Лина сделала шаг назад и скользнула под руку Нэша.
— Что ты делаешь после этого… собрания? — спросила она.
Я прекрасно понимала, почему она спрашивает. Они придут и будут рядом, если я попрошу. Чёрт, да даже если не попрошу. Если они хоть на секунду подумают, что мне нужно поплакать на чьём-то плече, жахнуть хороший коктейльчик или помыть полы, то Наоми и Лина будут рядом.
— Мама и её подруги забронировали визит в спа с ночевкой, а Мэйв устраивает семейный ужин для приезжих родственников, — сказала я. Это не ложь. Моя сестра приняла у себя наших тётушек-дядюшек и их детей. Но я уже планировала сослаться на мигрень и провести ночь, выплескивая свой неряшливый поток грусти в уединении моего дома.
— Давайте соберёмся в ближайшее время. Но не на работе, — сурово добавила Наоми. — Ты возьми столько выходных, сколько тебе нужно.
— Да. Определённо. Спасибо, — сказала я.
Мои подруги двинулись дальше, к моей маме, и оставили будущих отцов своих детей со мной.
— Пи**ец как отстойно, — ворчливо сказал Нокс, обняв меня.
Я улыбнулась ему в грудь.
— Ты не ошибаешься.
— Если тебе что-то нужно, Слоани-Болони, — сказал Нэш, подходя для своего объятия. Ему не нужно было заканчивать предложение. Мы выросли вместе. Я знала, что могу положиться на него во всём. То же самое с Ноксом, хотя Нокс не предлагал прямым текстом. Он бы просто пришёл, ворчливо сделал какой-нибудь продуманный и помогающий поступок, а потом рассердился бы, если бы я попыталась его поблагодарить.
— Спасибо, ребята.
Нэш отстранился и окинул взглядом толпу, которая хлынула из помещения в фойе. Даже на похоронах наш шеф полиции напоминал сторожевого пса, который убеждался, что его стадо в безопасности.
— Мы никогда не забудем, что твой папа сделал для Люсьена, — сказал он.
Я напряглась. Каждый раз, когда кто-то упоминал имя этого мужчины, это ощущалось так, будто в моей голове звонил колокол, и этот звон отдавался в моих костях, будто это должно что-то значить. Но это не так. Уже не так. Максимум это значит «я ненавижу этого парня».
— Ага, ну, папа за свою жизнь многим помог, — неловко сказала я.
Это правда. Саймон Уолтон служил как адвокат, как тренер, как наставник и как отец. Если так подумать, он и его величие, наверное, и виноваты в моём нынешнем состоянии безбрачия и бездетности. В конце концов, как я должна найти спутника жизни, если никто не мог сравниться с тем, что мои родители нашли друг в друге?
— Помяни чёрта, — сказал Нокс.
Мы все посмотрели на дверь, которая вела в заднее помещение, и её проём внезапно заполнился мрачным мужчиной в дорогом костюме.
Люсьен Роллинс. Люс или Люси для друзей, которых у него было немного. Люцифер для меня и остального легиона его врагов.
Я ненавидела то, как моё тело реагировало на этого мужчину всякий раз, когда он входил в комнату. Это покалывающее ощущение осознавания, будто каждое нервное окончание в моём теле одновременно получило этот посыл.
Я могла справиться с тем подспудным биологическим предупреждением, что опасность поблизости. В конце концов, в этом мужчине не было ничего безопасного. Но я не могла справиться с тем, что покалывание мгновенное превратилось в тёплое, счастливое, рефлекторное «А вот и ты», будто я задерживала дыхание в ожидании его появления.
Я считала себя непредвзятым, живи-сам-и-дай-жить-другим, рассудительным и зрелым взрослым человеком. И всё же я терпеть не могла Люсьена. Само его существование давило на все мои кнопки. И именно об этом я напоминала себе всякий чёртов раз, когда он появлялся, будто призванный из какого-то дурацкого и отчаянного уголка моей психики. Я напоминала себе, что он больше не тот прекрасный и плутовской мальчишка из моих подростковых грёз книжного червяка.
Тот Люсьен, мечтательный и полный надежд мальчик, тащивший на себе слишком тяжёлое бремя, уже исчез. На его место пришёл холодный, безжалостный мужчина, ненавидевший меня так же сильно, как я ненавидела его.
