Читаем без скачивания Возвращение Тарзана в джунгли - Эдгар Берроуз

— О, нет, Рауль, — в волнении прервала его жена. — Я ненавижу его не меньше, чем ты… Но узы крови…

— Я был бы рад сегодня иметь возможность сделать ему маленькое кровопускание, — сквозь зубы процедил де Куд. — Эти два негодяя, он и Павлович, пытались сегодня опозорить меня, Ольга!

Граф рассказал жене все, что случилось с ним в курительной комнате.

— Если бы не этот так вовремя появившийся незнакомец, негодяи блестяще осуществили бы свой дьявольский замысел. Кто бы поверил моим оправданиям, когда я достал из своего кармана карты? Сомнение в моей честности готово было охватить меня самого, и вдруг Тарзан подтащил к столу твоего милого Николая и объяснил, как все произошло.

— Тарзан? — спросила изумленная графиня.

— Да. Ты знаешь его, Ольга?

— Я видела его. Лакей указал мне на него сегодня.

— Вот как? А я и не знал, что он так знаменит! — заметил граф.

Ольга де Куд поспешила переменить тему разговора. Ей было бы трудно объяснить, почему лакей называл ей имя красивого Тарзана.

II

Ненависть и…?

На другой день после обеда Тарзан увидел тех двух человек, с которыми столкнула его накануне судьба и любовь к сильным ощущениям. Субъекты, иначе их не назовешь, находились в безлюдной части палубы и горячо спорили с какой-то женщиной. Тарзан заметил ее богатый наряд, тонкую, девическую фигуру. Густая вуаль, закрывавшая лицо, мешала разглядеть ее черты. Говорили все трое на каком-то странном, непонятном языке — и только по внешнему виду женщины он мог догадаться, что та чем-то напугана.

У Рокова был такой угрожающий вид, что Тарзан не мог не остановиться, почувствовав висящую в воздухе опасность. Он подошел в тот момент, когда Роков схватил свою собеседницу за руку, как бы пытаясь вырвать у нее какое-то признание. Неизвестно, что сделал бы он в следующее мгновение, если бы чьи-то стальные пальцы не впились ему в плечо. Он повернул голову и встретил пристальный взгляд знакомых серых глаз.

— Проклятье! — взвизгнул разъяренный Роков. — Что вам здесь нужно? Вы, должно быть, сумасшедший, если осмеливаетесь вторично становиться мне на дороге.

— Вот мой ответ, сударь! — спокойно сказал Тарзан и оттолкнул от себя Рокова с такой силой, что тот чуть не свалился за борт.

— Черт возьми! — вскричал Роков. — Негодяй, я вас увью тут же на месте!

Вскочив на ноги, он схватился за револьвер.

Женщина в ужасе закрыла лицо руками.

— Николай, — закричала она, — не делай этого! Сударь, бегите скорей, или он на самом деле убьет вас!

Вместо того, чтобы последовать ее совету, Тарзан лицом к лицу встретил своего врага.

— Не делайте глупостей, сударь! — сказал он.

Роков, еще более раздраженный спокойным и пренебрежительном тоном Тарзана, прицелился, но револьвер дал осечку. В тот же момент Тарзан выбил оружие из его руки. Пистолет исчез в волнах океана.

Несколько мгновений противники неподвижно стояли друг против друга. Самообладание вернулось к Рокову.

— Вы, сударь, дважды вмешались в дела, которые вас ни в коей мере не касаются. Дважды вы оскорбили Николая Рокова. На первый все сошло для вас благополучно, так как я предполагал, что всему виной неведение. Но вторичного оскорбления я не оставлю без ответа. Если вы, сударь, до сих пор не знали, кто такой Николай Роков, то теперь вы поближе познакомитесь с ним!

— Вы — трус и негодяй, — ответил Тарзан. — Больше мне ничего не нужно знать о вас! — и он повернулся к незнакомке, чтобы осведомиться, как она себя чувствует, но ее уже не было. Тогда, не удостаивая Рокова и его приятеля взглядом, Тарзан продолжил прерванную прогулку.

Поведение двух негодяев казалось ему загадочным. Он никак не мог понять смысла и цели той очевидной интриги, которую они все время вели. В наружности молодой женщины было что-то знакомое Тарзану. Однако, не разглядев ее скрытого под вуалью лица, он не мог быть уверен в том, что встречал ее раньше. Единственное, что запомнилось, — кольцо очень тонкой работы, украшавшее палец руки, за которую схватил ее Роков.

Тарзан начал присматриваться к рукам всех дам, которые встречались ему, надеясь таким путем узнать таинственную незнакомку.

Он опустился в плетеное кресло и занялся разглядыванием проходивших мимо него пассажиров. В каждом из них он видел то жестокость, то себялюбие, то хитрость, с которыми познакомился еще в джунглях, когда первый из людей, с которыми ему пришлось столкнуться — черный, лоснистый Кулонга, — своим метким копьем убил Калу, большую обезьяну-самку, заменившую Тарзану мать с его раннего детства.

Он вспомнил об убийстве Кинга, о том, как мятежники с «Арроу» бросили профессора Портера и его спутников на произвол судьбы, о зверской расправе с пленниками черных воинов племени Мбонга, о том завистливом недоброжелательстве, с которым встретили его на границе цивилизованного мира офицеры и чиновники западно-африканской колонии.

— Увы, — думал Тарзан, — все они одинаковы. Обман, насилие, предательство, — и все это только ради денег, которые открывают доступ к изнеженным наслаждениям. Будучи связанными по рукам и ногам своими глупыми обычаями, которые превращают их в рабов удачи или неудачи, они в то же время твердо верят в свое высшее назначение, в свое превосходство над миром, в то, что они, и только они, наслаждаются жизнью во всей ее красоте.

Этот мир, населенный идиотами и больными, был ненавистен Тарзану. Он не прощал себе того, что свободу и радость жизни в джунглях променял — хотя бы и на короткое время — на ложь цивилизации.

Размышляя таким образом, Тарзан неожиданно почувствовал, что кто-то внимательно наблюдает за ним. Усвоенная в джунглях бдительность позволила ему обернуться так быстро, что молодая женщина, сидевшая неподалеку, не успела отвести глаз. Краска залила ее щеки, она поспешила отвернуться, а Тарзан, довольный результатом своего не совсем галантного поступка, улыбнулся и устроился поудобнее в кресло. Женщина, смотревшая на него, была молода и очень привлекательна. Кроме того, в ней было что-то знакомое. Что именно, Тарзан не мог сказать.

В этот момент молодая женщина встала. Когда она проходила мимо Тарзана, он насторожился, как бы почуяв, что близок к разгадке. Ему не пришлось разочароваться. Женщина подняла руку, чтобы поправить шарф, накинутый на плечи, и Тарзан увидел знакомое кольцо.

Значит, это была она, — та самая женщина, которую преследовал Роков. Но кто она? Что общего между ней и наглым авантюристом?

Вечером, после обеда Тарзан до наступления темноты прогуливался по палубе, беседуя с помощником капитана. Когда служебные обязанности заставили его собеседника подняться на капитанский мостик, Тарзан лениво оперся грудью на перила и стал наблюдать игру лунных лучей на медленно катившихся волнах.