Читаем без скачивания Темное пламя - Владимир Переладов

На остатках воли пытаюсь сопротивляться этому, но что может щепка против бурного потока? Понимаю, что сейчас я умру. Снова. И ничего не могу сделать. От бессилия хочется плакать, но… тело я уже не чувствую. Меня смывает потоком, и уже находясь на грани развоплощения, в полушаге от смерти, я вдруг… останавливаюсь. А потом меня что-то выталкивает из потока, и тогда я наконец теряю сознание.

Во второй раз приходить в себя было легче. Я помнил, что случилось недавно, и в общих чертах помнил то, что случилось в моих прошлых жизнях. В очень и очень общих. Фактически я не помнил почти ничего, и даже не мог сказать, кто из этих двоих сейчас я. Потому что я одинаково плохо помнил обоих. Только обрывки, и все. Несколько более-менее четких отрывков, и куча чего-то непонятного.

Потягиваюсь и встаю. Постояв пару минут, сажусь на край кровати. Надо подумать, что у меня в памяти все-таки осталось. Итак, мир зовется Истьин. Куча королевств, несколько рас. Что за королевства и что за расы — не помню. Сейчас тысяча восемьсот семьдесят шестой год третьего цикла. Цикл длится три тысячи лет. Месяц и число я не знаю, но знаю, что в месяце тридцать два дня. А в году у нас… двенадцать месяцев! Так, дней недели — восемь. Значит в году… триста восемьдесят четыре дня. Сутки по тридцать два часа. В часе порядка шестидесяти минут, ну а в минуте порядка шестидесяти секунд. Забавно, я воспринимаю слово минута как «минута» и как «ролиса». Два названия для одного и того же слова. Но заморачиваться смысла нет, буду думать как привычно. Тем более что первым значением всплыло именно ролиса, а не минута. Ладно, что еще я знаю? У меня есть… вернее, я помню, что у меня были родители. И еще была сестра по имени Исара. Помню, что была, но вот как выглядит, не помню… мдя… что еще? О! Я знаю кастовую систему! Впрочем, она довольно простая.

Илэр — представитель правящей династии.

Иллир — аналог — герцог, высший после короля. Менор.

Илар — аналог — граф, пониже, но тоже неплохо. Минор.

Илер — аналог — барон, еще ниже… Манор.

Илор — не наследный дворянин, не только самый низкий титул, но еще его могли дать за заслуги, или даже просто купить. Манором не обладает.

Менор — владения иллира. Имеет право на крепость. Имеет право содержать армию. Имеет право распоряжаться на своей земле в полной мере. Единственный сюзерен — илэр.

Минор — владения илара. Имеет право на крепость. Не имеет права содержать армию. На своей земле ограничен королевским эдиктом. Также связан эдиктом своего сюзерена.

Манор — владения илера. Не имеет права на крепость. Не имеет права содержать армию. На своей земле ограничен королевским эдиктом. Жестко связан эдиктом сюзерена.

От оно как. Должен сказать, что в принципе система простая. А еще я знаю, что… еще… а все. Больше ничего не помню, кроме ритуала, что надо мной проводили — ритуала Последней Колыбельной. Колыбельная — ритуал, распространенный среди знати, применяется при получении травм, несовместимых с жизнью, при потере душевного здоровья, при рождении больных детей. Суть ритуала — в убийстве хрустальным кинжалом пациента во славу Лорель, во славу жизни. То, что Альтир возглавил Колыбельную, довольно странно, по идее это должен быть родственник, причем ближайший! А ближайший — сестра. Хотя… ей же всего четырнадцать! Вот и разъяснилась неувязочка. Плохо то, что больше ничего я не знаю. Грустно, грустно… Ладно, жив остался, и то хорошо. А недостаток знаний постараюсь компенсировать чтением. Стоп. А если я читать не умею!? Представив написание имя «Хэйар», понимаю, что представил его в виде вязи символов и в виде букв. Значит, умею, причем на двух языках. Итог — библиотека, бойся меня! Подавив совершенно неуместный смешок, понимаю, что раз разобрался с разумом, теперь бы и с телом надо ознакомиться. В том числе и с тем, в какой форме находится моя многострадальная тушка.

