Читаем без скачивания Времени мало - Евгения Романчук

Допивая залпом вино, женщина поспешно встала из-за стола. Немного шаткой походкой она вышла из кухни. Ее муж же остался сидеть неподвижно, уставившись на картину подсолнухов, висевшую на стене напротив. Не смотря на исход разговора, в нем по-прежнему где-то глубоко внутри теплилась надежда на то, что когда-нибудь все изменится. Его Мэри снова станет той самой улыбчивой и жизнерадостной женщиной, которой она была, когда он впервые ее увидел. Вера и оптимизм его всегда выручали. Поэтому и теперь он отказывался ставить их силу под сомнение. Все непременно наладится. Рано или поздно должно. А пока этой ночью Саймон поспит в гостиной.

Эрик

Молчание еще никогда так сильно не убивало. Невыносимо слушать его, тем более, если ты — двенадцатилетний подросток. Общение — это твое все. Ни школьные книги, которые за последние несколько недель успели покрыться внушительным слоем пыли, ни телевизор, часто транслирующий дневные ток-шоу с ужасающими темами освещения, ни даже агрессивные ноты любимых Snipknot никак не могли заменить банальную человеческую иногда лишенную всякого смысла болтологию.

— Ну Денни… Ну давай же, поговори со мной, — умоляюще произнес Эрик, лениво лежа на кровати и смыкая ладошки на затылке. — Неужели ты по-прежнему на меня обижаешься?

Ответа не последовало. За окном раздался собачий лай. Солнце выглянуло из-за густых облаков. Только когда до дыр заслушанный плейлист наконец-то проиграл последнюю песню и перешел на повторное воспроизведение, Эрик подорвался с постели, схватил со стула спортивную кофту и оживленно воскликнул:

— Пойдем! Хватит здесь сидеть! Времени мало! Ну и что, что я наказан и мне запретили выходить на улицу. В конце концов, ты не обязан страдать из-за меня…

Эрик приоткрыл комнатную дверь и прислонился ухом к маленькой щелке. В доме было тихо. Папа еще не пришел с работы, а Мэри, должно быть, принимала ванну, как она любила это делать ровно в половине пятого сразу после занятия спортом. Идеальные условия для совершения побега. Показывая Денни жестом следовать за ним, мальчик на цыпочках, весьма осторожно, но очень быстро спустился по лестнице, периодически глядя по сторонам. Запрыгнув в потертые кроссовки, Эрик выскочил на улицу. Ощущая присутствие Денни позади себя, мальчик изо всех ног помчался прочь от дома, направляясь в сторону заброшенной фабрики.

— Я надеюсь, ты закрыл входную дверь? — поинтересовался он у младшего брата, как только их дом скрылся из виду, и бояться погони уже не стоило. Тяжело дыша, Эрик сел на бордюр, вытягивая ноги вперед.

— Не помню… Наверное, — восстановив дыхание, ответил Денни, плохо проговаривая букву «р».

— Ндааааа уж… — протянул Эрик, устремляя взгляд высоко в небо. — С тобой в разведку не пойдешь.

Немного передохнув, ребята продолжили свой путь уже в умеренном шаге. Они шли дружно и слаженно, обсуждая все, что попадалось им на глаза. Вернее больше говорил Эрик, в прочем как обычно, Денни лишь покорно слушал. Его словарный запас был еще не такой сильный. Мальчик редко перечил старшему брату. Много молчал, и только изредка поддакивал. Эрику такие беседы очень нравились. Рядом с Денни, он как-то по-особенному чувствовал свое превосходство. И дело было совершенно ни в разнице в возрасте, а как полагал сам Эрик, в его врожденной рассудительности, доставшейся ему от матери. И хотя она умерла, когда Эрику было лишь пять лет, он запомнил Елену именно такой — вдумчивой и невероятно логичной: она могла очень толково и доступно рассказать все, чем детский разум «почемучки» мог бы заинтересоваться.

Эрик шагал уверенно и деловито, засунув руки в карманы джинсов. По правое плечо от него совсем рядом семенил Денни. Он активно перебирал своими маленькими ножками, иногда подпрыгивал, но всегда старательно стремился не уступать в ритме. В компании друг друга каждому из них было интересно. Денни набирался мудрости, как неоднократно говорил его старший брат. Эрик же нашел своего идеального слушателя.

Тридцать пять минут пешей прогулки привели ребят к пункту назначения. Заброшенная фабрика находилась отдаленно от жилого сектора. На расстоянии около двухсот метров с трех сторон здание окружало поросшее сорняками поле.

— Теперь это все принадлежит папе, — с гордостью объявил Эрик.

— Правда? — не поверил Денни, проводя взглядом массивное здание по всей длине.

— Да, конечно! Фабрика обанкротилась. Людей уволили. Оборудование распродали. А само здание досталось папе. Минимальные инвестиции, потрясающая рентабельность, — последней фразой, значение которой он толком не понимал, мальчик процитировал своего отца, когда тот по телефону хвастался кому-то своим приобретением.

