Ее бывшие однополчане по-прежнему маячили поодаль. Майя встретилась взглядом с Шейном и еле заметно кивнула. Этого знака было достаточно. Они не столько исчезли, сколько бесшумно растворились, позаботившись о том, чтобы не оставить за собой следов. Большинство из них по-прежнему состояли на службе. После того, что произошло на сирийско-иракской границе, Майе было негласно предложено подать в отставку. Поскольку никакого реального выбора у нее не оставалось, она так и сделала. И вот теперь, вместо того чтобы командовать взводом или, по крайней мере, заниматься обучением новобранцев, капитан в отставке Майя Штерн, так недолго пробывшая лицом обновленной армии, давала уроки управления самолетом в аэропорту Тетерборо в штате Нью-Джерси. Иногда она даже бывала довольна своей жизнью. Но большую часть времени скучала по военной службе так сильно, что и представить невозможно.
Наконец Майя осталась в одиночестве перед холмиком рыхлой земли, которой вскоре предстояло укрыть ее мужа.
– Ох, Джо… – вырвалось у нее.
Она пыталась ощутить его присутствие, как пыталась много раз прежде в подобных ситуациях, силясь почувствовать хотя бы какой-то намек на искру жизни после смерти, но всякий раз терпела неудачу. Некоторые люди верят, что должна оставаться хотя бы минимальная искра жизни – энергия и движение никогда не умирают полностью, душа бессмертна, а материю нельзя разрушить навсегда, ну и прочее в том же духе. Возможно, так оно и есть, но чем больше смертей видела Майя, тем сильнее крепло в ней ощущение, что после смерти нет ничего, абсолютно ничего.
Она стояла перед могилой, пока не показалась Эйлин, которая вела за руку Лили.
– Ты готова? – спросила она.
Майя снова взглянула на зияющую могилу. Ей хотелось сказать Джо что-то проникновенное, что дало бы им обоим… ощущение завершенности, но в голову ничего не приходило.
Эйлин отвезла их с Лили домой. Малышка немедленно уснула, едва оказавшись в детском креслице, которое выглядело так, точно было сконструировано инженерами НАСА. Майя сидела впереди на пассажирском сиденье и смотрела в окно. Когда они подъехали к дому – вообще-то, Джо хотел тоже придумать ему имя, но Майя решительно воспротивилась, – Майе даже каким-то образом удалось справиться с замысловатой системой креплений и извлечь Лили из салона. Она прижала дочкину головку к плечу, чтобы не разбудить.
– Спасибо, что подвезла, – шепотом поблагодарила она подругу.
Эйлин заглушила двигатель.
– Ты не против, если я зайду на минутку?
– Мы сами со всем справимся.
– Не сомневаюсь. – Эйлин отстегнула ремень безопасности. – Просто я хотела кое-что тебе дать. Это займет всего пару минут.
– Цифровая фоторамка? – Майя покрутила пластмассовый прямоугольник в руке.
Эйлин – рыжеватая блондинка с веснушками и широкой улыбкой. Лицо у нее из тех, что озаряют комнату, стоит только его хозяйке или хозяину появиться на пороге, и служат отличным прикрытием для раздрая внутри.
– Нет, это скрытая камера, замаскированная под фоторамку, чтобы наблюдать за няней.
– Не поняла…
– Теперь, когда ты будешь работать полный день, тебе придется внимательнее за всем следить, так ведь?
– Ну да, наверное.
– Где Изабелла в основном играет с Лили?
– Там, в кабинете. – Майя махнула рукой вправо.
– Идем, я покажу тебе, как ею пользоваться.
– Эйлин…
Подруга забрала у Майи рамку.
– Просто иди за мной.
Кабинет примыкал прямо к кухне. Балочный потолок и обилие светлого дерева делали помещение уютным. На одной из стен висел большой телевизор. Две корзины были доверху набиты развивающими игрушками Лили. Напротив дивана, там, где некогда находился изящный кофейный столик, теперь стоял складной детский манеж. Хрупкий столик, увы, был никак не совместим с маленьким ребенком, поэтому им пришлось пожертвовать.
Эйлин подошла к книжной полке и, расчистив место для рамки, воткнула ее в ближайшую розетку.
– Я уже загрузила на нее несколько фотографий вашей семьи. Рамка будет просто показывать их в случайном порядке. Изабелла с Лили обычно играют тут, у дивана?
