Читаем без скачивания Страна за туманом - Д. Ман

– Завтра поеду домой, – сообщила мне перед сном Лена. – Разбуди, пожалуйста, пораньше.

– Я с тобой.

– Нет. Посиди здесь. Там ты мне будешь только мешать. Мне нужно уладить кое-что в институте. Я тебе позвоню.

Я уже знал, что Лена завалила сессию, и ей нужно было пересдать некоторые предметы, поэтому я не возражал. Утром она встала на удивление рано, её не пришлось будить, она собралась, чмокнула меня в щёку и пошла на остановку автобуса.

– Не провожай, не надо. Досматривай сны.

Я взглянул на часы. Семь утра. Можно, действительно, ещё поспать…

Целую неделю я общался с ней только по телефону, но общением это назвать было нельзя. Разговоры наши выглядели примерно так:

– Привет, как дела?

– Всё в порядке, но мне сейчас несколько неудобно говорить. Позвони позже.

– Целую, любимая. До встречи.

– И я тоже. Пока.

Я скучал всю неделю, а в субботу встал рано и поехал к Лене. На мои настойчивые звонки долго не открывали. Наконец, дверь приоткрылась, и я увидел заспанное Ленино лицо.

– А это ты… Проходи. Извини, тут не убрано. Почти двое суток справляли Лёлькин день рождения… Соседка уехала в отпуск, и вся квартира в моём распоряжении. Вчера вечером все свалили…

– А как дела в институте? – перебил я её.

– Потом, мне нужно доспать. – И Лена завалилась в кровать. Я осмотрелся. Кругом был страшный беспорядок: грязная посуда, пустые бутылки, конфетти, серпантин, окурки, посреди стола стоял кальян… «Не слабо гуляли» подумал я, отнёс всю посуду на кухню и расположился на диване.

Лена проснулась к обеду и первым делом спросила:

– А ты чего без предупреждения заявился? Я же сказала, что позвоню.

– Соскучился.

Лена приняла душ, мы всё убрали, пообедали тем, что осталось в холодильнике, допили неожиданно обнаруженную бутылку вина и завалились в постель.

Вечером Лена сказала:

– Завтра надо встать пораньше, в десять утра придёт хозяйка квартиры за ключами. Я уезжаю.

– И когда ты собиралась мне об этом сказать?

– Сегодня вечером и позвонила бы. Я забрала документы из института, переведусь в другой, поближе к дому. Скорее всего, в Иркутск.

– А как же я…

– А что ты? У тебя высшее образование уже есть. Я буду звонить, можешь ко мне приезжать…

Утром я проводил Лену в аэропорт и поехал на дачу.

– Как там Лена? – спросила мама. – Сдаёт экзамены?

– Уже всё сдала и уехала домой, – ответил я, хмурясь.

– А ты не хмурься. Девочку можно понять, целый год родных не видела…

На даче мне было скучно, я не знал, чем заняться.

– Сходи с Петром Семёновичем на рыбалку, – предложила мама.

– Ну, ты и придумала… Его же жена не пускает.

– Так то в мае, июне было, когда посадки, работы много…

– А сейчас конец августа – сбор урожая.

Петр Семёнович с женой Тамарой Евгеньевной жили от нас через два дома. Они, действительно там жили, круглый год. Дом у них был крепкий, бревенчатый, с русской печкой. Работы по дому, огороду и саду у них, и правда, было много. Ведь питались они овощами со своего огорода. Пенсионеры. В этом году Петра Семёновича посетила идея «фикс». Он хотел наловить как можно больше рыбы, сделать запас на зиму: забить рыбой всю морозилку, насушить, закоптить и засолить. Весь июнь мы только и слышали от Тамары Евгеньевны:

– Опять с утра пораньше смылся. Рыба ему нужна, а кто на огороде помогать будет…

– А приносит что?

– Мелочь всякую, пару раз щуку поймал. Оно того стоит… Знают все: не наловишь здесь ничего. И не раз ему об этом говорили… А ему, «что в лоб, что по лбу».

– Тогда значит, он просто удовольствие от рыбалки получает, – высказала своё предположение мама.

– Нет. У него идея… Вбил себе в голову, что в нашей речке живёт огромный сом.

– А что? Чего бы ему тут не жить…, – сказал, вдруг появившийся, Петр Семёнович. Он возвращался с рыбалки и, увидев свою жену на нашем участке, решил послушать, о чём речь.

– Ну, много ли наловил?

Пётр Семёнович достал из сумки трехлитровую банку и поставил на землю. В ней плавали караси, небольшие в среднем сантиметров по десять. Я присел на корточки и стал их рассматривать.

– Ну, я пойду, кошку поищу. Надо её обрадовать, что обед у неё сегодня будет.

Я не большой любитель рыбной ловли, но знал, что караси в речках не живут.

– Пётр Семёнович, а это что новый вид карасей? Речные?

– Да это я в пожарном водоёме наловил… Не идти же с пустыми руками домой… Знаешь, Рома, – сказал Пётр Семёнович. – Хочу я этого сома поймать.

– А вы уверены, что он есть?

