроки, в её спальне или где-то в другом месте… Это Мария решит позднее. Хотя… мысль хорошая, там им точно будет удобно… в плане учёбы, естественно.
Стук в дверь прервал её размышления.
— Войдите!
Дверь кабинета тихо открылась и в него вошёл её верный управляющий Ральф, который служил ещё матери баронессы.
— Ваша милость, к вам пришёл некий господин. Он назвался Гансом. Говорит, вы его ждали.
— Да, Ральф, так и есть… — кивнула головой баронесса. — Проводи его сюда, пожалуйста.
— Хорошо, Ваша милость! — ответил мужчина и вышел, так же тихо притворив дверь.
В который раз Мария мысленно поблагодарила судьбу за то что у неё есть Ральф. Высокий, поджарый, с умными глазами и невозмутимым лицом, поседевший и благообразный. Ему было уже почти пятьдесят, он прошёл путь в доме Мантойфелей от обычного слуги до управляющего, облачённого её полным доверием. По сути, всё поместье держалось в порядке именно благодаря Ральфу. Она помнила про несколько попыток других аристократов переманить его к себе, с более высоким окладом, но тот неизменно отказывался, по-прежнему оставаясь рядом с ней. Однажды был случай когда Мария оказалась вынуждена передать через него большую сумму денег, на которую Ральф, если бы захотел, мог жить безбедно много лет. Но верный управляющий не подвёл и ни единый пфенниг не пропал, все деньги дошли до получателя. Он мало распространялся о том кем был раньше, до поступления к ним, но она точно знала что управляющий не понаслышке знаком с оружием и может постоять за себя в случае необходимости. Ральф не был женат, но как поняла Мария, у него были необременительные отношения с одной из её горничных. Что ж, если это не отражается на их обязанностях в худшую сторону то почему бы и нет?
После того как она вместе с дочками едва не погибла из-за пожара в городской квартире Ральф, который в это время находился в усадьбе, твёрдо настоял что всегда будет находиться там же где и баронесса, несмотря на её слабые возражения. А его отношение к Гюнтеру, спасшего её от верной гибели, сильно изменилось к лучшему, хоть сначала он и считал его обычным охотником на богатых женщин, относясь к эсэсовцу настороженно. Не сказать что управляющий стал его другом но отношения между ними явно изменились к лучшему что очень радовало Марию. Определённо, Ральфу не была чужда благодарность… А после того как в доме был обнаружен труп пьяницы-графа он взял на себя все заботы по отправке тела в морг, избавив женщину от всех угнетающих формальностей связанных с этим.
Снова раздался вежливый стук в дверь и она открылась. На пороге, кроме Ральфа, стоял обычный мужчина в гражданском костюме и светло-коричневой шляпе, которую он держал в руках. В другой руке у него был портфель. Простое лицо с настороженными глазами, неприметная внешность… Словом, он оправдывал свою профессию.
— Проходите, господин… — пригласил его Ральф. — Мне остаться, Ваша милость?
— Нет, спасибо, Ральф, всё в порядке! — слегка улыбнулась баронесса.
Управляющий смерил посетителя внимательным взглядом и вышел наружу, предварительно сказав:
— Я буду за дверью, Ваша милость.
Дверь захлопнулась и она осталась наедине с таинственным Гансом. Всё что Мария о нём знала, так это то что Ганс был связан с гестапо. Скорее всего, являлся их сотрудником. С ним её свёл один знакомый, высокопоставленный чиновник СС, один из доверенных людей Гейдриха, руководителя образованного в сентябре прошлого года РСХА.
— Здравствуйте, баронесса! — поздоровался с ней Ганс. Впрочем, не факт что его звали именно так. В целях конспирации он мог представиться ей каким угодно именем. — Очень интересный у вас слуга… хм.
— Он мой управляющий! — холодно ответила баронесса, нацепив привычную маску властной аристократки. — Но это сейчас не важно. Ближе к делу, господин Ганс! Вы принесли то что мне нужно?
— Конечно! Всё здесь, как и договаривались… — хлопнул он рукой по своему портфелю. — А вы готовы выполнить свою часть договора?
— Вы сомневаетесь в моём слове? — от тона Марии в кабинете словно подул ветер с Северного полюса.
На миг Ганс пришёл в замешательство но тут же взял себя в руки.
— Извините, баронесса, особенности моей работы… — усмехнулся он, открывая свой портфель. — Здесь всё что вы хотели узнать. Некоторые персоны оказались довольно непростыми, но всё сделано как положено.
Мужчина передал ей тонкую чёрную папку, в которой были нужные ей сведения. Положив её на край стола Мария взяла небольшую бумагу и передала Гансу.
— Вот ваш чек. Можете обналичить его в любом банке. Надеюсь, не стоит предупреждать что всё должно остаться в тайне? — с каменным лицом спросила она, продолжая давить гестаповца своим взглядом. Он был ей неприятен и она даже не старалась скрывать это.
— Это само собой, баронесса… — постарался улыбнуться мужчина, явно чувствуя себя не слишком уютно. — Тайна — это наша работа! Если я вам ещё понадоблюсь то вы теперь знаете как меня найти.
— Я вас не задерживаю, господин Ганс! — произнесла Мария. — Уверена, у вас очень много работы!
— Что верно то верно, баронесса… — согласился тот, вставая со стула и взяв в руки шляпу. — Врагов вокруг много, приходится работать днём и ночью! — усмехнулся посетитель.
Дверь снова распахнулась и в проёме появился Ральф. Они с мужчиной несколько секунд смотрели друг другу прямо в глаза. Потом Ганс хмыкнул, надел шляпу и прошёл мимо него, бросив напоследок:
— Всего вам хорошего, баронесса!
Не удостоив
