Оригинал был аккуратно уложен в широкий карман, пришитый к нижней юбке. Эмми спрятала инструменты и снова повесила раму на стену. Отступила назад и удостоверилась, что картина висит ровно. Удовлетворённая, она круто развернулась и поспешно покинула галерею. Перед тем, как снова появиться в дамской комнате, она водрузила на место очки и вернула осанку миссис Каупер. Потом велела одной из горничных передать Леди Бакстон и хозяйке дома, что сильная усталость вынуждает её уйти пораньше.
Застегивая пальто, Эмми проковыляла вниз по главной лестнице, где Недотёпа с экипажем уже ждали её. Когда они степенным шагом выехали за ворота особняка Нортов, она задёрнула занавески и откинулась на сиденья. Вечер выдался утомительным.
Эмми улыбнулась про себя. Утомительным было всё, кроме увлекательного поединка с этим отвратительным маркизом. К сожалению, несмотря на все его недостатки, она почувствовала сильнейшее влечение к этому мужчине, и это обеспокоило её. Просто счастье, что ей не придётся больше встречаться с ним.
С первого же взгляда на маркиза она поняла, что он полагал, будто красота, титул и богатство освобождают его от необходимости быть добрым или вежливым. Она ненавидела мужчин с таким раздутым самомнением. Уж слишком часто они ей встречались, и самым злобным и опасным из всех был её отчим, Эдмунд Чип.
Но о нём не стоило думать. Он умер. А она осталась разгребать за ним последствия его дурного поведения - двое сводных братьев Эмми и одна сводная сестра оказались оставлены без средств к существованию. Она всё ещё помнила, как удивилась, когда пять лет назад узнала про детей. Неужели, прошло уже целых пять лет? Эмми улыбнулась, вспоминая. Да, не меньше пяти, ведь Черенок, самый младший, был тогда младенцем. Старшему, Франту, было пять, а малышке Фиби только два.
У её отчима в Сэнт Джайлзе была другая женщина, более соответствующая его вкусам, чем родовитая мать Эммы. Но он обращался с ней и её детьми не намного лучше. Та женщина умерла вскоре после отчима, оставив детей на Эмми, которая раньше и понятия не имела о существовании этой, второй семьи.
Экипаж поехал, грохоча, на восток по Стрэнду [5], замедлил ход и свернул на боковую улочку. Когда экипаж остановился, Эмми отдёрнула занавески и выглянула из окна. Тощая фигура отделилась от группы зевак и вышла на дорогу.
- Добрый вечер, Чревис.
- Добрвечер, миссис Эппл.
Она передала Чревису картину и задержалась, глядя, как тот быстрым шагом удаляется от экипажа. Двое её людей, охраняя, пошли за ним, и вскоре вся группа растворилась в свете фонарей. Эмми опустила занавеску, и Недотёпа снова привёл экипаж в движение.
Снимая седой парик и смывая грим, старивший её лет на пятьдесят, Эмми мысленно подсчитала, сколько у неё денег в банке и сколько прибавится после сегодняшнего дела.
- По прежнему мало.
Беспокойство, как маленький мерзкий гриф уселось у неё на плече и стало терзать ей душу. Её любимцу Франту, самому старшему из сводных братьев, пора идти в школу. Эмми пообещала себе, что её братьев не постигнет её собственная участь. Мать Эмми, мисс Джейн Маргарет Фокс, была дочерью обедневшего аристократа, наивной и безрассудной. Достаточно безрассудной, чтобы пасть жертвой своего работодателя почти сразу же после того, как её приняли на работу гувернанткой. Легковерность матери до сих пор шокировала Эмми.
Эмми просто не могла взять в толк, как можно так довериться мужчине. Покачав головой, девушка вытерла лицо мокрой салфеткой из чемоданчика с косметикой. Конечно же, её мать вышвырнули на улицу, как только стало ясно, что она беременна. Кто знает, что бы с ней стало, не встреть она Эдмунда Чипа и не выйди за него замуж!
Но Чип был не лучше так называемого джентльмена. Он оказался профессиональным мошенником, одним из тех воров, что грабят богачей. Конечно, Джейн Маргарет сперва понятия не имела, чем он занимается. Со временем, однако, истинная натура её мужа выплыла наружу. Столкнувшись с правдой, Джейн Маргарет предпочла её игнорировать, во всём оставаясь леди и соответственно воспитывая свою дочь.
К несчастью, после смерти матери Эмми, воровские способности Чипа, под воздействием выпивки, сошли на нет. Благосостояние отчима стремительно падало и условия, в которых жила Эмми становились всё хуже и хуже. Уже в тринадцать лет она была полностью предоставлена самой себе. А хорошим воспитанием, которое так заботливо вкладывала в неё мать, в Сент-Джайлзе сыт не будешь. Эмми выучилась воровскому искусству у помощников Чипа, и сама стала мошенницей.
Эдмунд Чип дал ей мало хорошего. Но это он помог ей придумать миссис Эппл. Чтобы защититься от опасностей Ист-Энда она обзавелась вымышленным мужем, покойным, для простоты картины. Эмми быстро училась, приобретала защитников и союзников, и на данный момент её приказы беспрекословно выполнялись более чем дюжиной способных подчиненных. Да, идеей с миссис Эппл она была обязана Эдмунду Чипу. А еще она была обязана ему смертью матери от огорчений и болезней, вызванных жизнью в лондонских трущобах.
Неважно. Чип и обе его жены умерли, а Эмми надо было заботиться о себе и своём маленьком семействе. Возможно, ей так и придётся прожить жизнь среди грабителей, карманников и шлюх, но ни Франт, ни Фиби, ни Черенок больше и ногой не ступят в трущобы. Эмми готова была ограбить саму королеву, лишь бы этого не случилось.
Сейчас дети живут в Кенсингтоне, в симпатичном домике, утопающем в зелени. Каждый из них получит должное воспитание и сможет учиться в лучших школах, сможет водить знакомства с подходящими людьми. С уважаемыми людьми, а не с мошенниками, которые залезают в дамские сумочки и кончают жизнь в Ньюгейте. И не с мальчишками- взломщиками, и не с попрошайками, хватающими всё, что плохо лежит.
Не для её братьев и сестры воровские притоны восточного Лондона, или скрытки, где прячутся те, кто слишком много выпил или ограбил работодателя. Эмми уже тошнило от тёмных лабиринтов трущоб с их засадами на полицейских и неосмотрительных прохожих. Но пока она не соберёт достаточно денег, подобные места будут служить ей рабочим местом, гостиной и спальней.
Экипаж остановился на задворках Сент-Джайлза. Эмми вышла на углу, где торговка продавала мясные пирожки двум мужчинам в потертых костюмах.
- Кому пирожки мясные! Пирожки горячие!
Эмми посмотрела на кучера.
- Отличная работа, Недотёпа. Возвращайся в конюшню.
- Да, миссис. Приятного вечерка, миссис.
Эмми повернулась к мужчинам, поспешно дожевывавшим пирожки.
- Привет, Соня, привет, Трубочист.
Телохранители приподняли шляпы.
- Мы уж начали волноваться, миссис Эппл,- сказал Соня. Он был похож на чернорабочего, или на одного из тех тысяч железнодорожников, что наводнили Англию стальными рельсами.
