— Нет, — прошипела я обеспокоенно. — Никто не прощается. Ты меня слышишь? Здесь никто не прощается. Пойдёмте, дамы. Даринда, помоги Оливии. Мира, помоги Сиаре.
Я забрала Фьюри у его матери и прижала к себе.
— Калиин и Кейд, идите за мной, — твёрдо приказала я, отвергая беспокойство, возникшее в коридоре. — Все держатся за руки и следуют за мамой, как мы учились, — закончила я и обернулась посмотреть в золотистые глаза, обладатель которых смотрел на меня с гордостью. — Я люблю тебя, Фейри. Скоро увидимся.
— Я всегда вернусь к тебе, Питомец.
Я сглотнула комок в горле, а пульс колотился в ушах, заглушая бой барабанов, звучавший во дворе. Райдер ушёл из поля моего зрения. Смерть вышел из тени, посмотрел на меня, затем на моих детей и женщин, которые шли со мной по коридору. Он склонил белокурую голову, повернулся и без единого слова исчез в темноте.
Глава 2
Я отлично работаю под давлением. Во время хаоса я работаю великолепно. Но факт, что мои дети в опасности приводил в ужас. От мысли, что Райдер отправился на встречу с неизвестным врагом, я цепенела. А всё потому, что какой-то древний закон запрещал королеве и королю вместе участвовать в битве. Средневековое дерьмо, которое нужно немедленно переписать, но надвигающаяся война в данный момент ставила крест на деталях. Один из нас, либо же один из наших наследников, будь совершеннолетними, должен остаться в резиденции. До момента, когда Райдер занял трон, его роль играл Лахлаг, но мы дали клятвы, и теперь закон в силе. Мне это противно. Возникало ощущение, что я надела фартук домохозяйки и звонила в колокольчик, созывая семью обедать.
Я остановилась в дверях, считая женщин, входящих внутрь. Повернувшись, я посмотрела в конец коридора, откуда эхом отдавались звуки шагов. Появились Лилит и Айслин, неся детей.
— Даринда, со мной, — настойчиво сказала я, направляясь к женщинам с детьми. Осиротевших из-за войны с магами смешанных детей фейри ежедневно выкидывали в замки многих королевств. В последнее время наш мир переполнили маленькие младенцы, подменыши и отпрыски других существ. Всё это выглядело так, будто мы собирали целую армию грязных, но милых крошечных ёжиков.
Добравшись до Айслин, я взяла у неё из рук крошечный свёрток, пока она положила руку себе на живот. Она сморщилась, и я нахмурилась.
Даринда взяла на руки маленького подменыша, прежде чем поймать мой взгляд поверх светловолосой головы Айслин. Взглянув на живот Айслин, Даринда сжала губы в прямую линию, и мы повели всех под защиту башни.
Когда мы подошли к двери, я резко развернулась на пятках, наклонив голову вправо и прислушалась, используя нечеловеческий слух, не идёт ли кто за нами. Подавшись вперёд, я заглянула в комнату, разглядывая множество маленьких детей стоящих с беременными женщинами.
Я молча вошла в комнату и положила руки на стену, ожидая, пока светящиеся синие руны запечатают нас в безопасности охраняемой башни. Это убежище по версии Райдера. Припасов здесь полно, как и множество комнат и укромных уголков, где могут разместиться фейри. Он создал нам красивую тюрьму, чтобы, когда большие плохие воины пойдут на войну, мы, девицы, могли сидеть и пить чай с печеньем. В качестве доказательства Даринда принимала заказы на кофе и чай. Райдер на одну ступень выше пещерного человека, и всё же я любила его за это ещё больше. Главная комната довольно большая и вмещала много людей, но с младенцами и детьми она казалась маленькой.
Я выдохнула, восстанавливая самообладание, и заметила, что Оливия потирает поясницу, и это меня обеспокоило. Сиара же напротив качала Фьюри на животе, и ребёнок хихикал. Айслин стояла в стороне от них, рядом находилась Лилит; они сблизились из-за сходства их прежних жизней. Они обе выходцы из низших дворов и держались от нас подальше. Мы пытались сократить этот разрыв, желая, чтобы они скорее поняли, они — семья.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Кили, Мириэль и Фейлин, нужно, чтобы еду поставили на столы в другой комнате. Проследите, чтобы всё было приготовлено и разложено так, чтобы дети могли достать, прежде чем начнут грызть нам ноги или что-то ещё в таком роде. Даринда, проследи, чтобы другие служанки приготовили спальни для гостей, а о чае и печеньях позаботься позже, — тихо, но чётко проинструктировала я.
