Такое впечатление, что генералы озабочены не боезапасом, а как от него избавиться. В советское время, да и при царе, «забота» противоестественная! Снарядов много быть не может. Лишних не бывает.
Всегда считалось: уважение соседей напрямую зависит от количества накопленных боеприпасов. Соседние генштабисты скрупулёзно подсчитывали дебит с кредитом, терроризировали разведчиков-шпионов, чтобы выяснить, на сколько хватит боезапаса у вероятного противника. Но сегодня у нас в ходу лозунг: «Бей своих, чтобы чужие боялись»!
Булгаков объявил, что до конца года, кровь из носу, необходимо ликвидировать 1,7 миллиона не то единиц, не то тонн боеприпасов. И 65 полигонов для этого «славного» дела недостаточно. Когда делали, никто не думал взрывать в чистом поле, а не на полях сражений. Странная армия, невиданная ситуация, бедный боевой генерал!
Я побоялся ослышаться, когда военачальник говорил об 1,7 миллиона, но в №26 «ВПК» пришло удручающее подтверждение: речь идёт именно об 1,7 миллиона тонн, а не изделий. 30 июня на коллегии МО РФ намечены конкретные шаги, направленные на повышение безопасности на артиллерийских складах и арсеналах. И что же? Кардинальное решение – «радикальное сокращение на 115 единиц складов и арсеналов, что, по мнению МО РФ, позволит избавиться от наиболее ветхих из них… Из 32 объектов останется четыре головных и восемь филиалов»!
Можно представить, как рукоплещут решению МО РФ вероятные противники! Насколько упрощается подготовка первого удара!
И кстати, много это или мало - 1,7 миллиона тонн? Масса накопленных к 22 июня 1941 года артиллерийских выстрелов и мин для миномётов составляла 1 миллион 150 тысяч тонн (В. Спасибо, «Снарядная бухгалтерия Великой Отечественной», «ВПК», №26-2011)! Надо ли как-нибудь комментировать эту цифру?
Двадцать лет, как мой институт, в советское время отвечавший за уровень производства артиллерийских снарядов и средств ближнего боя, практически не работает по назначению, занимаясь чёрт знает чем, пытаясь выжить и сохранить производственные мощности. Те же двадцать лет на 65 полигонах непрерывно взрывают нашу продукцию, но справиться со снарядным изобилием и могуществом не могут.
Гордость переполняет моё сердце! Не из-за наших ли снарядов страна, рухнувшая в одночасье, ни разу за это время по-настоящему не воевала?
Но, кажется, дело вступило в завершающую фазу. С последними уничтоженными снарядами война встанет в повестку дня. «Ты этого хотел, Жорж Данден?» - придется спросить главного распорядителя артиллерийских фейерверков.
В газете «Мир новостей» семидесятилетие со дня начала Великой Отечественной войны отмечено заметкой в рубрике «Если завтра война» под заголовком: «Сегодня мы не выстоим даже против агрессии среднего масштаба»! Перечислив основания для такого сокрушительного умозаключения (отсутствие духовного единства, разрушение кадровой армии, отставание в обычных высокоточных вооружениях), генерал-полковник Л. Ивашов закончил:«Я с огромной тревогой наблюдаю за взрывами в наших арсеналах. У артиллерии из-за них уже нет боеприпасов, чтобы сражаться хотя бы неделю. Эта ситуация хуже, чем в июне 41-го».
Говорят, вот так же перечислял некий маршал, отчитываясь перед Наполеоном за проигранное сражение. «А ещё у нас не хватало снарядов», - закончил он список причин. «С этого надо было начинать», - прервал его император. Даже весьма уважаемый генерал загоняет боеприпасы в конец списка – что уж говорить об иных, далёких от обороны и оборонки?
С начала первого взрыва в Башкирии неделю за неделей телевидение нагнетало обстановку вокруг арсеналов. Расспрашивали местных жителей, подчёркивали, что живут, как на вулкане. Оказывается, не чужих снарядов надо бояться, а собственных! Вместо того чтобы навести порядок на складах, пресечь злоупотребления, привлечь специалистов, речь шла об уничтожении под маркой утилизации. И доказывалось, будто это благо!
Благо, когда у своей армии есть всё для защиты Отечества. А когда отнимают последнее, это называется преступлением.