– Да.
– Отлично. – Эйлин развернула рамку к дивану. – Камера, которая встроена в эту штуку, широкоугольная, так что ты сможешь видеть всю комнату целиком.
– Эйлин…
– Я видела ее на похоронах.
– Кого?
– Вашу няню.
– У семьи Изабеллы с семьей Джо давние связи. Ее мать нянчила Джо. А ее брат их семейный садовник.
– Серьезно?
– У богатых свои причуды, – пожала плечами Майя.
– Все у них не как у нормальных людей.
– Ну да.
– Так ты ей доверяешь?
– Кому? Изабелле?
– Да.
– Ты же меня знаешь, – ответила Майя.
– Ну да. – Эйлин изначально была подругой Клер – их поселили в одну комнату в общежитии колледжа Вассар, – но они очень быстро сдружились все втроем. – Ты вообще никому не доверяешь, Майя.
– Я сформулировала бы это несколько иначе.
– Допустим. Но если речь идет о твоем собственном ребенке?
– Если речь идет о моем собственном ребенке, – призналась Майя, – то да, никому.
– Поэтому я и принесла тебе эту штуковину, – улыбнулась Эйлин. – Послушай, я не считаю, что ты увидишь там что-то неожиданное. Изабелла с виду вполне нормальная.
– Но береженого Бог бережет?
– Именно. Ты просто не представляешь, насколько спокойнее я себя чувствовала с этой штукой, когда оставляла с няней Кайла и Мисси.
Майя задалась вопросом, действительно ли Эйлин использовала камеру исключительно для наблюдения за няней или собирала компромат на кого-то еще, но озвучивать эту мысль не стала.
– У тебя на компьютере есть разъем для карт памяти? – поинтересовалась Эйлин.
– Не знаю точно.
– Не важно. Вот тебе картридер, который вставляется в любой USB-порт. Воткни его в свой ноутбук или в компьютер. Тут нет ничего сложного. Просто вынимаешь вечером карту из рамки – вот тут, видишь?
Майя кивнула.
– Потом вставляешь карту в картридер, и у тебя на экране появляется видео. Карта на тридцать два гига, так что на день ее должно хватить без проблем. Тут есть еще датчик движения, так что, когда в комнате никого нет, запись отключается.
– С ума сойти… – улыбнулась против воли Майя.
– Что? Мы с тобой вдруг резко поменялись ролями и тебе это не нравится?
– Немножко. Я должна была сама об этом подумать.
– Странно, что не подумала.
Майе пришлось опустить глаза, чтобы перехватить взгляд своей невысокой подруги. Сама она была шести футов ростом, а благодаря военной выправке казалась еще выше.
– Ты хоть раз увидела там что-нибудь?
– Ты имеешь в виду что-то такое, чего не должна была увидеть?
– Угу.
– Нет, – покачала головой Эйлин. – И я понимаю, о чем ты думаешь. Он больше не возвращался. И я его не видела.
– Я тебя не сужу.
– Ни капельки?
– Что я была бы за подруга, если бы ни капельки тебя не судила?
Эйлин сделала шаг вперед и обняла Майю. Та ответила подруге тем же. Одно дело – все эти чужаки, пришедшие выразить соболезнования, и совсем другое – Эйлин. Майя поступила в Вассар через год после Клер. Они жили втроем в те беззаботные дни до того, как Майя поступила в военное летное училище в Форт-Ракере, в Алабаме. Эйлин до сих пор оставалась ее лучшим другом, как и Шейн.
– Ты ведь знаешь, что я люблю тебя.
– Знаю, – кивнула Майя.
– Ты точно не хочешь, чтобы я осталась?
– У тебя есть своя семья.
– Ну ладно, – сказала Эйлин и, ткнув большим пальцем в сторону фоторамки, добавила: – Все равно я за тобой приглядываю.
– Смешно.
– Не очень. Но я понимаю, что тебе сейчас нужна передышка. Звони, если что. Да, кстати, об ужине можешь не беспокоиться. Я уже заказала доставку у китайцев из «Лук Си». Через двадцать минут привезут.
– Ты ведь знаешь, что я люблю тебя.
– Угу. – Эйлин двинулась к выходу. – Знаю. – И остановилась как вкопанная. – Ух ты!
