Читаем без скачивания Если ты умер (СИ) - Александр Сергеев

После того как отбыл старпер Семеныч, а Покровский снова ушел к себе, он решил размяться, пройтись вокруг корпусов, подышать воздухом, ну и заодно посетить в очередной раз злополучный туалет, в котором он уже едва ли не прописался, стараниями своей жены, она конечно красотка, думал он, но вот руки у нее совсем не под хозяйство заточены. Вернувшись назад, он мельком взглянул на окна главного корпуса, убедился, что свет потушен и со спокойным сердцем занялся своими делами.

Уже после полуночи, взятый на правах стажера Павлик, которого никто не звал иначе как Морозовым, осведомился:

— А он всегда так задерживается?

— Кто? — не понял Алексей.

— Ну этот, который профессор.

— Он что, до сих пор там?

— Ну да, он не выходил. Может чего случилось?

— Тьфу ты, пропасть, — ругнулся Федоров. — Ладно, Павел, сгоняй потормоши засранца, он там заработался опять небось.

Среди сотрудников службы безопасности, ходила славная традиция — травить новичкам самые неправдоподобные байки на предмет их будущего места службы. А смесь безделья и жажды подшутить над ближним своим, при полном попустительстве последнего, рождали неожиданные решения. Стажерам травили про нечеловеческие эксперименты в недрах института. Там фигурировало все, на что хватало фантазии рассказчика. В целом, верил в это мало кто, однако общее впечатление было гнетущее. Вот и сейчас, прослышав что того посылают на рутинное, в общем то, задание, выдали тому прибор ночного видения, и не важно, что у него от долгого лежания в дальнем ящике совершенно села батарея, но мотивация что де, профессор может находиться в проявочной, каковой, кстати, в здании отродясь не было, тем не менее убедила стажера:

— Да ладно, салага! Ты куда там светить, а если он ренгенограммы проявляет? Да тебя ж с потрохами за порчу материала съедят, понимаешь! Бери давай, а фонарь верни. Не нужен он тебе…

— Как эт не нужен, — возмутился другой, — Без фонаря там не моги. Но два не нужны, возьми этот, — и протянул ему дробовик с фонарем, жестко закрепленным в цевье. Смотри, там жеж твари в подвале сидят лютыя! Того и гляди сожрут! Мож они там ужо и профессура схомячили.

Кое-как вырвавшийся стажер ушел к входу, навьюченный полицейским ремингтоном 870, не работающим ПНВ, старой рацией, размерами и весом более напоминавшей кирпич, и выданным ему ПКСК. Не столько из соображений эффективности, сколько из желания найти наиболее здоровый и бесполезный предмет. Ну и разумеется, бронежилет. Старый, мерзкого оливкового цвета, набитый пластинами по самое не могу. А в караулке царила укатайка, взрослые вроде бы мужики хвастались своим остроумием:

— Не, ну как я его, ха-ха-ха, дробовик… ик… демоны…

И новый взрыв хохота сотряс щитовую конструкцию, в которой ютились охранники вахта за вахтой.

Тем временем, стажер шел по коридору, проклиная свою доверчивость. Хотя сам не желая признаваться себе в страхе — обшаривал фонарем каждый темный угол, единожды чуть не приложившись о закрытую дверь, когда сзади внезапно заработал вытяжной вентилятор в коробе воздуховода. Уже начиная немного злиться, он добрался до кабинета Покровского, и едва успев толкнуть дверь высветил фонарем нечто странное. Поджарое тело антрацитово-черного цвета этого гуманоида полуприсевшее перед прыжком, оказалось прямо перед дульным срезом. И когда тот начал распрямляться, Павел совершенно рефлекторно вдавил спусковой крючок, палец на котором он держал в нарушение всех мыслимых правил безопасности. Сноп картечи, не успевший даже отделиться от контейнера, ударил в грудь существа, не причинив ему никакого видимого эффекта и даже не заставив отшатнуться. Через долю секунды правая рука существа сомкнулась на цевье, вырвав оружие из рук парня. На миг, их взгляды встретились, вызвав у Павла желание оказаться где-нибудь подальше отсюда, легкое фосфорицирующее свечение того, что заменяло твари глаза и едва ли было видно днем — в темноте выглядело откровенно жутко. Оттолкнувшись назад, стажер схватился за рукоять недокарабина и перепистолета, на чем его геройский порыв и закончился. До сих пор удерживавший дробовик в руке демон, сместился вперед, почти вплотную и ударил уже левой рукой, растопыренными пальцами в район грудной клетки, превращая бронежилет в лохмотья. Однако, несмотря на то, что парень проклинал свою доверчивость и мягкость, позволившую старослужащим нацепить на него пудовую конструкцию, сейчас она спасла ему жизнь.

