В момент освобождения узников из тюрьмы, все покровители были в спячке, бодрствовал лишь я один. Даже сама Собака спала. Я был единственным кто встретил бессмертных в телах богов. Одного мне даже удалось убить, но остальные, использовали на мне артефакты. Да, те самые, что были созданы ими в темнице с применением своих истинных сил. Мне нанесли множество ран, как та что терзает Собаку, но в куда большем количестве. Чтобы спастись, пришлось разбить остатки своего энергетического тела и души на многие миллионы осколков. И этот план удался. Однако, пока я пребывал в небытие, в этом мире всё только набирало обороты. Бессмертные разделились и попытались разделаться с моими собратьями, пока те были в спячке. Из этого ничего не вышло, ведь моя смерть разбудила покровителей. Максимум чего добились бессмертные, это ранения некоторых собратьев. Овца, Свинья и Кролик получили раны. Это стало началом их конца. Поняв что убить покровителей один на один бессмертные не могут, они начали плести паутину интриг. Всё переросло в затяжной конфликт. И плевать бы на это, братья смогли бы отстоять этот мир и всю вселенную, если бы не ложь мнимого учителя. Нас использовали в тёмную, мы действительно оказались такими же заключёнными, как и те кто сбежал. В итоге, эта правда смогла рассорить всех покровителей. Крыса, Собака, Овца, Свинья, Лошадь, Петух и Кролик не захотели предавать своих последователей, и тогда Бык, Змея, Тигр и Обезьяна напали на них. Каждый по отдельности, но с общими целями. Сбежавшие Бессмертные рассказали им, что если несколько существ разделят между собой всю энергию из сердца мира, этого хватит чтобы возвысить и вернуться обратно в статус бессметного. И может быть на этом всё бы и закончилось, но ведь бессметные узники дали клятву убить покровителей. Вот тут в игру и вступила Обезьяна. Она сблизилась с бессмертными куда сильнее других собратьев и смогла вывести тех на чистую воду, но вместо того чтобы раскрыть их план, она его поддержала. Я ведь сказал, что убил одного бессмертного? Убил. Так уж вышло, что Обезьяну должен был убить именно он. Вот этот поганый предатель и договорился, что он подставит собратьев, в обмен на помощь в возвышении. Во всей этой истории, нет места морским гигантам, ведь те по сути просто сбежали и просто спрятались, после чего никого не трогали. Но их пассивная позиция их и убьёт, а значит я смогу повлиять на их выбор. Собака подсказала мне те слова, которые им стоит услышать. Другое дело Ёкай, этим распри в нашем мире оказались только на руку. Собака поведала мне, что с момента разлада, они бродят по этому миру как у себя дома. Дошло до того, что Великие Ёкай стали обосновываться тут, а не жить в Бездне! Но и тут не всё гладко. Сыны и дочери Бездны не равны между собой и конкурируют за внимание праматери. Этим можно воспользоваться в своих целях.
— Твоя информация мне помогла. Думаю я знаю, как мне стоит действовать дальше.
— Когда придёт время последней битвы, позови меня. Я приду. Если мне будет суждено умереть, я умру в бою. А ты, заберёшь потом мой ключ.
— Так тому и быть,— произнёс я вставая с каменного пола.— На этом всё?
— Подожди немного. Сыграй со мной одну партию в Сёги. Пока играем, я расскажу тебе как впитать силу из плода с плато четырёх ветров. Его сила поможет тебе в предстоящих испытаниях.
Глава 2
Игральная доска высеченная из камня приковала мой взгляд. В прошлой жизни, будучи человеком, я лишь слышал про игру сёги. Японская настольная игра, чем-то напоминающая шахматы. Тогда я и подумать не мог, что глубоко в моей душе хранятся навыки великого мастера этой игры. Признаться честно, присев обратно и взяв в руки камни с подписанными названиями «фигур», я просто утонул в воспоминаниях и накрывшем меня удовольствии. С собратом мы сыграли действительно всего одну партию, но затянулась она на добрых шесть часов. И продлилась бы она дольше, если бы я осознанно не подставился и из-за этого не проиграл. В какой-то момент, я намерено упустил возможность войти в лагерь противника и превратить свою ладью в короля-дракона. А дальше вся моя стратегия просто рассыпалась под давлением подловившего меня на ошибке покровителя-собаки.
