Читаем без скачивания Тайна Старого Леса - Тори Халимендис

-А ты откуда...

-Лидия проболталась, - он невесело усмехнулся. - Так ты не знала? А ты сама, ты была у нее?

-Зачем бы мне?

Питер долго смотрел мне в лицо, а затем, пробормотав: "Действительно, незачем", встал и ушел.

А я осталась недоумевать после этого странного разговора. Зачем он приходил?

Летние дни, расслабляющие и неспешные, похожие друг на друга, тем не менее пролетали незаметно. Вечера уже дарили прохладу вместо липкой духоты, а сумерки наступали раньше и стремительнее. Как-то после ужина я, возвращаясь от тетки, проходила мимо трактира, когда меня окликнул незнакомец:

-Анна? Ты ведь Анна, да?

-Анна, - согласилась я, рассматривая молодого человека чуть постарше себя.

Симпатичный, среднего роста, каштановые вьющиеся волосы, карие глаза, прямой нос. Одет небогато, но одежда добротная и чистая. Откуда он меня знает?

-Ну же, Анна, разве ты не узнаешь меня? Или забыла старого друга? Я Робби, помнишь меня? Как мы играли в салочки, а ты упала и разбила коленку, но не заплакала? А как таскали яблоки из сада старой Хельги, а она грозила нам своей клюкой? Ее сын все обещал надрать нам уши, если кого догонит.

Робби! Сын вдовы, вышедшей замуж за проезжего торговца и уехавшей с новым мужем. Верный товарищ моих детских игр, всегда заступавшийся за меня, за что нас дразнили "женихом и невестой". Мальчик, научивший меня свистеть сквозь зубы и бросать нож в цель - за что нам потом сильно попало и от его матери, и от моих родителей, когда я наивно похвасталась свежеприобретенными навыками. Когда он уезжал, я ревела в три ручья, а он кривился, но не заплакал. А еще пообещал обязательно вернуться - и вот он здесь!

-Робби, - радостно улыбнулась я. - Конечно, я тебя помню! Как ты? Расскажи, как живешь? А к нам надолго приехал?

-Анна, мне столько нужно тебе рассказать! - парень взял меня за руку и потянул за собой. - Но я как раз шел навестить могилу отца, пойдешь со мной?

Разумеется, я пошла с ним. По дороге Робби рассказывал о своей жизни. Город, куда привез их с матерью отчим, был небольшой, но после нашего показался мальчику просто огромным. Учиться его отдали в школу для купеческих детей, где он быстро обзавелся новыми друзьями. Со смехом поведал о первом походе в кондитерскую и о том, как долго рассматривал прилавок. Отчиму пришлось самому выбирать сладости, ибо пасынок просто растерялся от такого изобилия. Теперь же он окончил школу и вот уже третий год помогает отчиму в торговле, а тот уже даже подумывает отойти от дел, оставив все Робби - своих детей у него не было. Заслушавшись, я не сразу обратила внимание на странную вещь - Робби вел меня к западной ограде кладбища, но ведь могила его отца находилась совсем в другой стороне. Вечерело, начинали сгущаться сумерки, а мне отчего-то стало жутко.

-Робби, - я сама поразилась тому, как срывается мой голос, - Робби, но мы ведь не туда идем.

Спутник мой повернулся ко мне - и я в страхе отшатнулась и попятилась, пораженная выражением его лица.

-Кто ты? Ты ведь не Робби?

-Какая же ты дура, Анна, - произнес он почти ласково, а у меня от его голоса по спине побежали мурашки.

Изо всех сил оттолкнув парня, я побежала, петляя между могил с покосившимися крестами и перепрыгивая через низкие оградки. Сердце колотилось, легкие горели от нехватки воздуха, но я знала, что останавливаться нельзя. Страх гнал меня вперед - перелезть через ограду, пересечь пустырь и скрыться в кажущейся черной при свете восходящей луны чаще Леса, где, я уверенна, я буду в безопасности. Вот только добежать до Леса мне не удалось. Сильная рука вцепилась в плечо, рывок - и я лечу на землю и на мгновение в страхе зажмуриваюсь. А когда открываю глаза, вижу, что выдававший себя за Робби незнакомец застыл рядом со мной, а на лице его проступило выражение ужаса. Поднявшись на колени, я обернулась посмотреть, что же могло его так напугать - и увидела Волка. Громадный зверь стоял в паре шагов от нас. Странно, но при виде его я ощутила не испуг, а облегчение и какой-то непонятный восторг. Волк был действительно огромен, в лунном свете шерсть его отливала серебром, а в глазах разгоралось алое пламя. Зверь оскалил зубы - выглядело это устрашающе, но у меня невесть откуда появилась уверенность, что боятся мне нечего. Неловко поднявшись, я подошла к Волку и положила руку ему на спину. Зверь поднял голову, заглянул мне в глаза - и я смогла каким-то невероятным образом понять, почувствовать, чего он от меня хотел.

-Мне уйти? - шепотом спросила я. И зачем-то добавила, - Спасибо.