Мир перевернулся: понятием «эффективность» манипулируют, как хотят. Танк Т-90 «неэффективен», потому что за ту же цену генералы могут приобрести три «Леопарда»! Но это же не лимузин, а машина для уничтожения как раз этих самых «Леопардов» и прочих хищников! Полководцы, ставящие во главу угла цену – это что-то новенькое. Между тем, в продолжение десяти лет Т-90 – самый крупносерийный основной боевой танк в мире. Только на экспорт поставлено около 900 единиц. Но своя армия получила не более 400: не потому ли, что военные мечтают о «леопардах»? Руководитель Рособоронпоставки Надежда Ситникова, отвечая на вопросы редакции «ВПК», сообщила о расширении доли электронных торгов до 77%. Не там ли будет решаться, какой танк приобретать Министерству обороны? Удивительно ли, что «пока не все предприятия ОПК прошли процедуру аккредитации на электронных торговых площадках, что свидетельствует о низком проценте их участия в открытых аукционах»?
Неладным запахло ещё при Горбачёве, когда объявили пресловутую конверсию. Оставив без госзаказа, оборонку заставили осваивать производство товаров народного потребления без дополнительных вложений на основе внутренних ресурсов, при этом издеваясь и посмеиваясь, что конкурентоспособные утюги не получаются у изготовителей сложнейшей военной техники.
Помню, директор отправил меня присмотреться к чертежам нового утюга на предмет освоения в нашем производстве: более десятка прессформ, масса технологической оснастки, изготовлять его отнюдь не проще артиллерийского снаряда. Эффективно ли делать ТНП вместо боеприпасов? Примерно так же, как снаряды вместо утюгов.
Для соревнования с всемирно известными западными корпорациями, десятилетиями и столетиями выпускавшими барахло, нам не дали ни денег, ни времени. Чего в этом больше - демагогии или издевательства над здравым смыслом? Скорей последнего, ибо любой нормальный человек будет продавать то, что умеет делать лучше всех.
Уничтожение ТОЗа (Тульского оружейного завода) происходило на моих глазах. После ликвидации Союза Москва запретила ему продавать АК (автоматы Калашникова) режиму Гамсахурдиа. Якобы из гуманных соображений: нехорошо вооружать националиста. Грузины нашли, у кого купить помимо ТОЗа, но производство АК в Туле накрылось медным тазом.
Двадцать лет спустя история повторилась один к одному. ТОЗу запретили продавать оружие Ирану. На этот раз из-за санкций ООН, которые по странности касаются самого что ни на есть оборонительного оружия. Как бы знаменитому на весь мир заводу не закончить своё существование к своей трёхсотлетней годовщине в 2012 году…
Речь давно уже идёт не о народно-хозяйственном эффекте, а об эффекте Чубайса. И не вчера начались «чудеса»! Составами пошли корпуса снарядов на переплавку в Китай, на иголки порезали авианесущие крейсеры и АПЛ, под пресс под присмотром заокеанских военспецов - стратегические бомбардировщики и межконтинентальные ракеты. Цеха оборонных предприятий раздевали донага, обдирая даже металлоконструкции – всё до последней железки в металлолом! Эффективно?
Из Москвы выселяют автомобильные и авиационные заводы, из северной столицы – судостроительные, освобождая городские площади под застройку офисами и элитными домами. Эффективно??
С той же целью отправляют под шпиль Адмиралтейства Главный военно-морской штаб, не взирая на то, что придётся заново налаживать спецсвязь с флотами, дорогую систему, устраиваемую десятилетиями. За расходами не стоят, потому как государственные. Это хозяевам и чиновникам, лоббирующим безумные проекты, куда как выгодно и эффективно!
Выгода отдельных энергичных и предприимчивых оборачивается колоссальным убытком для народа и государства. В том же «МН» от 28 июня Делягин сказал, что вступление в ВТО ничего не даёт стране, ибо нам нечего продавать, кроме энергоносителей, а они и так хорошо продаются.
В обороне, за что ни возьмутся, всё шиворот - навыворот. «Мистрали» без кораблей сопровождения превращаются в обузу, новые АПЛ без «Булавы» - в проблему, а на зарубежную ВТ, приобретаемую во всё возрастающих количествах, невозможно смотреть без слёз, ибо на неё нельзя положиться. Прежде чем её применять, надо интересоваться, у кого куплена – а вдруг не стронется с места или вовсе начнёт стрелять в нашу сторону?
Привыкший к дисциплине, к секретности, к серьёзности в оборонных делах, я ничего не понимаю в современной оборонке! Кажется мне, что она не наша и армия – чужая и идёт ползучая оккупация Отечества. Читаю «ВПК», прислушиваюсь к бывшим сотрудникам, задержавшимся на производстве, внимаю военным, но ничего утешительного не обнаруживаю.
