Читаем без скачивания Сердце дезертира - Алексей Степанов

— Говорят, из живых он лучше всех Зону знает, — в такт его мыслям негромко шепнул Насвай.

— Дураки говорят! — огрызнулся Гоша. — Тоже мне — Чёрный Сталкер! Всего-то дезертировавший солдатик, свихнувшийся от Зоны. А слухов… Трепаться просто не о чем.

— Вот теперь будет о чём! — хихикнул Насвай. — Опять Рябой отличился! Надо Флер рассказать, ей понравится. А уж она — всем! Слышь, Рябой? Я тебя бить передумал!

— Тихо! — потребовал Гоша. — Знаешь, сколько народу чудом живыми оставались, да от радости Периметр не прошли?

Насвай только скорчил рожу за его спиной. Конечно, он знал. Хоть объединённая группировка стран ЕС и выбрала для себя самый тихий участок Периметра, принципиально от гиблых болот, например, он ничем не отличается. А потому западные спецы быстро научились класть на уставы и стрелять в любого, пришедшего из Зоны, без предупреждения. Хорошо ещё, что им за головы не платят, а потому сидят натовцы обычно на своих блокпостах смирно. Не считая патрулей, конечно. Но патрули жестко придерживаются графика, который, во-первых, меняется только раз в месяц, а во-вторых, его изменения через пять минут известны всем в Чернобыле-4, где и базируется большая часть свободных сталкеров. Насвай подозревал, что вояки сами подбрасывают эту информацию — чтобы у патрулей было меньше неприятных встреч. Правда, была сегодня какая-то пальба… Но девять из десяти, что на линию просто выбрел какой-нибудь монстр из крупных. Поэтому всерьёз напрягаться сталкер не собирался, так же как и признавать старшинство Гоши навсегда.

— Рябой! — Он снова повернул к облажавшемуся товарищу смуглое лицо. — Слышь, Рябой? Ты теперь Дезертиру должен проставиться за всех троих.

— Он не пьёт, — отозвался Рябой. — Вообще.

— Даже от радиации? — не поверил Насвай. — Да он бы не выжил! Постоянно в Зоне торчит. Конечно, пьёт!

— Пьёт, да с нами брезгует! — Гоша остановился. — Ну, хватит. У меня предчувствие нехорошее. Давайте молча через Периметр пройдём? Соберитесь. Всё же Дезертира встретить — это, говорят, не к добру.

— Не унывай, жандарм! — попросил Рябой. — Всё к добру, сегодня наш день — в такую передрягу попали! И знаете, что я сделаю, когда вернёмся?

Рябой замолк на полуслове, и Насвай круто развернулся, одновременно отшагивая в сторону и поднимая АК. Однако увидел он только кислое лицо Гоши, прижимавшего палец к губам. Спустя секунду Насвай и сам услышал далекий рокот вертолёта.

— В нашу сторону!

Гоша сошёл с едва заметной тропинки, протоптанной берцами сталкеров, и мелкими шагами двинул в сторону многим известного овражка. Летом он был совершенно незаметен с воздуха из-за крон деревьев, что росли по обоим его «берегам». Пилоты, конечно, всё равно о нём знали, но другого укрытия на случай серьёзного обстрела здесь просто не было.

— «Карусель»! — напомнил Рябой, но никто даже не обернулся.

Конечно, все знали об этой аномалии, притаившейся совсем близко от Периметра. Некоторые называли её «голодная карусель». Дело в том, что обычно вокруг «карусели» валяются куски тел обитателей Зоны, по неосторожности ступивших в радиус действия вихря. Но эта, одиноко стерегущая случайных посетителей возле овражка, редко кого дожидалась. К тому же располагалась она в тенистом месте, на траве, и характерного, едва заметного «пыльного смерчика» тоже не имела. Бежавший первым Гоша на ходу взглянул на детектор аномалий и дал отмашку: вправо!

Рокот вертолёта становился всё громче, он будто шёл прямо на сталкеров. Рябой взглянул на ПДА, давно не подававший признаки жизни. Тишина в эфире. Странно, обычно о любом шухере кто-нибудь да сообщит старине Че, а уж он не задержится с общей рассылкой. Но весь день было тихо, и Рябой понял, что приключения его ещё не закончились.

«Не унывай, жандарм! — мысленно подбодрил он сам себя. — Проскочим!»

Вертолёт прошёл прямо над головами упавших в траву сталкеров, двигаясь приблизительно к месту лежки находящихся в состоянии своего странного «гона» плотей. Насвай и Гоша недоуменно переглянулись, синхронно пожали плечами и скатились в овраг. Рябой тоже считал, что стоит пересидеть и дождаться хоть каких-то новостей, но за друзьями следовать обождал. Сквозь просветы в ветвях он видел чёрный, хищный силуэт, выписывающий вираж над лесом. Неужели прилетел отстрелять «чернобыльских свинок», никого именно в этот раз не трогающих? Рябому, обладавшему нежным сердцем, стало даже жаль тварей.

