Читаем без скачивания Прекрасная Зелёная - Вячеслав Дегтяренко

Конечно, для стипля нужна техника, которую в зрелом возрасте сложно освоить. Но в школе мы почти год тренировались в преодолении барьеров, что возможно отложилось в т.н. «мышечной памяти». Из финишных протоколов знал, что многих наших соотечественниц сняли придирчивые рефери за нарушение правил преодоления препятствий.

Ринат же в упорной борьбе завоевал серебряную медаль, и мы остались на награждение, которое проходило в актовом зале, расположенном в подтрибунном помещении, под музыкальное сопровождение гимнов участников – победителей в видах. Это была его первая медаль в международных стартах, и мы радовались вместе. Вечером по этому поводу позволили себе по пятьдесят грамм французского коньяка, привезённого из дома.

***

Вскоре и Ринат не выдержал отельного заточения и предложил мне съездить на море. Несмотря на завтрашний старт на двадцатке, я согласился. Соперники известны, в качестве конкурента должен добавиться швед Свенсон, пропустивший пятёрку. К тому же городской т.н. пляж соседствовал с Kent Omrani Park, в котором проложена двухкилометровая петля завтрашней трассы.

Добравшись на метро до конечной станции F.Altay, мы оказались на автостанции. Нужный автобус (вывески маршрутов в редкость) нашли с помощью семейной пары – атлетов из Австрии. Пляжное место мы выбирали почти час. Нежелание населения жить чисто подтверждалось и на природе. Урны, установленные вдоль береговой линии, пустовали, тогда как сам берег был плотно усыпан бытовым мусором и битым стеклом. Видимо это привычно для горожан – после пикника оставить «память» о себе.

Ко всему привыкаешь и к этой местной «достопримечательности» тоже. Выбрав крохотный участок чистого серого песчаного берега, мы открыли летний купальный сезон. Измир является крупнейшим в стране морским портом и крупным промышленным центром, заводы которого экономят на очистных сооружениях, что отражалось на запахе и чистоте прибрежных вод.

Двадцать километров

Второй старт переносится психологически легче, и эта двадцатка не была исключением. Для борьбы с дегидратацией приготовил две спортивные фляжки с минеральной водой, домашним кизиловым вареньем, всыпав в каждую по пакетику магния сульфата. По правилам соревнований подписал их, приклеив полоски лейкопластыря. Также заготовил пакет апельсинового сока и фрукты для восстановления после финиша.

Время старта дважды переносили и, в конце концов, организаторы объединили женский и мужской заход, что запрещено правилами, так как женские рекорды в этом случае считаются недействительными. На разминке отметил, что тени деревьев парка явно недостаточно. Однако порадовался двум пунктам освежения и двум мелкодисперсным душам, установленным на круге в два километра. Постепенно собирались спортсмены, которые стали доминировать над парами брачующихся молодожёнов, приезжающих сюда на фотосессии. Ещё гуляя по городу, обратил внимание на большое количество свадебных салонов и магазинов, выделяющиеся довольно необычными по европейским стандартам фасонами. И сегодня убедился, что они пользуются спросом у населения. Свадебные кортежи подъезжали друг за другом. Одна из пар новоиспечённых молодожёнов выбрала построение ходоков на старте в качестве своей свадебной заставки.

После четвёртой осечки стартового пистолета мы начали свой жаркий путь по асфальтированной дорожке Kent Ormani Park, встречные потоки которой были разделены массивными пластиковыми тумбами. Парк был относительно молодой, судя по деревьям, а также по отсутствию его на городских картах в интернете. Женщинам предстояло пройти десять, мужчинам – двадцать километров. С первых метров лидерство захватил англичанин из М65. Поговаривали, что в прошлом он был олимпийским чемпионом. Вслед за ним испанец из М40 и я. Для меня сегодня соперник номер один – это испанец, и я решил держаться за ним, чего бы это ни стоило, несмотря на то, что наше заявочное время различается почти на семь минут.

Удивляло, что ни латыш, ни немец, ни швед не бросились за нами вдогонку и после поворота на один километр разрыв между нами составлял почти пятьдесят метров. Мы тем временем обошли англичанина и возглавили заход. Лидировал испанец, но после второго километра я его обошёл. Ещё бы, темп пять минут на километр казался небыстрым. Соревнования в спортивной ходьбе на стадионе и по шоссе разительно отличаются друг от друга и не только дорожным покрытием. Во втором варианте присутствует эффект вовлечённости зрителей-болельщиков, что придаёт дополнительные силы. Да собственно ходьба зародилась, как соревнование почтальонов, а не как забеги на одну стадию, и в мировом рейтинге котируются лишь соревнования по шоссе на сертифицированных трассах протяжённостью от одного до двух километров, вдоль которых располагаются бдительные судьи. Некоторым спортсменам не нравится субъективность судейства в этом виде спорта, где только глаз рефери решает, была ли фаза полёта, невыпрямленное колено или нет. Кто-то поговаривает, что на скорости, приближающейся к четырём минутам на километр, фаза полёта присутствует у всех ходоков. С другой стороны в мире спорта так много субъективных видов, что критиковать из-за этого спортивную ходьбу, как мне кажется, не стоит.

