Читаем без скачивания Сердце Зверя. Дорога Воина. - Александр Атаманов

  -Но зачем?

  -Да кто знает, может кровушки захотелось, а может решили задобрить своего бога, тут главное не это, а то, что если это война, то нам нужно бежать, племени не выстоять против орды.

  Отец о чем-то задумался и я понял, что разговор окончен, нужно продолжать путь.

  За пару дней дороги до деревни ничего интересного не произошло, но я довольно много узнал о нашем противнике.

  Оказалось, когда то давно война меж народами уже была. Бесчисленные орды нелюдей хлынули в человеческие земли. Несколько королевств были буквально стерты с лица земли, но люди объединились, смогли остановить орды тварей и в решающей битве разгромили тех. После чего гнали тварей до их степей, но дальше что-то не заладилось. Союз монархов раскололся, кто-то желал огнем и мечом пройтись по степи, выжигая кочевья, но большинство насытилось войной. В итоге союз людей распался, и лишь силы парочки королевств вторглись в степи. Вернулись единицы, многих убили гнолы, многие погибли от странных болезней, но большинство, большинство убил голод. Люди оказались не приспособлены к условиям степи, не приспособлены к войне с противником, у которого нет городов, которые можно разграбить, пополнив запасы провизии, не приспособлены к тому, что для получения воды приходилось копать колодцы в десятки метров глубиной. В итоге, армия, зашедшая далеко в степи, просто не смогла вернуться, не хватило еды и воды. Доходило до того, что люди ели друг друга, добивали слабых и пили кровь. Но если для нас, для нашего племени это в принципе нормально, то люди от подобного сходили с ума. В итоге обратно добрались единицы, самые сильные, хитрые, выносливые, самые приспособленные. Так кончилась война, прошедшая двести лет назад.

  Если сейчас начнётся то же самое, то единственный шанс выжить для нашего племени – бежать в человеческие земли, забрав с собой все, что может пригодиться. Но это в случае если действительно на нас надвигается орда.

  Сознание будоражили мысли о том, что наконец-то в жизни что-то меняется, но одновременно с этим я боялся, боялся за родных, боялся за племя, для нас наступают сложные времена.

  Деревня встретила нас настороженно, ворота были закрыты, а над частоколом видны макушки часовых. Значит, в деревне уже знают о вторжении.

  Нас пропустили сразу. Пройдя сквозь калитку, мы прямиком направились к дому советов. Деревня была похожа на встревоженный муравейник, вокруг носились вооруженные мужчины, женщины же хлопотали по хозяйству, где-то разбирая заборы, для беспрепятственного прохода, где-то соломенные крыши, во избежание массовых пожаров.

  По дороге встретил пару знакомых, но поговорить не успел, увлекаемый вперед рукой отца.

  -Поспешим, нужно все рассказать.

  Быстрым шагом мы добрались до дома советов, где пригнувшись, прошли в полуоткрытые двери.

  Совет, как всегда во время хоть несколько серьезных событий, был в сборе. Вообще в совет мог войти любой желающий, при наличии у него достаточного авторитета в поселении. Но прерогатив членство в совете не давало, а ответственность была большой, так что большинство из присутствующих были либо действительно заботящиеся о племени люди, либо дряхлые старики, уже негодные для какой либо работы, но имеющие при этом достаточный опыт решения различных проблем.

  Под требовательным взглядом стариков, отец кратко рассказал о произошедшем, я внес некоторые дополнения по поводу внешности гнолов и их бойцовских качеств. Но приобщиться к мудрости старейшин нам не дали, выпроводив из дома.

  -Так, сын, дуй домой успокой мать, небось извелась вся,– отец не переставая крутил головой, выискивая что-то ведомое одному лишь ему,– я приду наверно через час, пока меня нет приведи бронь в порядок и слазь за стрелами, ты знаешь где они лежат,– тут отец увидел вдалеке мелькнувшую фигуру Корниса – следопыта и с призывным криком рванул за ним.

  Я покрутил головой и по знакомым с детства улицам рванул в сторону дома. За углом столкнулся со своим лучшим другом Олгом.

  -О, Скел жив чертяга, а то я уж волноваться начал, слышал, что вы с отцом в сторону одинокой скалы ушли, а тут на днях Кулин прибежал, говорит, гнолы ночью налетели, брата его сразу в земле прикололи, а ему руку от локтя до плеча порвали, еле добрался домой.

  -Жалко его, считай кроме мамки у него никого не осталось,– я сокрушенно покачал головой, как-никак это был мой сверстник,– мы тоже нарвались, но слава предкам обошлось, пару тварей лично грохнул, а потом руки в ноги и домой.

  -Да врешь поди?– недоверчиво отреагировал друг на моё бахвальство,– и как они, жуткие?

  -Хм, не знаю, на меня впечатление не произвели, парочку из лука завалил, а одного сбил, так тот помер сразу, дохлые они какие-то были.

  -А Кулин говорил, что одна тварь ему чуть копье не перекусила, врет, значит?