— А как же люди? — вдруг грустно спросил Денни. — Без работы же нет денежек… Как же тогда они своим детям купят конфеты, велосипед или Lego?

— Ну они найдут новую работу.

— Да?

— Естественно! Это не проблема… Хотя, — продолжил Эрик с заметно угасающей уверенностью в голосе, — наш сосед уже полгода как в поисках, и все еще безработный… Он попал под массовые сокращения, как мне объяснил папа… Но ведь это только один случай, верно?

— Я не знаю.

Мальчики на минуту замолчали. Каждый думал о своем. Денни вспомнил пистолет с лазерным прицелом, который он увидел вчера в игрушечном магазине. А Эрик мысленно представил, чтобы он делал, если б потерял работу. Почему-то ему тогда казалось, что такого как он вряд ли бы уволили. Детский максимализм имел тенденцию к собственной идеализации.

— Ладно, пойдем, — вдруг произнес Эрик.

— А куда?

— Внутрь, конечно.

— А что там разве открыто? — поинтересовался недоверчиво Денни.

— Нет. Но там есть разбитое окно. Мы сможем залезть…

И немного помолчав, Эрик продолжил:

— А вот интересно, ты уже знаешь, кем станешь, когда вырастишь?

— Неа.

— А я знаю, — гордо заявил мальчик. — Я буду архитектором.

— Кто это? — нахмурившись, спросил Денни.

— Ну ты и деревня! — воскликнул Эрик. — Вот посмотри на это здание. Оно безобразно. А архитектор может сделать его красивым. Понимаешь?

Денни неубедительно кивнул, скорее всего, не улавливая до конца смысла выбранной Эриком профессии.

— Я буду строить красивые здания. Когда-нибудь ты не узнаешь этот город. Он преобразится благодаря мне, — радостно распланировал мальчик.

— О! Тогда я буду пожарным! — вдруг воскликнул Денни, немного обдумав слова брата.

— Это еще почему?

— Ну кто-то же должен спасать твои красивые здания от пожара, — последовал аргументированный ответ. — Пожарная машина мне нравится больше всего… Я буду водить ее.

— Тоже мне предел мечтаний, — буркнул Эрик. — Хотя профессия полезная, конечно. Помнишь Люка Заркиса?

Денни отрицательно покачал головой.

— Ну одноклассник мой задиристый, который постоянно меня достает. А я не пойму, что я ему сделал. Говорят, он мне просто завидует. Но я не нахожу чему конкретно. Я ж тебе о нем уже рассказывал… Ох и память у тебя. Ну да ладно. Так вот его папа работает пожарным. Он однажды женщину спас. Она была без сознания, а он вынес ее из горящего дома. Герой!

Эрик подсадил младшего брата к окну без стекла. Денни с трудом вскарабкался на раму и протянул руку помощи Эрику.

— Та я сам.

Мальчик ловко подпрыгнул и последовал за Денни прямо внутрь неосвещенного здания.

— Только знаешь, — все еще развивая предыдущую тему, заговорил Эрик, — папа Люка ушел от них. У него, оказалось, есть вторая семья. Иногда мне хочется сказать этому хулигану, что так ему и нужно, но я сдерживаюсь.

— Вторая семья?… А разве так можно? — спросил Денни, не отходя от Эрика ни на шаг. Неизвестность пугала его.

— Ты удивишься, узнав, сколько всего еще можно в этом мире! — по-взрослому произнес мальчик. — Главное, чтоб никто не догадался.

— Но это же так некрасиво! — возмутился Денни. — А что если и у нашего папы есть другая семья, другие дети…

Денни стало невероятно грустно от одной только мысли озвученных обстоятельств. Гипотетические ситуации еще способны были ранить его сознание.

— Это вряд ли, — поспешил успокоить мальчика старший брат. — Он у нас не такой.

Помещение заброшенной фабрики было полностью пустым, за исключением того, что в одном углу стояла какая-то деревянная бочка, а кое-где по периметру огромного зала с высокими потолками были раскиданы обрывки картона. Эрик обошел помещение пару раз по кругу, а затем, остановившись посередине, он резко повернулся к брату и вдумчиво произнес:

— С другой стороны у каждого могут быть свои секреты. Трудно знать все наверняка, особенно когда о папе ходит столько слухов.

— Каких?

— Господи, ну ты что вообще никогда и ничего не слышишь, что происходит вокруг? — немного раздраженно прозвучал риторический вопрос мальчика. — Люди говорят, что папа поступил очень нечестно с нашим дядей. Они были партнерами долгое время, но папа как-то так сделал, что дядя Логан лишился своей части бизнеса и остался без копейки. Я слышал, что именно вроде как из-за этого они теперь не общаются, и мы перестали ходить в гости друг к другу. Но люди часто врут.