Читаем без скачивания Врата Победы - Влад Савин

Но ключевым тут было то, что лодку обнаруживали на поверхности, радаром с самолета. И у дизелюхи уже не было шансов выйти из района до прибытия кораблей, шнорхель решал проблему лишь отчасти. Даже наши "613-е", как и прототип, "двадцать первые", могли остаться успешными лишь до тех пор, пока американцы не перестроили свою прежнюю, великолепно отработанную, "доатомную" тактику под новые параметры, увеличенные радиус поиска и скорость цели. В будущей же войне дизельные лодки в зоне господства противника на поверхности и в воздухе обречены - и могут действовать лишь на ограниченных морских театрах, у своих берегов, где наша авиация и корабли мешают работать вражеским силам ПЛО. Что тоже нужно и важно - чтобы не отвлекать на эту работу атомарины.

- Вы, товарищ Лазарев, для нашего флота прямо как президент Вильсон, который в двадцатом подписал Вашингтонское соглашение, уничтожил больше линкоров, чем до того все адмиралы мира вместе взятые, - усмехнулся Сталин, читая тогда мой доклад. - Выходит, что без атомных подлодок, ракетных кораблей и авианосцев, флота дальнего действия у СССР нет? Поскольку сравниться с Америкой мы никак не сможем. А морские задачи предвидятся грандиозные году так к шестидесятому: общий кризис капитализма - Куба, крушение колониальной системы?

Очень надеюсь, что в немилость не попаду. Поскольку товарищ Сталин все ж человек адекватный, и с опытом применения флота в локальных войнах после сорок пятого года ознакомился. Правда, вопрос, а какие морские войны там были? Пожалуй, что лишь Фолкленды можно таковой посчитать, и то с натяжкой.

Так вот, нас персонально в океане сейчас обнаружить не могли. Ну если только мы сами сдуру не сунемся вплотную к кораблю, и на не слишком большой глубине. А если учесть, что мы слышим корабли с дистанции на порядок большей, чем они нас, а скорость у нас как минимум не ниже - то уклониться в открытом море проблемы не составляет. Небольшие проблемы были, когда требовалось выходить на связь - это в наше время можно было с глубины выпустить кабель с радиобуем и выстрелить сжатый пакет на спутник, и принять с него послание - но здесь до мирного космоса еще лет пятнадцать, а до берега УКВ не достанет, так что приходилось ночью всплывать на перископную и, подняв антенну, вести передачу на коротких волнах. И судя по тому, что дважды после на поверхности начиналось нездоровое шевеление, слышали нас не только те, кому надо. Впрочем, наш сигнал был похож на передачи с немецких лодок - в конце войны они тоже использовали и сжатие сообщения в секундный импульс - а расшифровать "цифру", обработанную компьютером, в этом времени в принципе невозможно.

Так и шли, мирно, никого не трогая. Менялись вахты, акустики слушали море, Сирый гонял своих механиков и трюмных, даже у "румынов", как называют на лодках торпедистов, находилось дело. У нас в аппаратах две фирменные, из 2012 года, "шестьдесят пятые", на самого крупного зверя, еще в БК поровну электроторпед с акустикой и парогазовых на кильватерный след, обычного калибра "53". И впервые приняли на борт четырех "японок" - так личный состав успел прозвать кислородные крупнокалиберные, аналог японских "длинных копий", но с самонаведением, при дальности хода в десять миль. Буров, командир БЧ-3, поначалу смотрел на них с большим подозрением - поскольку кислородные торпеды хоть и имеют на голову лучшие характеристики, но также склонны к взрыву при пуске, с этим британцы намучились перед войной, так на вооружение и не приняли. Японский же секрет был в том, что сначала торпеда работала на воздухе, и лишь после переключалась на кислород - у нас такая же система. Причем защита в несколько ступеней - и мембрана на резервуаре, разрываемая лишь после пуска через какое-то время, и клапаны открывающиеся-закрывающиеся лишь по прохождении минимальной дистанции, так что старт безопасный, на воздухе, и лишь после идет плавный переход на кислород. Но Буров не успокоился даже после отстрела торпедами на полигоне, пока самолично не поруководил сборкой-разборкой-проверкой механизмов. И в походе часто проверяет, нет ли утечки кислорода.

Стрелять пока не по кому. По пути дважды обнаруживали немецкие лодки, можно было бы поохотиться, сократив дистанцию для торпедной стрельбы - но вмешалась жаба. Боекомплект у нас всего двадцать восемь штук, считая шесть крупнокалиберных, и пополнение под вопросом, хотя сказано было, что возможно, удастся там, на Средиземке, и организовать. Но эти "атлантические" фрицы нашей миссии уж точно не мешали, лишь тратить на них торпеды - так что живите пока, пусть американцы с вами разбираются сами. Сигнатуры записали, ничего интересного, стандартные немецкие "семерки" - судя по курсу, из французских баз.