  -Да кто его знает, я ж им в пасть не заглядывал, а так, да, рожи жуткие, шерсть клочками, уши подранные, и рожа собачья, тьфу, мерзость.

  -Хм, не слишком грозные противники,– сказал друг, проводив мой плевок взглядом,– раскатаем зверюг в блин.

  -Было бы неплохо, но как бы все наоборот было, Кулин с братом где охотились?

  -Да вроде у медвежьего оврага,– Олг явно сам понял, что на одно и то же племя мы нарваться не могли, а если гнолы идут фронтом в три дневных перехода, что разделяет овраг и одинокую скалу, то у деревни крупные проблемы.

  -Вот-вот, не дай бог племена объединились, налегке уходить придется.

  -Да не, старейшины как вчера услышали про напасть, так торговца нашего из поселения выпнули с большинством детей, парой баб, и кучей припасов, вроде как дня на четыре по дороге пройдет и там лагерем встанет, а тут либо мы к ним присоединимся, либо гонца отправим, чтоб возвращались.

  -Да, не дураки старейшины, не дураки.

  -Ладно, я к вам вечером загляну, а пока нужно масло на стену дотащить.

  Я только сейчас заметил за спиной приятеля тележку с десятком небольших кувшинов.

  -Ну ладно, давай, до вечера.

  Оставшуюся дорогу до дома преодолел буквально за пару минут. Мать увидел издалека, она вместе с соседкой вытащила из погреба большущий бочонок на улицу и теперь наполняли его, на случай неожиданного возгорания. Мда, работа кипит.

  Первой меня увидела соседка, что то сказала и махнула в мою сторону рукой. Мать обернулась и счастливо улыбнулась, а я по губам понял, что она прошептала: "живой".

  Подойдя к женщинам, поздоровался с соседкой и крепко обнял мать.

  -Все хорошо мам, отец цел, ни одной царапинки, хоть с тварюгами и пересеклись.

  -Хорошо, иди домой Скел, я там в печи мясо запекла, поешь, мы сейчас воду доносим и я приду.

  -Да ты что мам, давай я вам помогу,– не слушая возражения матери, впихнул ей в руки оружие, а сам с легкостью подхватил бадью.

  Понадобилось три ходки до колодца, чтобы наполнить бачок до краёв, после чего скупо ответив на благодарность соседки, скрылся в доме, вслед за матерью.

  Пока кушал, вкратце пересказал произошедшие события, мать поохала и попросила меня быть аккуратнее. Покушав, поднялся на чердак, сняв тюк со стрелами, и баул с железными доспехами. Хм, ну как доспехами, скорее накладками. В обычное время мы носим легкую кожаную броню, но на всякий случай у половины деревенских есть вот такие вот накладки. У меня это, например, круглая пластина закрывающая грудь, от нее вниз спускается парочка прямоугольных пластин, прикрывающих брюхо, на спине никакой защиты нет, да и не нужна она, если стоять на стене, так же есть парочка пластин, выполняющих функции наручей. Все сделано довольно грубо и из довольно дрянного болотного железа. А вот отцовская броня не в пример лучше, наплечники с орнаментом, удобные наручи, кольчужное веретено прикрывающее стыки, торс закрыт цельной кирасой, красивый шлем, не в пример моему ведру местного производства. Такие доспехи передаются в семьях из поколения в поколение, они остались от предков, пришедших в леса из человеческих земель.

  Эх, что-то я задумался, нужно проверить стрелы и кожаные крепления брони. За железо я спокоен, мой доспех откровенно новый, да и чищу я его частенько, а отцовский не ржавеет никогда, папа говорит, что он заговоренный.

  Время за суетой пролетело незаметно, а едва я закончил, как во дворе появился отец. Одобрительно кивнув, он направился в избу, бросив мне на ходу:

  -Ляг, поспи, твоя помощь пока не нужна, ночью в дозор пойдешь.

  -Хорошо, я в сенях полежу.

  -Ладно.

  Да, он прав, нужно подремать, ночной дозор штука важная. Но, как назло, сон не шел, в голове роились совершенно бесполезные мысли. То о предстоящих переменах, то о том, что зря недавно с Илкой расстался, все-таки мягче с ней нужно наверно было.

  Так, все, хватит дуростью маяться. Нужно отогнать мысли. Привычным усилием очистив разум от всего лишнего, сосредоточился на собственном дыхании, считая вдохи.

  Этому учил дед, говоря, что лишь в трансе можно познать окружающий мир, но у меня, если честно, ничего не получалось. Расслабиться я мог, погрузиться в себя тоже, но вот подступая к границе, за которой находиться мир энергии, я банально и обидно соскальзывал в сон. Дед говорил, что это нормально, значит я просто еще не готов к слиянию с природой. Но как по мне, так все эти соединения вымышлены. Хотя по рассказам отца, которому транс тоже не давался, дед вытворял интересные вещи. Мог, например, в совершенно незнакомом месте за пару минут найти источник воды или дичь. Но он, как и я списывал это скорее на сверхчувствительное чутьё, а дед просто говорил, что мы обалдуи. Опять я что-то не туда ушел, нужно поспать.