Хлопнув в ладоши, я изобразила на лице улыбку, надеясь заверить всех, что всё будет хорошо. Я тяжело дышала, скользя взглядом по комнате и не задерживаясь на человеке или предмете слишком долго. Меня беспокоило то, что происходило за стенами крепости. У нас не было возможности связаться с теми, кто находился за пределами барьера крепости, чтобы разузнать происходящее, и это огромный недостаток. Мы могли общаться только в стенах замка. Я лучше справлялась в бою, чем когда заперта в какой-то башне, словно Рапунцель. Мне нужно знать, что с Райдером всё хорошо. Я не могу просто сидеть, пока он там без меня сражается.
Мама Ристана, Аланна, бесшумно проскользнула в комнату и внимательно посмотрела на Оливию серебристыми глазами, такими же, как у её сына. Для миленького демона, Аланна любила ворошить дерьмо. Мать Райдера, Кира, играла в подобные игры, заставляя его перенести её в Тёмное Королевство. Она всё говорила о мрачных предзнаменованиях и отказывалась подходить ко мне и детям. И не важно, что я любила её сына. Она говорила только о том, что вместе мы уничтожим мир. Не говоря уже о том, что обожала нападать на меня, а также на Райдера, которого она называла Алазандером, случайно спутав их.
Меня беспокоило, что многие женщины здесь беременны. Вероятнее, придётся что-то придумать для них. Судя по тому, как медленно они передвигаются, нужно найти для них лучший способ добраться до убежища. Хотя убежище для женщин не идеальное решение, это лучшее, что мы могли сделать, учитывая их деликатное положение.
Я просунула голову в одну из комнат и увидела Калиин, руководящую двором так, словно была рождена стать королевой. Сироты покорно сидели вокруг, разинув рты и ловя каждое её слово, пока она неторопливо потягивала чай. Я прислонилась к стене, разглядывая детей, оставленных на ступеньках нашего замка. Зандер ухмыльнулся, наблюдая за мальчиками и сжимая по бокам крошечные кулачки. Кейд повторил его позу, выгнув бровь, пока сестра в ярких подробностях описывала окружающим детям, где они прятались и Кровавое Королевство.
— Дядя Лиам, хотя и весь в шрамах из-за моего деда, сражается как рыцарь, — объяснила Калиин, размахивая руками, будто держала меч, и чай пролился на юбку её платья. — Я планирую когда-нибудь стать бойцом, как моя мама.
— А разве ты не девочка? — спросил мальчишка.
— Девочки тоже могут драться, — Калиин фыркнула, закатывая глаза к небу, чтобы набраться терпения. Она молча повернулась ко мне, ожидая комментария, и когда уголки моих губ приподнялись, указала на меня пальцем. — Моя мама режет глотки своим врагам, а она девочка.
Вот чёрт. Я точно не была готова к тому, что она это скажет.
— Она необычная, — пояснил мальчишка.
— Возьми свои слова обратно! — Зандер побагровел, тяжело дыша. Он сжал крошечные кулачки так сильно, что костяшки пальцев побелели.
— Дети, — пробормотала я, медленно выдыхая и потирая виски. — В нашем мире хватает сражений, давайте не будем добавлять к ним ещё больше. Кто голоден? — спросила я, меняя тему разговора, пока дети не подрались с толпой сирот. В ответ на их кивки я услышала смешок, и перевела внимание на Аланну.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Пошлите со мной, малыши. Посмотрим, чем король и королева решили нас покормить. — Аланна, вопросительно выгнув брови, перевела взгляд прекрасных глаз на Оливию. — Может, тебе стоит полакомиться сердцем одного из сирот. Мой внук, должно быть, умирает с голоду из-за твоей неспособности есть мясо.
— В этом нет никакой необходимости. Ристан отлично меня кормит, Аланна. — Со сладкой улыбкой Оливия откинула с лица рыжие кудри. — Он смешивает сердца с фруктами, чтобы убрать горечь. И только утром я такое ела.