К Гибралтару подошли 5 марта. Форсировать пролив решили в ночь на шестое, исходя из обстановки. География такова: здесь между Африкой и Европой проходит разлом, почти точно с запада на восток, с глубинами до трехсот, а напротив мыса Леона - это здесь крайняя точка африканского материка - максимально тысяча сто. Зато у западных подходов, северо-западнее Танжера, отмель всего на пятьдесят пять. И такой перепад глубин всего на протяжении сорока миль, и ширина глубоководного желоба меньше четырех миль, к северу и к югу шельф, глубины резко уменьшаются. То есть придется периодически подсвечивать сонаром - и если услышат, приятного будет мало. Хотя чьего-то уверенного господства в тех водах нет. Немецкие лодки Средиземноморской флотилии выходят через пролив в Атлантику, а им навстречу лезут британцы, в этой реальности нет у Англии баз в Гибралтаре, на Мальте, в Александрии - ближняя в Касабланке, и то не полноценная база, а передовой опорный пункт, якорная стоянка - ремонтные мощности и запасы там очень ограничены - и потому британские субмарины обычно выходят из Англии и тоже идут через пролив. Северный берег испанский, кроме Гибралтара, где засели немцы, на юге положение интереснее, там фронт по горам Хаус, от Фердигуа до Тетуана, к западу американцы, к востоку итальянцы с немцами, военно-морская база у испанцев в Сеуте. Однако на суше тут все пока сводилось к боям местного значения, перепихалочки-потягушечки за безымянный холм да стычки патрулей - а вот на море серьезнее, американцы пытаются перехватывать немецкие лодки на западных подходах, но и в Средиземку, наверное, их самолеты залетают, ну а немцам логично развернуть рубеж ПЛО от Гибралтара до Сеуты. Хотя вроде бы Испания рассобачилась с Еврорейхом, да и флота у нее уже нет. Зато у немцев на Средиземке, согласно разведданным, помимо линкора "Шарнгорст" и крейсера "Зейдлиц" в наличии четыре больших миноносца "тип Т", два десятка тральщиков-восьмисоттонников и большое количество мобилизованных гражданских судов, приспособленных для ПЛО. У французов в настоящий момент в строю линкор "Страсбург", шесть крейсеров, тридцать эсминцев, около сотни малых кораблей и катеров ПЛО, включая переоборудованные траулеры и буксиры. Данные по итальянскому флоту противоречивы, в иной реальности немцы после свержения Муссолини успели захватить часть кораблей и ввели в строй, уже со своими экипажами - здесь же есть сведения, что какие-то корабли перешли под немецкий контроль в южной Италии и на Сицилии, вот только вряд ли они уже боеспособны. Ну и уже упомянутая 29-я (Средиземноморская) флотилия подводных лодок, около тридцати единиц, базы в Тулоне, Марселе, Мальорке - вполне может привлекаться и к противолодочным задачам, подкарауливая англичан у восточного выхода из пролива.

Больше всего я опасался мин, которые вполне могли быть выставлены здесь, на мелководных участках. Потому мы ползли на трехстах метрах, периодически "пингуя" локатором. На поверхности было тихо, лишь пройдя больше половины пролива мы услышали справа шум винтов малых кораблей. Но мы уже были почти на меридиане мыса Леона, глубины под килем резко пошли вниз, можно было дать большой ход и проскочить вперед, оставляя противника за кормой, работы чужих локаторов мы не слышали, но по скорости предположили, что это были французские миноносцы типа "Ла Мелпомен". Еще сто шестьдесят миль, десять часов хода до меридиана Альмерии, где испанский и африканский берега резко расходятся в стороны. И вот - мы в Средиземном море!

Первым делом выйти на связь, доложиться командованию - поскольку мы сейчас не "морской волк", как были когда-то в самом начале, вольный охотник сам за себя, а боевая единица советского ВМФ, и должны быть учтены в планах. Принять сводку по текущей оперативной обстановке, получить приказ на конкретную боевую задачу. Хотя можно предположить, так как наши взяли Геную, отрезав всю группировку немцев на итальянском "сапоге", что снабжение, пополнение, эвакуация очередного "котла" для фрицев возможна лишь по морю. Как в иной истории на Балтике в январе сорок пятого, когда Маринеско отличился.

Шестьдесят восемь зачетных и еще шестнадцать неофициальных побед на нашем счету. Доведем до трехзначной цифры?