«Я доверял тебе, Слоан. И ты предала это доверие. Ты нанесла в разы больше урона, чем когда-либо удавалось ему».
Теперь мы стали другими людьми. Наши взгляды встретились в привычном, дискомфортном узнавании.
Странно было иметь общий секрет с мальчиком, которого я когда-то любила, а теперь делить его с мужчиной, которого я терпеть не могла. В каждом взаимодействии имелся подтекст. Смысл, который не мог расшифровать никто, кроме нас двоих. И может, внутри меня имелся маленький, дурацкий, тёмный уголок, который испытывал восторг всякий раз, когда наши глаза встречались. Как будто тот секрет связывал нас в такой манере, которую никогда не разрушить.
Он двигался вперёд, и толпа вокруг него расступалась, будто власть и богатство прожигали свою тропу.
Но он не пошёл ко мне. Он пошёл прямиком к моей матери.
— Мой милый мальчик, — мама развела руки в стороны, и Люсьен шагнул в объятия, обнимая её с настораживающей знакомостью.
Её милый мальчик? Люсьен был сорокалетним мегаломаньяком.
Братья Морганы тоже отошли, чтобы присоединиться к своему другу и моей маме.
— Как вы все справляетесь, Слоан? — потребовала миссис Твиди, пожилая соседка Нэша и завсегдатай спортзала, занявшая их место. На ней был абсолютно чёрный велюровый спортивный костюм, а её волосы были убраны от лица весьма мрачной с виду налобной повязкой.
— Нормально. Большое спасибо, что пришли, — сказала я, принимая её мозолистую ладонь.
Краем глаза я увидела, как мама слегка отстранилась из объятий Люсьена.
— Я не знаю, как тебя отблагодарить. Я никогда не смогу отплатить тебе за то, что ты сделал для Саймона. Для меня. Для нашей семьи, — произнесла она со слезами.
Ээ, чего? Мои глаза против моей воли уставились на дьявольски красивое лицо Люсьена.
Боже, как он красив. Просто сверхъестественно красив, будто его слепили боги. Он бы наделал великолепных маленьких демонят.
Нет. Нет. Нетушки. Решительно исключается. Моя биологическая наклонная спираль не заставит меня смотреть на Люсьена Роллинса как на потенциального партнера.
— Знаешь, говорят, что силовые тренировки помогают справляться с горем. Тебе стоит прийти в спортзал на этой неделе. Моя команда хорошенько о тебе позаботится, — проквакала миссис Твиди, пока я силилась подслушать свою мать и Люсьена.
— Это я вам обоим обязан, — произнёс он хрипловатым голосом.
О чём, чёрт возьми, они говорят? Конечно, мои родители и Люсьен были близки, когда он был блудным подростком по соседству. Но это похоже на нечто более глубокое и недавнее. Что происходит, и почему я об этом не знала?
Перед моим лицом защёлкали пальцы, выдёргивая меня из мыслей.
— Ты в порядке, девочка? Выглядишь бледной. Хочешь перекусить? У меня тут протеиновый батончик и фляжка, — пробормотала миссис Твиди, копаясь в своей спортивной сумке.
— Ты в порядке, Слоан? — спросила мама, заметив нашу суету.
И она, и Люсьен теперь смотрели на меня.
— Я в порядке, — быстро заверила её я.
— Она как будто отключилась, — наябедничала миссис Твиди.
— Правда, я в порядке, — настаивала я, отказываясь встречаться взглядом с Люсьеном.
— Ты тут простояла два часа кряду. Почему бы тебе не подышать свежим воздухом? — предложила мама. Я собиралась подметить, что она простояла тут ровно столько же, сколько и я, но она повернулась к Люсьену. — Тебе не сложно?
Он кивнул и внезапно оказался рядом со мной.
— Я её отведу.
— Я в порядке, — повторила я, делая панический шаг назад. Моему отступлению помешала гигантская композиция из похоронных цветов. Моя попа налетела на стойку, и букет от пожарного департамента Нокемаута опасно пошатнулся.
Люсьен поправил цветы, затем положил большую тёплую ладонь на мою поясницу. Такое ощущение, будто мне прямо в поясницу ударила молния.
Я старательно пыталась никогда к нему не прикасаться. Когда такое случалось, внутри меня происходили странные вещи.