И, повернувшись, зашагала к кладбищу. Скользнула взглядом по лицу лже-Робби, застывшего на месте подобно сжатой пружине. Похоже, парень подготовился к бою - глаза прищурены, губы плотно сомкнуты, боевая стойка, правая рука слегка отведена назад. Есть ли у него оружие? Весьма вероятно, но в этом противоборстве я бы поставила на Волка. Все это мелькнуло у меня в сознании за какую-то долю секунды, а шаги мои ускорялись сами собой. От кладбища домой я уже бежала. И, забравшись в постель, всю ночь пыталась выбросить из головы мысли об обманувшем меня незнакомце. Думать о том, что с ним произошло, мне не хотелось, тем более, что я была уверенна, что закончилась для него встреча с Волком плачевно.

Проснувшись, я понадеялась, что это был дурной сон, который я смогу выбросить из головы. Просто яркий сон, всего лишь похожий на реальность - снились ведь мне такие. Да вот только не тут-то было. К полудню весь городок гудел потревоженным ульем: родители Ив, привычно отправившиеся навестить утром могилу дочери, обнаружили на пустыре растерзанное тело. Как оказалось потом, у парня было разорвано горло, но до нас эта новость дошла как сведения чуть ли не о кровавом побоище с усеявшими весь пустырь оторванными конечностями. Уже прибежав на площадь к храму и увидев тело своими глазами, я узнала достоверно, что, кроме горла, ран на теле незнакомца больше не было, а от служки услыхала, что в руке у парня был зажат охотничий нож. "Не повезло", -горько усмехнулась я про себя, выслушивая возбужденный рассказ о том, с каким трудом пришлось разжимать сведенные смертной судорогою пальцы погибшего, дабы не осквернять храм, внеся туда оружие вместе с трупом. А парень-то оказался неробкого десятка, дорого решил продать свою жизнь. Возможно, даже рассчитывал выйти из схватки победителем, но против Волка у него шансов не было. Нож, вероятно, вытащенный им во время моего краткого безмолвного диалога со Зверем, был без следов крови - воспользоваться им не удалось.

То, что парень не местный, определили сразу. Стало быть, постоялец трактира, больше некому. И точно, трактирщик узнал незнакомца, вот только свет на загадку его личности пролить не смог. Сказал, что приехал парень вчера, остановился на ночь, заплатив за ночлег и за ужин, да за корм коню. Конь этот, кстати сказать, стоит в трактирной конюшне - и что с ним прикажете делать? Нет, он-то, трактирщик, человек честный, ему чужого не надо, но животине ведь уход нужен, да и кормить за свой счет - нашли дурака. Можно бы, конечно, отдать коня и в храм, да только служитель наш ведь сверзится с этакого скакуна непременно, чай, не тихая кляча. Тут хитрого трактирщика опять вернули к личности загадочного постояльца - мол, с конем потом разберемся, давай сначала о седоке. Но, как оказалось, ничего дельного трактирщик рассказать не мог. Ну да, расплатился золотниками, назвался купцом - "Видали мы таких купцов!" - а за ужином сел в углу и не заговаривал ни с кем из местных. Вообще-то наши мужики никогда не оставляли проезжий люд без внимания: охота ведь послушать, что в мире происходит, но этот постоялец был столь нелюдим, что интерес к нему быстро угас. Куда он пошел после ужина, никто не заметил - как никто его и не хватился. Сыну трактирщика, прислуживавшему редким постояльцам, и вовсе было хорошо, коль не зовут, то и хлопот всяко меньше. И вот теперь трактирщик картинно заламывал руки и вопрошал, что же ему, бедолаге, делать?

-А тебе-то чего? - резонно спросил его кто-то из собравшейся толпы. - Золотники тебе уплатили, а как с конем быть - потом разберемся. А теперь не помешало бы взглянуть на его вещи, авось и выясним чего.

Воодушевленная такой идеей толпа повалила в трактир. Вещей у постояльца оказалось немного, но на самом дне дорожной сумы обнаружились браслет с крохотными бриллиантами и кольцо с сапфиром.

-Да это же браслет покойной Ив! - изумленно воскликнула жена трактирщика, что зорким глазом следила, как бы кто-нибудь во время осмотра комнаты не прихватил чего из принадлежащего хозяевам. - Она все время его носила. Хвалилась, что наследство от прабабки, я сама столько раз слыхала.

Тут же позвали и родителей Ив, хотя особой нужды в том не было, браслет многие узнали. Мясник, чья жена слегла от волнения, сходу опознал украшение покойницы и добавил, что погибшего не знал, а уж что могло бы связывать его с Ив - и вовсе ума не приложит. Когда же он видел браслет в последний раз, тоже не припоминает, ибо им с женой после похорон не до побрякушек было. Поворчав, что хорошо богатым - вон и золото не считают ("Зато дочери лишились", - пристыдила завистников трактирщица), горожане потянулись в храм. Подозреваю, что звало их туда не благочестие, а банальное любопытство: всем хотелось еще разок взглянуть на загадочного незнакомца, столь трагически погибшего. Я же осталась в убеждении, что в моей жизни происходит нечто необъяснимое - и началось это далеко не вчера.