Тем временем в караулке пружина событий стремительно раскручивалась. Услышав выстрел Алексей простонал:

— Не дай бог, этот недоумок пристрелил профессора. Я вас тогда всех и каждого подвешу на заборе за яйца.

Впрочем, в подобное развитие событий он и сам не верил, по совести говоря. Не выглядел стажер паникером и шуточки сослуживцев воспринимал нормально, скорее игнорируя их, чем принимая излишне близко к сердцу. Предчувствие подсказывало Федорову, что дела начинают идти совсем хреново. Решив, что лучше разбираться с преждевременным паникерством, чем профукать ответственное задание — он вдавил кнопку тревожной сигнализации. Единственное, что связывало сей объект с государством, это была именно она. Сигнал поступал не на пульт вневедомственной охраны как обычно, а прямиком в дежурку дислоцированной неподалеку части, которую одновременно с Объектом начали приводить в божеский вид. Появилась новая техника, возобновились регулярные стрельбы и учения. Периодические внезапные проверки обращали внимание не на качество покраски заборов, а на выучку личного состава. И вот сейчас, впервые, взревел сигнал совсем не учебной тревоги.

Топот множества ног, часть из которых свернула в сторону, бросившись сразу заводить технику, однако, по-прежнему узким местом стала оружейка. Несмотря на определенные успехи в организации службы, некоторые недостатки так никуда и не делись. Руководствуясь принципом 'как бы чего не вышло', командование части не позволяло бойцам хранить свое оружие под рукой, а как бы ни была быстра выдача — она тормозила на корню всю схему. И к тому моменту, когда подразделение было готовы тронуться в путь, прошло уже четверть часа, большая часть которых была потрачена буквально впустую, на получение оружия и амуниции. А ведь даже днем, путь до охраняемого объекта занимал до получаса. Сейчас на трассе хоть и посвободнее, однако ночью гнать — себе дороже, видимость то околонулевая. Забивая на все правила дорожного движения, с зажженными фонарями по контуру, натужно ревя двигателями пара БТРов шла практически на предельной для них скорости, стремительно сокращая эксплуатационный ресурс… А тем временем, штат сотрудников безопасности стремительно выбывал.

08.05.2010. Полночь. Охота

Попадание в меня не вызвало совершенно никаких эмоций. Ощущения — по нулям. Внешне, повреждения не были заметны, однако проблемой бронежилетов в частности и брони вообще, было не остановить снаряд, а каким то образом минимизировать запреградную травму. С другой стороны, мне то что? Я и так уже мертв. Значит минус одна проблема имеется. Осмотрев валяющееся тело, я изъял у него всю стрелковку, наконец обратив внимание на дробовик, по-прежнему зажатый в руке. Неплохая машинка. Своим знаниям, я уже решил не удивляться, в конце-концов одной странностью больше, одной меньше — если я буду задумываться о каждой, то свихнусь. Рано или поздно.

Патронов к нему было ровно четыре штуки, те что в подствольном трубчатом магазине. Надо же, даже удлинителя не потрудились поставить. Перебросив ружье за спину, я осмотрел куцего уродца в каком-то кошмарном подобии кобуры. Служебный вариант 'кедра', под еще более чахоточный патрон. Если бы я мог фыркнуть, сейчас то самое время, для того чтобы сделать это. С другой стороны, хоть и паршивое, но оружие, так что разбрасываться им не стоит.

Здесь, попутно нарисовалась другая проблема — с одеждой у меня некоторый некомплект. В принципе это не так уж важно, насколько я могу судить — не очень то оно мне и нужно, но нести все в руках, не годится, этак я лишу себя возможности быстрого реагирования. Посему пришлось снять еще и кобуру с бессознательного тела. Краем сознания я заметил, что группа из шестерых зеленых точек, упорно двигавшихся в направлении места событий, судя по радару уже добралась до входа. Ну что же. Немного поохотимся…

Там же. Тогда же. Алексей

Его группа двигалась в направлении кабинетов руководящего состава, где и наткнулись на полулежащего у стены Павла в бессознательном состоянии.

Один из бойцов присвистнул:

— Ишь ты, как бы его не из дробовика угостили.

— Правдоподобно, — заметил Федоров, — похоже на то, что картечь прошла вскользь. Кстати, оружие забрали, так что смотрите в оба.

Убедившись, что стажер жив, а все травмы — это сотрясение и пара сломанных ребер, они двинулись вперед, оставив одного из группы позаботиться о раненом.