Но отца больше не было, ее немногочисленные знакомства могли бы перерасти в дружбу, но для этого требовалось время, и, с тех пор как отца не стало, лишь жаркое римское солнце согревало ее душу, хоть как-то затмевая своим ярким светом прозаическую необходимость поисков работы и притупляя боль внезапно охватившего ее чувства одиночества.
Правильно ли она поступила, не поддавшись на уговоры тетушки Урсулы вернуться в Англию и найти работу там? Это покажет время, а времени у нее мало. Та незначительная сумма, что оставил ей отец, находится здесь, в Италии, и если ей удастся найти работу, она обязательно останется. Однако первая неудача, так или иначе подорвала эту уверенность. А что, если?.. Что, если… Ей казалось, она живет на обоюдоостром ноже, одно лезвие которого — надежда, а другое — отчаяние. И, то одно становится острее, то другое. Сегодня она была подавлена и винила в этом Микеле. Она поняла, что завидует этому парню, его видимому благополучию и уверенности, тому, что у него есть семья, что Рим — его родина, в то время как сама она здесь всего лишь иностранка-полукровка, которая до конца своих дней так и не будет принадлежать полностью ни Англии, ни Италии…
Чтобы не разрыдаться от жалости к самой себе, Аликс принялась распаковывать чемоданы. Ей не терпелось хоть как-то обжить комнату и поскорее принять душ.
В ванной из крана с холодной водой текла просто ледяная вода, из другого — вместо горячей лилась тепловатая. «Милая Италия! — подумала Аликс. — Здесь никогда в водопроводе не бывает нормальной воды. Ну как не любить ее за это? За это и за многое другое. Например, за…»
Но этот список был таким длинным, что Аликс решила приберечь его для бессонной ночи. Нет, она обязательно останется. Она просто должна остаться. А завтра, как говорила Скарлетт О’Хара, будет новый день.
Но следующий день не принес ничего нового.
В одном месте требовалась женщина постарше, другая вакансия — дежурной в холле отеля — оказалась уже занята. Побывав в обоих местах, Аликс перекусила в кафе самообслуживания на Пьяцца Барберини, посидела на скамейке в парке Боргезе, спустилась по Лестнице Испании, купила себе букетик анемонов, которые дешево стоили и вполне могли уместиться в ее стаканчик для полоскания рта, и вернулась домой на автобусе.
Переодевшись в халатик, Аликс прилегла и задремала. Когда она проснулась, солнце уже клонилось к закату, в комнате было почти темно, а в дверь кто-то стучал.
— Минуту! — Аликс протерла глаза и, открыв дверь, увидела на пороге коридорного. — Да, я вас слушаю.
— Синьорина, внизу вас спрашивает молодой человек.
— Молодой человек?! Нет, это не ко мне.
— Он назвал ваше имя, синьорина, и сказал, что он ваш друг. Его зовут синьор Париджи. Он очень просит повидаться с вами.
У Аликс перехватило дыхание. «Нет, это просто неслыханно!»
— Передайте синьору Париджи, что я его не ждала и не намерена встречаться с ним, — сказала она.
— А если он будет настаивать, синьорина?
— Не будет, — ответила она, закрывая дверь, и добавила вполголоса, обращаясь к себе: — Если ума хватит.
Коридорный не успел уйти, как снова вернулся и сообщил деревянным голосом:
— Синьор настаивает.
Аликс поняла, что деньги сделали свое дело.
— Хорошо, я сейчас спущусь, — сказала она.
Аликс нарочно долго одевалась и приводила себя в порядок, чтобы заставить Микеле ждать.
Внизу с обезоруживающей улыбкой, не дожидаясь от нее напрашивающегося вопроса, он сам ответил на него:
— Вам, наверное, любопытно, как я нашел вас? Должен признаться, что вчера проследил за вашим такси. Теперь можете сердиться на меня сколько угодно — я это заслужил. — Он кивнул в сторону коридорного, навострившего уши. — Будем дальше развлекать его? Я вообще-то пришел пригласить вас поужинать. Ну как, согласны?
— Извините меня, нет.
Аликс отметила его оценивающий взгляд, скользнувший по ее нежно-кремовому шелковому платью, ярко-красной сумочке и сандалиям.
— Ужинаете с кем-то еще?
— Нет, я ужинаю здесь одна, — сказала Аликс, и сердце ее упало при воспоминании об общем столе в пансионе с его ужасной едой, комом встающей в горле.
А Микеле, словно прочтя ее мысли, уверенно проговорил:
— Тогда все же примите мое приглашение. Ну пожалуйста! Смотрите, у меня вполне приличный вид… — Он действительно прекрасно смотрелся в изысканном, ладно сидящем костюме. — В конце концов, после вчерашнего я по меньшей мере должен вам ужин. Ну скажите, разве не так? И если вы согласитесь, то я обещаю вам…
Аликс вспомнился прошедший неудачный день и предыдущий тоскливый вечер. Ну и что такого — всего один ужин? И как иначе она может от него избавиться?
— То вы обещаете… что?
— Что… — Он колебался, старательно подбирая слова. — Что, если к концу вечера мое общество так и не заинтересует вас, я оставлю вас в покое.
— Разумеется, не заинтересует, — поспешила предупредить Аликс.
— Значит, все останется как есть. Я согласен, — заключил он и повел ее к машине.
Заявив, что для ужина еще слишком рано, он предложил сначала прокатиться по парку Боргезе, а потом они заглянули в один из баров возле зоопарка выпить аперитив. Там он сказал:
— Вчера я так и не задал вам одного дерзкого вопроса. Есть у вас сейчас парень?
— Нет, — ответила Аликс и тут же пожалела, что не сказала «да», и в свою очередь поинтересовалась: — Кстати, удалось вам выиграть пари у вашего друга?
— У моего друга?.. — переспросил Микеле рассеянно. — Ах, ну да, у Беппо! Нет… То есть я пока не виделся с ним. Но скоро увижусь.
Уже снова сидя в машине, он поинтересовался, какой ресторан она предпочитает. Аликс оставила выбор на его усмотрение, хотя позже не могла понять, почему он спросил ее. Он выбрал ресторан «Дей Фьори», один из самых роскошных в городе, где Аликс до сих пор довелось побывать всего однажды.
Неприятности начались прямо при входе. Синьор не заказывал столик? Но свободных мест нет! Все столики заняты или заказаны. Так было сказано Микеле. Он запротестовал. Что за чушь?! Неужели у них не найдется одного свободного столика на двоих? Он может подождать, хотя и не долго. Ожидание не принесло результата, и тогда Микеле потребовал метрдотеля.
Когда тот появился, Микеле отвел его в сторону. Аликс слышала, как прозвучало имя Париджи, метрдотель кивнул, и их провели на украшенную цветами террасу под бамбуковым навесом, с зажженными свечами на столиках.
Следуя за Аликс, Микеле вдруг коснулся ее локтя.
— Вот тебе раз! — воскликнул он. — И мои здесь ужинают!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