Встав с кровати, начинаю разминку, благо места здесь достаточно. Хммм, а тело довольно гибкое. Нет, не от тренировок, а, судя по всему, просто от природы. Но вот мышечной массы маловато. С растяжкой я разобрался, но насколько я немощен? Отжимания помогут прояснить этот вопрос. Если раз тридцать осилю, то… скептический взгляд на бицепсы, в смысле, на то место, где они должны быть. Ну ладно, хотя бы раз двадцать… или десять… Пока не попробую, не узнаю! Упор лежа, первый жим. Идет легко. Дошел до десяти — усталости нет. Двадцать — а я все так же свеж! Тридцать — как будто не отжимался, что очень и очень странно! Тридцать два и… просто падаю лицом в пол. Руки не слушаются, но при этом по-прежнему не чувствую усталости. Странно. Переворачиваюсь на спину и поднимаю руку над собой, она сильно дрожит, обычно такой тремор после тяжелых тренировок появляется. Но усталости нет по-прежнему. Забавно. Хмм, есть такая штука, как ограничение. То есть в жизни мышцы используются не полностью, а только их часть, попеременно. Но у меня, по ходу, все через жо… по-другому. То есть я использовал все мышцы сразу. Что это даст? С одной стороны, это полезно — сила возрастает в два-три раза. Но с другой — я не могу это контролировать и не чувствую усталость, а это значит, что, подойдя к пределу, просто грохнусь. Вот как сейчас. Через пару минут руки перестали так сильно дрожать, как сначала. Учтем, что тренироваться надо будет аккуратно. Встаю. И тут меня накрывает — а как я вообще выгляжу? В памяти этого нет! В ней в принципе практически ничего нет…

Так, вернемся к моему внешнему виду. В этой комнате должно быть зеркало. Осматриваюсь внимательнее… дверь. Дверь в ванную, может там? Захожу и обнаруживаю, что таки да, зеркало есть. Ну и что мы видим? Тэк-с, тощий пацан лет шестнадцати-семнадцати на вид. Рост где-то сто семьдесят — сто семьдесят пять, вес не знаю, но я худой. Черт, говорил ведь уже. Волосы до плеч, сами волосы темно-русые, но есть несколько седых прядей на висках. Глаза серо-голубые. Бледная, нет, скорее, очень бледная кожа. Лицо… лицо симпатичное, но сами черты лица строгие. Вернее, выражение лица такое. А еще родинка над бровью. И нос немного странной формы. Кажется, я его ломал… ну, в целом — не красавчик, конечно, но и не урод. Осмотрев себя, принимаюсь за осмотр ванной. А ведь здесь темно должно быть. Лампочки? Но откуда? И что это вообще такое, эти самые ламп… а-а, вспомнил. Присматриваюсь к ним повнимательнее и понимаю, что это не лампочки, а какие-то кристаллы, излучающие свет. Получается, здесь магию используют для освещения? Или это все-таки что-то технологичное? Эххх, плохо не знать… Завтра это можно будет исправить, по словам дяди, наставник мне поможет. Возвращаюсь обратно и возлегаю на одеяльце. Бездумно смотрю в потолок, изучая лепнину…

Стук в дверь.

— Ваша светлость, Его Величество илэр Альтир Ладийский приглашает вас на ужин.

Встаю. Снова бесконечные коридоры, и, наконец, уже знакомый мне зал. Опять вопль слащавого, и затем бесконечные перемены блюд. В этот раз я уделяю больше внимания тому, что подают на стол. Это странно, но большинство блюд на вкус знакомы мне. Наверное, по прошлой жизни. Есть и те, что я не пробовал. Не влезает просто. А есть просто те, что выглядят слишком… слишком неаппетитно. Ужин, к счастью, недолгий, всего минут сорок. Потом переходим в кабинет. Камин, толстый ковер, пара кресел.

— Мы здесь часто сидели с твоим отцом после… экхм… особо бурных гулянок, — грустно улыбается Альтир.

Молчим. Я просто смотрю на огонь, если честно, понятия не имею, о чем разговаривать с почти незнакомым мне человеком, он же, помолчав еще немного, продолжил:

— Хэйар. За твоих родителей я отомщу, пощады не будет никому из виновных. Об этом можешь не беспокоиться. Я объявил Хенкер от имени королевской семьи. И еще… я хотел бы поговорить о твоей сестре.

— Исара? — приходит на ум имя.

— Ты вспомнил ее!?

— Только имя, и еще кое-что… не помню даже, как она выглядит. Но помню, что ей всего четырнадцать, — разочаровываю я его.

— Да… но характером она в отца, и еще она не маг, обычный человек, к счастью. Ты же — маг. Это значит, что ей придется возглавить род. Постарайся ее поддержать. Понимаю, что трудно, но… но и ей нелегко.

— Я помогу ей. Помню не так уж много, но знаю, что ближе ее у меня никого нет, — согласно киваю я.

— Да. Я тоже постараюсь помочь. Советом. Делом. Я в долгу перед вами. И это самое малое, что я могу сделать для вас. Обращайся без стеснения, хорошо? — просит Альти, и мне ничего не остается, кроме как согласно кивнуть:

— Да.

Вот и поговорили. Я снова в своей комнате, и меня снова клонит в сон… еще раз делаю растяжку и отжимаюсь до упада. До упада в прямом смысле этого слова. Потом пистолетик. Теперь на пресс. Странно, но мышцы не болят ни от растяжки, ни от отжиманий, ни от всего остального. Впрочем, мне это пока на руку, так как после тренировок, даже таких слабеньких, как моя разминка, я бы еще дня два-три страдал от боли в мышцах, ну а так — нормально. Лежак на старом месте, и это хорошо — ибо, несмотря на то, что все еще день, я очень, очень хочу спать!