— Иди сюда, быстро! — Над обрывом показалась голова Насвая. — Ещё что-нибудь накликаешь на наши черепа! Бегом!

Рябой последний раз взглянул на вертолёт. Машина, похоже, разворачивалась. Больше не медля, незадачливый сталкер спрыгнул в овраг. Гоша, сердито пыхтя, рыл склон сапёрной лопаткой.

— Хоть немного, а надо зарыться! — пояснил он. — Всадит в овражек ракету на всякий случай — и что тогда?

Насвай взглянул на извилистое, узкое русло высохшего ручья и хмыкнул. Пилоту должно уж очень повезти, чтобы вообще попасть в овраг. Ну а чтобы достать сталкеров, ракете пришлось бы разорваться совсем рядом, а уж тогда не спасёт ничего.

— Не унывай… — начал было Рябой, но прикусил язык. Сегодня следовало «следить за базаром», а то и в самом деле надают по шее. — У вас ПДА тоже молчат? Я вот думаю: всё ли с моим в порядке?

Гоша странно посмотрел на Рябого и закопался со своим прибором. Глядя на него, сунулся к карманному компьютеру и Насвай, хотя по каким-то психологическим, что ли, причинам просто не мог научиться использовать большинство его возможностей. Это и мешало Насваю стать настоящим, «крутым» сталкером. Гоше того же не позволял нудный, трусоватый характер, а Рябому… Что уж тут говорить — с Рябым порядочный сталкер дальше барной стойки не пойдёт. Многовато неприятностей, а ещё больше шансов оказаться в глупой ситуации. Вот как сегодня.

— Баран! — наконец вынес вердикт Гоша. Относилось это, впрочем, не к ПДА, а к Рябому. — Связи нет. Надеюсь, автономно-то он нормально будет работать? Без датчика движения туго придётся… Хотя… С неподвижными плотями не слишком-то и он помог, пока поздно не стало.

— Думаешь, с Че что-нибудь случилось?

— Типун тебе на язык! — Гоша хотел сказать ещё что-то грубое Рябому, но рокот вертолёта приблизился, и он предпочёл завалиться в отрытое подобие щели.

— Я не думаю, что кто-то мог добраться до Че… — Насвай, не обращая внимания на вертолёт, стянул с головы бейсболку цвета хаки и поскрёб свою чёрноволосую, хоть и со «сталкерской» проседью голову. — Не такой человек старина Че, чтобы кто-то мог до него добраться. Но если… Да мы же все пойдём их рвать!

Последние слова ему пришлось прокричать, чтобы их можно было расслышать за усиливающимся звуком смертоносной машины. Вертолёт снова заложил крутой вираж и пошёл в глубь Зоны.

— Вот что ему неймётся? — Гоша высунул из своего «окопа» рассерженное лицо. — Знал бы, что так выйдет, никогда бы с тобой, Рябой, не пошёл!

— Да я-то при чём?! — искренне возмутился Рябой. — Я, что ли, вертолёт вызвал? Мой косяк уже Дезертир разрулил. И откуда я мог знать, что у плотей гон?

Гоша закатил глаза и вроде бы даже покрепче прихватил любимую винтовку.

— Ты вообще представление имеешь, что такое «гон»? Нет, наверное. Переоблучился! И об этом Флер расскажем! «Гон», блин! Нет, ну ты слышал?! — Гоша ткнул Насвая в плечо. — Этот идиот поверил, что вот такой у плотей «гон»!

Насвай ничего не сказал, только начал сосредоточенно думать — это было заметно по шевелящимся губам. Гоша, прислушавшись к затихающему рокоту вертолёта, встал и нацепил рюкзак.

— Плохо, конечно, что на Периметре чёрт-те что творится и связи нет, но если эта стрекоза отлетит подальше — валим и посмотрим сами. До темноты часа три, надо определяться. Или мы рвём через Периметр, или ищем ночлег тут. Ночью и в такой обстановке я не пойду, а в паре километров есть брошенный блокпост, с прошлого Выброса остался. Глядишь, ещё не обветшал. Так что…

Продолжать Гоша не стал, потому что со стороны Зоны послышались разрывы ракет. Все трое, не сговариваясь, поползли по обрыву вверх и высунули головы над оврагом. Мало что было видно за «зелёнкой», но где происходит атака, стало ясно.

— Бедные плоти, — вздохнул наивный Рябой. — Не дали это самое… Погоняться.

— Идиот! — фыркнул Гоша. — Или пилот засёк их инфракрасным датчиком, или они сами очнулись от звука и побежали… Слушайте, их ведь там несколько десятков, с вертолёта всех не перебить. Разбредутся по лесу, вполне нормальные и злые, — будет нам веселье. У меня патронов, между прочим, четыре обоймы после тех псов. Рвем к блокпосту!

— Погоди… — попросил Насвай. Он что-то напряженно соображал. — Если ты думаешь, что у плотей не было никакого гона, то как Дезертир нам помог? И какой дрянью нас опрыскал? Мы до сих пор воняем! А теперь вертолёт по ним бьёт… Гоша, ну-ка, свяжи концы с концами.