Если в утренних планах была отсидка за испанцем, то на трассе всё вышло по-другому. Мне захотелось покуражиться. Конечно, понимал, что далее будет тяжело, но возглавлять заход почти до десятого километра было неописуемое удовольствие. Приятно, когда за тебя болеют и подбадривают не только соотечественники. Немцы, украинцы, итальянцы, французы, австрийцы. Это мощный «допинг», от которого просыпается гордость за свою страну, которую ты здесь защищаешь. Временами создавалось ощущение, что в парк вышла одна большая семья, где стоящие на обочине помогали идущим по шоссе. Бутылочки с питьём из разных стран стояли вперемешку, и это ещё больше сплачивало ходоков.

Со второго круга стал пользоваться питьевыми пунктами. Минералка с вареньем от Рината, следом глоток «общественной» тёплой воды, два душа и поролоновые губки, из которых также пил и массировал лицо, что действовало ободряюще. На десятом километре меня настиг латыш. Его относительная свежесть бросалась в глаза, и я, продержавшись за его вишнёвой майкой пятьсот метров, отпустил, так как темп был слишком быстрый. А через километр немец из М40 и испанец из М50 лихо обошли меня. Когда разрыв с ними составил метров двести, у меня вдруг проснулось т.н. «второе дыхание» и я обошёл эту парочку. Заметил, что испанец шёл шатаясь, и вскоре его поместили в реанимобиль. А разрыв с немцем тем временем увеличился до пятнадцати метров. Так мы и прошли до пятнадцатого километра, после которого Стефан Борсч опять ушёл в отрыв. В этом году он показал время на двадцатке 1:31 (латыш – 1:34), что мне было не по силам. Однако жара действовала таким образом, что никто из нашей тройки не разменяет и 1:40. Зацепившись глазами за спину немца, я контролировал разрыв с испанцем на встречных участках трассы. Ориентировочно он составлял две с небольшим минуты, и по мере приближения финиша моя мечта о бронзовой медали становилась реалистичнее. Предупреждение сегодня было только одно, да и то на первом круге. Правда, дважды натыкался носком кроссовка на пластиковую тумбу-разделитель и это конечно меня пугало, так как свидетельствовало о дегидратации организма и нарушении техники ходьбы.

Но вскоре прозвучал медный гонг, а через десять минут я пересёк финишную черту. На часах 1:46 с секундами (у чемпиона Ивзанса 1:42.23, у Стефана 1:44.52). Подбежавший судья в красном поло напугал. Он взял меня за руку и вывел из финишного створа, даже не дав сфотографироваться с немцем и латышом. Я думал, что меня приглашают на допинг-контроль, но, как оказалось, он предложил полить голову холодной водой из шланга, что было весьма кстати.

Поздравив друг друга, мы встречали ходоков. Многие из них падали за финишной чертой, некоторым дежурные медицинские бригады восполняли внутривенными инфузиями объём циркулирующей крови.

Узнав, что в двадцать сорок на стадионе Ataturk состоится церемония награждения, мы направились туда. К тому же Ринату необходимо было получить подтверждающий регистрацию на завтрашнюю пятёрку талон (confirmation reciepe). Но здесь меня ждало небольшое разочарование, так как процедуру перенесли на девять утра завтрашнего дня.

Ночью долго не мог заснуть из-за сохраняющегося наплыва эмоций. Утром же практически одновременно с Ринатом отправились на стадион. Я попытался совместить фотографирование его финального забега на пять километров и ожидание церемонии награждения, так как по времени это совпадало. Как сказал мой соперник из Германии Стефан Борсч: «Не торопись… девять часов в Азии и девять часов в Европе – понятия разные…» И действительно, он зрил в корень. Лишь в начале двенадцатого нам торжественно вручили медали, дипломы и призовые футболки. Ринат тем временем завоевал бронзовую медаль на пятёрке. Я наблюдал его стремительный финиш и трагизм последующей ситуации, когда после пересечения финишных клеток ему сказали бежать ещё один круг. Судьи попросту ошиблись в подсчёте кругов, несмотря на присутствующие электронные чипы. А может они рассчитывали, что преследующий россиянина турок, вырвет для страны бронзовую медаль.