– Уверен. Он мне почти каждую ночь снится. Сидит под корягой и посмеивается, мол «не достанешь ты меня». Ну, время покажет… Придумаю, как его достать. Вот тогда и посмеюсь… Представь, двухметровый сом… Всю морозилку его мясом забью. А Тамару не слушай, она обо мне беспокоится. Хорошая она… правильная. У неё так: праздники для отдыха, остальное для работы. «Делу время, потехе час». Она считает, что я бесполезно время трачу. Я с ней не пропаду, я «за ней, как за каменной стеной». И в обиду её никому не дам. И тебе желаю такую найти… «Не ищи жену в хороводе, а ищи в огороде» Пётр Семёнович хлопнул меня по плечу, подмигнул, подхватил банку и пошёл домой.

«Если тебя обманули, это не говорит о том, что ты дурак, это значит, что ты доверял человеку больше, чем он того заслуживал»

Вот так сказал мне мой знакомый Толик, когда я пожаловался ему на, вдруг обрушившиеся на меня, проблемы. От Толика можно всего ожидать, он учился когда-то и читал много. Иногда, когда не пьёт, рассуждает здраво и может выдать что-нибудь стоящее. Толик старше меня на пятнадцать лет. Он шалопай из благополучной семьи. Отец был профессором истории. Мать всю жизнь в торговле, была директором магазина. У Толика две старшие сестры, очень благополучные. А Толик дважды побывал в местах заключения. «И что у меня с ним общего?» спросите вы. «Да ничего» Просто я с ним вместе работал на строительной базе. Я продавцом, а он грузчиком. Толику можно было рассказать о том, о чём другим не скажешь… Но у него были свои странности.

Посидев на даче неделю, я поехал в город, нужно было подумать о какой-нибудь работе. Денег оставалось мало. Но тут вдруг у меня образовалась проблема со здоровьем: зуд и выделения. «Это только от Ленки». Я знал, что больше не увижу её никогда. Но разве я заслужил в конце наших отношений такой подарок… Вот обо всём этом я и рассказал Толику.

– Что делать?

– А ты ей позвони…

Я набрал номер, длинные гудки. С третьей попытки Лена ответила.

– Лена, у меня проблемы… Не можешь сообщить мне, с чем я столкнулся? Какое заболевание лечить…

– Не знаю, я здорова.

– А мне, что же ветром надуло…

– Причём тут я? Обращайся к тому, с кем спал…

– А я и обращаюсь…

– Не звони мне больше, мне не до тебя. – И бросила трубку.

– Вот с…, хоть бы сказала от чего лечиться…

– Плюнь, – сказал Толик. – Само пройдёт. Наш народ лечиться не любит. У русских всего две болезни «капец» и «фигня». «Капец» совсем не лечится, а «фигня» сама проходит.

– Чего-то ты сильно умный стал, с тех пор как я тебя в последний раз видел. Мне не до глупых шуток.

– Ну, тогда топай в больничку.

Ничего мне и не оставалось. Я пошёл в платную клинику, в которой вместе с покупкой таблеток и оставил все оставшиеся у меня деньги. Народ наш лечиться не любит, но на это у него есть причины: во-первых, нет хороших специалистов, и от этого очень большое недоверие к врачам, во-вторых, бесплатно выходит долго и не всегда эффективно, болезнь может перейти в хроническую форму, а платно слишком дорого: приём врача, анализы, сами лекарства, но зато быстро. У меня вышло не очень быстро, так как я подхватил две инфекции. Было очень обидно, я не жадный, но тут вдруг вспомнил, как хотел купить лодку с мотором и отправиться в поход по реке… Нет, всё таки я дурак. Разве можно кому-то доверять в наше время… Раньше говорили, что пока пуд соли с человеком не съешь, его не узнаешь. Но так хочется верить в хорошее…

Ни на какую работу я, естественно, устраиваться не стал, мне нужно было сначала вылечиться физически и морально. Я очень плохо переношу незаслуженные обиды, долго их не забываю, занимаюсь «самокопанием», начинаю думать, что причина во мне самом, что я самый последний «лох», теряю уверенность в себе. И как в таком состоянии ходить на собеседования. Я не твердокожий, а, наоборот, очень ранимый человек.

Иногда я заходил к Толяну попить пивка, но он был слишком занят. Конец августа, сентябрь это его время. Толик чуть ли не каждый день ездил в лес. Он знал места, где росли подосиновики, подберёзовики, белые. Собирал он и ягоды: чернику, бруснику, клюкву, калину – всё, что мог продать у ближайшего к дому магазина. Ведь он не работал и был на иждивении сестёр, которые платили за квартиру и приносили продукты. Наличные ему давали редко из опасения, что он их пропьёт. И правильно. Запои у него случались и нередко. Он и трезвый часто был неадекватен, а пьяный нёс полный бред. Я иногда думал: он или сказочник, или параноик… Скорее все таки второе, ведь две отсидки и приём наркотиков должны были как-то сказаться на его психике… Сейчас наркотики он не принимал, но думаю, что не отказался бы, если бы ему их принесли. Толян, ещё до всех публикаций и выступлений в прессе о том, что нас прослушивают через сотовые телефоны, телевизоры и другую бытовую технику, утверждал, что за ним следят, говорил о прослушивающих антеннах, направленных на его квартиру.