— Меня выбрали! Я получила работу! «Мэйсон Пирс» нуждается во мне! — громко возвестила Сандра.
— «Мэйсон Пирс»? — понизив голос, переспросил Генри. — То самое рекламное агентство?
— Да-да, именно то самое.
— «Мэйсон Пирс», которое раскрутило новую линию здорового питания? По их знаменитой акции «Все пьют молоко» на курсах мы изучали тактику продвижения товара. — Генри подошел к ней. От него пахло свежестью моря — гелем для душа на основе экстракта водорослей. — Поздравляю, — выдохнул он и осторожно коснулся губами ее губ.
Закрыв глаза, Сандра напряглась в ожидании. Не прерывая поцелуя, он обнял ее и прижал к себе. Его дыхание слилось с ее дыханием, теплая влага их ртов стала общей. Его ладонь опустилась ей на грудь, от игры прохладных подушечек его пальцев ее сосок напрягся — Сандра почувствовала, что готова растаять. Ее ноги стали ватными, еще немного — и она рухнула бы прямо ему под ноги. Генри не дал ей упасть. Он подхватил ее на руки, Сандра обвила руками его шею.
— Я люблю тебя, — только и успела прошептать она, как Генри повалил ее на кровать.
— Я тоже без ума от тебя, котенок, — промурлыкал он.
1
Сандра
Пенные кружева, струящийся шелк, тонкие, едва заметные полоски бретелек. Сандра держала перед собой восхитительное вечернее платье, которое ей приглянулось в бутике, когда они вместе с Кейт выбирали ей пеньюар. Сандра хоть и неплохо зарабатывала, но потратить почти тысячу долларов на вечернее платье не могла себе позволить, аренда квартиры съедала чуть ли не треть ее зарплаты, и за свой «шевроле» она ежемесячно перечисляла значительную сумму в счет погашения кредита. Но Кейт, ее преданная подруга Кейт, с которой они были близки еще со школьной скамьи, запомнила, как она восхищалась мягкими переливами ткани, изящным кроем, легкими как дым кружевами. Кейт всегда была до педантизма внимательна к деталям.
— Какой замечательный подарок. — Большие фиалковые глаза Сандры увлажнились. — Спасибо тебе, подружка, спасибо… — Она порывисто обняла Кейт, поцеловала в упругую, бархатную, как персик, щеку.
— Надеюсь, угодила? — Кейт снисходительно улыбнулась.
— Еще как! — Сандра провела ладонью по легкой шелковой ткани. — Просто шедевр модельного искусства. Кружева — чудо, на ощупь — пена…
— Ты сама не хуже Афродиты. Когда ты, Сандра, поймешь, что ты настоящая красавица?
— Плечи, спина открыты. Не слишком ли смело? — с опаской Сандра вертела перед собой платье.
— Верно заметила, не монашеская сутана, — хмыкнула Кейт.
— Да такого роскошного наряда у меня никогда не было!
— Генри будет в восторге.
Склонившись над золоченой коробкой, некоторое время Сандра смотрела на подарок невидящим, обращенным внутрь себя взглядом. Затем осторожно положила платье в коробку, укутала шуршащей бумагой и, вздохнув, одернула свой деловой пиджак. Вряд ли она когда-нибудь наденет этот наряд. Генри не балует ее выходом в свет. Ужинают они обычно дома, в театре он скучает, а в кафе, где они изредка обедают по выходным, для нее лучше было бы появляться в парандже — публика там простая, а мужчины не скупятся на крепкое словцо. Может, ради ее дня рождения он и сводил бы ее в ресторан, но где сейчас ее Генри?..
— Все же не каждый день бывает двадцать пять лет, — не замечая ее грусти, бодро заметила Кейт. — Извини, что не могу прийти к тебе на вечеринку. Ты же знаешь, мы готовимся к отъезду. Столько дел, столько дел — прямо голова кружится… Сама знаешь, моего Джеральда с повышением переводят в Вашингтон, — с нажимом добавила она, и на ее лице появилось выражение гордости.
— В Вашингтон… Да-да, ты говорила. Жаль…
— Почему жаль? Мой муж много сделал, чтобы получить место заведующего отделом. — Кейт обиженно надула и без того пухленькие губки.
— Нет-нет, я не то хотела сказать. Я очень рада за Джеральда. Он у тебя замечательный, самый лучший муж для моей подруги. Это здорово, что он получил повышение. — Сандра словно очнулась. — Просто… — Трясущимися руками она вынула из кармана пиджака носовой платок. Отвернувшись, осторожно промокнула глаза, провела под носом и только потом смогла посмотреть подруге в лицо. — Просто мне так не хочется с тобой расставаться… Как же я без тебя? Я совсем одна… — Она судорожно вздохнула и снова отвернулась.
Кейт заметила, как задрожали ее плечи.
— Ну что ты… Не надо плакать. — Она осторожно дотронулась до руки Сандры. — Не расстраивайся так. Не на Луну улетаю, будем звонить друг другу, переписываться по Интернету. И вообще, нечего реветь белугой. Вовсе ты не одна, у тебя есть Генри.
Спина Сандры вмиг напряглась. Сделав несколько глубоких вдохов, она повернулась к подруге. Глаза покраснели, но на лице — улыбка. Среднестатистическая улыбка, какими улыбаются модели с рекламных проспектов.
— Конечно, у меня есть Генри. Как только он найдет достойную работу, мы, может быть, тоже поженимся. А то эти вечные командировки… Вот и снова его нет в Нью-Йорке.
Кейт отвела взгляд. Она знала, что Генри изменяет Сандре, но ведь у всех пар бывают кризисы. Вот и ей пришлось воспользоваться помощью своего отца, чтобы тот помог карьерному росту ее мужа. Джеральд, правда, немного покапризничал, но все же вернулся в лоно семьи, прекратив все отношения с длинноногой и плоскогрудой девицей, работавшей специалистом по связям с общественностью. Но Генри — не Джеральд, он Сандре не муж, и у них нет двух близняшек двух лет от роду. Вспомнив о детях, Кейт заторопилась:
— Еще раз с днем рождения, подружка. — Она обняла Сандру и почмокала у нее сначала над правым, а потом над левым ухом. — Я побежала. Няня сегодня у меня только до шести.
— Привет Никки и Ханне. И Джеральду, — стараясь выглядеть веселой, сказала Сандра. — Желаю вам всем удачи на новом месте.
— Не сомневайся! — Взмах ладони — и поджарая фигура Кейт скрылась из виду, оставив резковатый запах духов.
Сандра вернулась к столу, где высилась золоченая коробка с подарком. Из ее атласных недр она снова вынула платье из мягкой, струящейся ткани и, взяв за бретельки, приложила к себе.
— Неплохо, неплохо, если, конечно, сначала снять все лишнее.
Вздрогнув, Сандра оглянулась. Подперев косяк широкой спиной, перед ней предстал Стив Малкерн, шеф отдела рекламы продуктов питания. Сандра в смущении скомкала платье.
— Поосторожнее с такой красотой, — сказал он, и его глаза вспыхнули задорными искорками.
С обаянием всепрощающего кюре Стив Малкерн окинул ее взглядом, отметив заколотые в пучок темные волосы, еле заметную россыпь веснушек на чуть вздернутом носе и приятной формы мягкие губы.