— Это была очень хорошая игра,— довольно произнёс мой собрат.— Настолько хорошая, что мы даже не поговорили о том, о чём собирались.
— Не хотелось портить удовольствие от игры,— признал я тот факт, что намерено не заводил диалог о нужных вещах, полностью отдавшись стратегии.
— Тогда, давай всё же приступим.
— Да, думаю стоит.
Не затягивая больше время, я материализовал плод с плато четырёх ветров. В пространственном кольце он сохранился в точности таким, каким я его туда и положил. Сияющий всеми цветами радуги плод не потускнел ни на йоту. На Земле, такое чудо приняли бы скорее за невиданной красоты драгоценный камень, нежели за плод какого-то дерева. Впрочем, это не было бы совсем уж неверно, ведь этот предмет не обладал мягкой корочкой и сочащейся соком мякотью. Он был крепок как бриллиант! Съесть нечто подобное мало кому под силу.
— Ну что, брат мой, как планируешь его использовать?— с лёгким прищуром в глазах спросил меня раненный покровитель, лежащий поверх источника первородной силы.
— Не ошибусь если скажу, что это ты мне грозился поведать, как впитать силу из плода,— ответил я ему.
— И всё же, я хотел бы услышать сначала твою версию.
— Поглотить, аккумулировать и постараться впитать столько, сколько в меня влезет?— вздёрнул я одну бровь в вопросительном жесте.
— Неплохой план, как для человека,— веско произнёс покровитель.— Но ты не человек. Ты пошёл по пути развития людей, но самая верхняя планка которая ждёт тебя на этом пути — возможности одного из богов, созданных нами, покровителями. Зачем тебе достигать следующей ступени? Просто сойди с этого пути и встань на верный.
— Ты предлагаешь мне сделать то, что ты продемонстрировал на себе?— спросил я у него.— Ты предлагаешь отказаться от физического тела и заменить его первородной энергией?
-Почти, ты и так состоишь из неё, но её в составе твоих клеток куда меньше чем нужно. Первородная сила пронизывает всё сущее, где-то в большей, где-то в меньшей степени. В этом и разница между смертным, добившимся власти над первородной энергией и покровителем. Мы и есть первородная сила мира, мы её сосредоточение. В какой-то степени, мы сгусток чистой энергии, обладающий сознанием,-произнёс мой собрат.— Только вернувшись к этой форме, ты обретёшь свою подлинную силу и вернёшь все потерянные воспоминания. Если тебе угодно, я помогу. Решать только тебе, но самостоятельно ты можешь наделать много глупостей. Единственное что скажу, вне зависимости от того, примешь ли ты моё предложение помощи или нет, помни какова истинная форма твоего тела. Моё тело, законченный рисунок, созданный мной самим из первородной энергии. В самом начале своего пути, я был собакой. Сколько миллионов лет назад это было, я не помню, да и не могу помнить. Я хотел стать покровителем собакой, и я стал им, потому что такова моя природа. Я бы мог создать твоё тело или тело любого другого нашего собрата, но тогда был бы не сильнее могущественного человека. Вот такой вот парадокс. Мой совет — если ты покровитель-дракон, то и будь им. Кажется странным, что обладая возможностью сделать себя любыми, нам приходится придерживаться исконной формы, но таковы законы мироздания. В наших родных телах, мы сильнее. Природная связь.
Новое тело. Мне конечно не привыкать меня формы, но полностью отказаться от физической оболочки, полностью разорвать связь с прошлым….это страшно. Не потому что непривычно, нет, просто я перестану быть тем, кем я был. До самого последнего момента, где-то в моей душе горел робкий огонёк надежды, что все эти изменения, формы дракона, птицы рух, райдзю, всё это можно обернуть вспять и я вновь вернусь на Землю парнишкой по имени Лиам Макой, он же Лев Градов. Я бы купил у барыги ствол без серийного номера, выследил бы убийц родителей и пустил бы им пули в лоб. Просто и эффективно, без всякого использования энергий, печатей и техник. Только порох и кинетическая сила пули. Но как видно, этому и правда не суждено сбыться. Мне не добиться своих целей, не став вновь тем, кем я был до раскола собственной личности. Человек во мне должен отказаться от последнего, что у него есть. От физического тела.
