Говорят, скоро построят новый учебный корпус, рядом с кампусом, а пока что на этом месте луг с глазастыми ромашками…
От Никосии в любую часть острова один-два часа езды. Но у нас в кампусе есть все — дискотека, кафе, кинотеатр. Здесь много студентов-иностранцев. Можно сидеть с ними и болтать за чашечкой кофе про то, как у них и как у нас. Правда, студентам особенно прохлаждаться некогда. Однако пляжно-пикниково-вечериночные фотографии занимают в личных альбомчиках не последнее место…
На Кипре без забот можно прожить с одним английским: худо-бедно на нем здесь говорят все. У нас в колледже предлагают факультативный новогреческий. Если буду успевать, пожалуй, попробую освоить греческий.
Октябрь. Никосия
Учусь со страшной силой. Режим суровый: подъем в семь утра, с восьми до полудня занятия, потом обед, затем снова занятия до шести вечера. Посещение занятий обязательно! Ну а главную науку под названием «гостеприимство» подкрепляют еще и практикой в отелях и ресторанах. (Практика оплачивается, и это позволяет хотя бы частично сократить затраты на обучение, что радует.) С декабря я тоже буду работать в баре. Настоящий «отельер» должен уметь все! Бронировать и убирать номера, готовить напитки и сервировать столы, проводить маркетинговые исследования и бухучет… А еще должен быть общительным, аккуратным и опрятным. С общительностью у меня не все слава Богу! Придется работать над собой.
Воскресенье. Конец октября. Пафос
Сегодня был удивительный день. Наконец выбралась в Пафос. Это на самом деле волшебное место. Бродила среди развалин, ходила по музеям, гуляла по песчаному пляжу, слушала шорох волн… А потом увидела ЕГО. Не знаю почему, но я сразу поняла: это ОН. Может, дело в солнце, море и особом ощущении праздника, которое у меня почему-то было с самого утра, как будто я уже знала, что именно сегодня случится что-то необычайно хорошее… Он такой высокий, красивый и такой мужественный, как античный воин из учебника истории. И хотя мы с ним перекинулись всего только парой фраз и толком не познакомились (я даже не спросила, как его зовут!), на прощание он сказал: «Дженнифер, Кипр маленький остров, так что я вас непременно найду». Потом я плавала в той самой бухте, где, по преданию, вышла из морской пены Афродита, и увидела на дне восхитительную раковину — розовую с голубым. Я нырнула за ней и решила: это будет мой талисман. И сувенир на память об этом удивительном дне.
Неужели я влюбилась?!»
1
Коммерческий директор закончил свой доклад, и Никос Костеас, откинувшись на спинку кресла, погрузился в размышления. Значит, семейка Кросби неслабо порезвилась с его денежками, а теперь Дженнифер прилетает на Кипр, чтобы переговорить с ним лично. Спрашивается, зачем? И на что она рассчитывает? На особое к ней отношение? Нет, это уже слишком!..
Павлос Симитис молча поглядывал на босса. Он работал на Никоса Костеаса недавно, но был наслышан о принципиальности и нетерпимости к грязному бизнесу этого магната гостиничного бизнеса. Интересно, как столь опытный бизнесмен мог допустить подобную оплошность? Правда, для Никоса Костеаса вложения в «Кросби-тур» — так себе, сущая безделица, равно как и проценты с доходов мифического пансионата в Ларнаке… Впрочем, для капиталиста, как известно, несущественных денег нет и быть не может.
— За два года вы не получили от «Кросби-тур» ни пенса, — рискнул нарушить затянувшуюся паузу коммерческий директор. — Согласно контракту, подписанному вами и Питером Кросби, я затребовал с фирмы незамедлительной компенсации всей суммы инвестиций, а также означенный процент с доходов, который вы должны были получить за эти два года.
— Павлос, позвольте поблагодарить вас за то, что вы обратили внимание на эту мою оплошность, — сказал Никос и учтиво кивнул. — Вы сотрудничаете со мной недавно, но я очень доволен вашей работой.
Воодушевленный похвалой, Павлос развел руками и продолжил:
— Не понимаю, почему Дженнифер Кросби настаивает на личной встрече с вами. Я сообщил ей, что вы не можете ее принять, однако только что она уведомила меня, что послезавтра будет в Никосии.
— Англичане — народ упрямый… — уклончиво заметил Никос, а про себя подумал: интересно, что она выдумает на этот раз? За три года эта прелестница наверняка выросла в мастерстве…
— По-моему, подобное упрямство просто неприлично, — с убеждением заявил коммерческий директор. — Я не понимаю, зачем Дженнифер Кросби явилась на Кипр. Момент, когда надо было что-либо объяснять, давным-давно упущен. Да и владелец фирмы, кстати сказать, не она, а ее отец.
Никос счел благоразумным промолчать.
— Оставьте мне документы, я с этим разберусь. И вот еще что. Вы не знаете, в каком отеле она забронировала номер?
— В «Холидей-инн», — ответил Павлос, удивляясь тому, что босс испытывает столь живой интерес к достаточно ничтожному делу. Интересно, что он скажет, когда узнает, что фирма «Кросби-тур» так непорядочно поступила с местными строителями, нанятыми для строительства своих коттеджей. — У вас еще есть ко мне вопросы?
— Нет, Павлос, спасибо, — не отрывая глаз от документа, пробормотал Никос. — Можете идти.
Через несколько минут, проглядев документы, Никос запихнул их в папку, вскочил и от возмущения принялся мерить кабинет шагами. Нет, это уму непостижимо! Какая наглость! Да как она смеет являться сюда после всего, что сотворила вместе со всеми своими родственничками! И с какими глазами!
Никос горько усмехнулся. С какими глазами? С такими же, как и три года назад, — большими зелеными и ангельски невинными! Но он-то хорош! Как он мог попасться в ее сети?! Хотя, если задуматься, он сам во всем виноват. Влюбился как мальчишка, вот и позволил себя использовать… Нарушил первую заповедь бизнесмена: никогда не смешивай любовь с бизнесом.
Ну ничего! На этот раз он будет умнее. Слава Богу, он уже полностью излечился от любовного недуга! И если Дженнифер рассчитывает на то, что ее неземная красота и сентиментальные воспоминания об их мимолетном романе трехлетней давности помогут ей снова задурить ему голову, ее ждет неприятный сюрприз.
Застегнув молнию дорожной клетчатой сумки, Дженнифер огляделась. Кажется, ничего не забыла… Покосилась на часы. Такси подъедет через полчаса. Она взяла вещи и спустилась в гостиную, где ее с хохотом и криками встретили племянницы, десятилетняя Дороти и пятилетняя Кэтти.
— Девочки, оставьте Дженнифер в покое! — прикрикнула на них мать. — Сейчас ей играть с вами некогда.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
